А.В. Романчик – В тени леса (страница 11)

– И как давно ты заметила? – скрестил руки на груди Дима.

– Как долго ты собирался молчать? – спросила Ульяна, обнажая ястребиную суть и представая перед племянницей в непривычном пугающем виде. – Мы о чём с тобой договаривались? Что ты от меня не скрываешь проблем со здоровьем.

– Могла хотя бы не втягивать в это её…

– Катюше будет полезно пропить курс вместе с тобой. Никто же не хочет стать шизофреником?

Под властным взглядом тёти Катя поспешила допить чай. Слышать голоса постоянно в её планы не входило. Ей ещё университет заканчивать.

– Рыжик, – обратилась к племяннице Ульяна, снова превращаясь в милую голубку, – переночуешь у нас, на случай если проявится аллергия. У меня есть набор антигистаминных препаратов.

– У нас тоже есть…

– Просроченные? Светка в последний раз когда аптечку обновляла?

– Ладно… я в ванную, – уклонилась от ответа Катя.

– Полотенца знаешь где, – кивнула Ульяна, переводя взгляд на Диму.

– Я по саду пройдусь, а то… после твоего чая голова болит.

– Угу, иди, молчун.

– Сама не лучше! Спину не лечишь! – огрызнулся Дима.

Когда послышался хлопок двери, Ульяна тихо прошептала:

– Моя спина – болезнь временная…

***

Наутро следующего дня позвонил Игнат и сообщил, что через час будет ждать детей на велодроме, чем очень сильно обрадовал мелких. Ради встречи с отцом они отменили все планы.

– У них такие хорошие взаимоотношения, – со вздохом протянула Катя, сидя за столом вместе с Ульяной и следя за тем, как Дима, Кристина и Денис шумно собирались.

– Потому что видятся редко и мало, – флегматично надкусила бутерброд с варёной колбасой тётя.

– Это лучше, чем когда папаша живёт через дорогу и знать не желает, словно у него нет старшей дочери.

– У Игната другое отношение к детям, Рыжик.

– А тётя Наташа Игната сутенёром назвала! – мстительно насплетничала девушка.

– Собака лает, ветер носит, – доела бутерброд Ульяна.

– Тётя, это, конечно, не моё дело, но почему вы разошлись? У вас же было всё хорошо! Вам все завидовали!

– Мне так часто задавали этот вопрос, что мне хочется вилкой кого-нибудь в глаз пырнуть, – недобро нахмурилась Ульяна, запивая раздражение чаем. – Не все хорошие отношения длятся вечно.

– Вы не очень рады, что они едут к нему? – заметила Катя настроение тёти.

– Не рада, – призналась Ульяна. – Я не хочу, чтобы они общались.

– Но почему молчите и ничего не делаете?

– Кать, моих детей бесполезно настраивать против Игната. Его влияние намного сильнее моего. Скорее они против меня ополчатся, чем против него. Он – святой, а я – грешница.

Катя грустно вздохнула. В этот самый момент Ульяна защёлкнула на её запястье золотой браслет.

– Обалдеть! – отреагировала девушка, уставившись на украшение.

– Саша сделал, – улыбнулась Уля. – Нравится?

– Ещё бы… только он, наверное, дорого стоит…

– Пустяки.

– В честь чего? Вроде сегодня нет никакого праздника…

– Мы не поздравили тебя с успешным поступлением в университет… навёрстываем упущенное.

– Спасибо…

– Это не всё… как ты относишься к татуировкам? – перешла на заговорщический шёпот Ульяна.

– Не знаю… наверное, положительно.

Ульяна протянула ей эскиз мудрёной чёрной татуировки с розами.

– Если нравится, то могу сделать тебе её. Все инструменты у меня есть.

– Вы меня пугаете своими способностями…

***

На велодроме детей встречал темноволосый, высокий и стройный мужчина в чёрной просторной одежде. Волосы до плеча заколоты сзади, на левой брови виднелся старый шрам, из мочки правого уха свисала серьга с кельтским крестом. Лицо и шею украшали чёрные линии татуировок.

– Папа! – повисла на шее Игната Кристина.

Отец похвалил шлем на голове Дениса. Кристину поддержал, когда она едва не свалилась, хвастаясь диадемой.

– Денис, стоит заменить твой шлем на нечто… более безопасное, – произнёс Игнат с заметным акцентом.

– Боже, это чучело даже спит с ним! – наябедничала Кристина.

– Что может быть более безопасным, чем настоящий шлем викинга?! – поправил сползший на глаза шлем мальчик.

– Не для окружающих, – не согласился Игнат. – Ты запросто можешь кого-нибудь поранить всеми этими… шипами… рогами.

Денис на мгновение задумался и согласился с доводами отца заменить один шлем на другой, подходящий для велодрома.

Семейство вышло кататься на роликовых коньках. Игнат придерживал Кристину за руку, пока мальчишки наворачивали вокруг них круги.

– Тебя можно поздравить? – поравнялся с Димой Игнат, отпуская завизжавшую Кристину в свободное плавание под хохот Дениса.

– Меня пригласили на Олимпиаду! – похвастался Дима и сразу же пожаловался: – Блин, после соревнований мама снова устроила семейные посиделки. Нафига?

– У женщин своя логика, не пытайся её понять – это невозможно, – засмеялся Игнат. – И много кто пришёл?

– Саша и бабушка. Саша никогда не пропустит пожрать на халяву, а бабушка просто не может не прочитать маме очередную нотацию.

– Нотацию?

– Она ей простить вашего развода не может, – пояснил Дима.

– О, не думал, что тёща будет по мне скучать. Когда мы с ней познакомились, первое, что она сказала: «В каком лесу Уля эту страхолюдину нашла?»

– Да ладно!

Игнат провёл по линиям татуировок:

– Я для тёщи был слишком экзотичен.

– Ещё бабушка не теряет надежды свести маму с Сашей.

Игнат споткнулся и едва не пропахал носом дорожку.

– Да что не так? У тебя реакция как у мамы!