А. Т. – Конспект культуры (страница 8)

Я не люблю шахматы, и не считаю их какой-то интеллектуальной игрой, но аналогии с ними понятны всем. Когда вы начитаете партию, у вас есть наибольший выбор стратегий, но под конец хороших ходов не остается. Мне было не понятно в обсуждениях о возможности успеха советских реформ, почему руководство просто не взяло, да и не ввело гарантированный базовый доход, сделав один из немногих сильных ходов, оставшихся на тот момент? Сама идея стара как мир, и полностью укладывалась в логику социализма. Там в 80х, возможность не работать и получать доход, была сильным козырем против «высокого уровня жизни» на западе. Это и запускало бы реальную «перестройку» в мышлении людей.

Изначально для себя на этот вопрос я отвечал довольно просто. Я не сторонник социал-дарвинизма, но некоторый бионический подход, а именно рассмотрение государств через призму психологии мне близок. Я считал, что, как и в «диванной психологии», в обычной жизни, когда нам кто-то предлагает «встать с дивана», и «начать что делать», мы примерно понимаем, хотя бы в каком направлении двигаться, но как правило почему-то не двигаемся. Отказ от реальных перемен, при невозможности поставить жизнь на паузу, чтобы отдохнуть, приводит к ситуации, когда эта самая жизнь начинает забиваться делами, которые вроде бы и надо сделать, а вроде бы нет. Какая-то откровенная ерунда отнимает кучу времени, постоянный самообман «сковывает движение», не дает даже увидеть правильное направление. Но как вы понимаете, в реальности все намного сложнее, чем в шахматах.

Глава 8. Биологическая элита.

Одно из главных открытий российского экономиста М.Хазина13, состоит в том, что несмотря на разницу идеологий, США и СССР имели одинаковую экономическую базу. На поверку, даже структура экономик, и их объём у этих стран были приблизительно равны. Поэтому, кстати, есть простое объяснение диким закупкам зерна Советским Союзом у США в 80х, даже в урожайные годы – валютную выручку необходимо куда-то тратить, а покупать нефть, оружие, или автомобили не имело смысла – все производилось внутри страны. То, что действительно было нужно могли и не продать, и зерно оказалось лучшим вариантом. Также сейчас, если посмотреть структуру торговли Китая и США, то Китай закупает в наибольших объёмах сою.

В определенный момент, советская творческая элита переходит на прозападные, в т.ч. проамериканские позиции, а американская, в первую очередь Голливуд и Бродвей – изначально стоит на просоветских, либо просто является коммунистической по своим взглядам. Довольно интересное «перекрестное опыление» пропагандой, либо, у соседа всегда трава на газоне зеленее? Как интересно отмечал М. Трофименков, автор книг по истории кинематографа14, в своем интервью историку Е.Яковлеву15, точно сказать на какую разведку работали в то время нельзя всего про двух людей, это В.В.Набоков и А.Д.Хичкок.

Здесь нам необходимо обратиться к архетипу «шута», ведь и в современном мире, идея «шутовства» очень притягательна, по нескольким причинам:

– Свободная критика власти;

– Отсутствие последствий за высказывания;

– Вторичность политических взглядов, в угоду удобной позиции для критики оппонента;

– Отрицание иерархии, либо занятие низовой\никому не интересной должности.

В этих пунктах читатель помимо советской интеллигенции легко может узнать и российскую либеральную "тусовку", и как ни странно, сюда могут войти еще и гении, да и просто талантливые люди, даже не связанные с искусством. В идеале многим из них еще бы хотелось сюда добавить отсутствие обязательств, но так обычно не получается. Название этой главы позаимствовано из довольно простой модели теории элит, треугольная схема: «видимые», «невидимые» и «биологические». Где видимые – это представители иерархии, имеющие формальную должность, звание, погоны; невидимые – это теневая элита, например, олигархат; биологические – те, кому достались определенные преимущества с рождения: самые умные, сильные, красивые и т.д. Такие схемы часто критикуют, дескать, они не учитывают всех деталей, что само по себе глупо, т.к. схема – это не детальный рисунок, она как раз и отмечает только самое главное. Да разделение условно, один и тот же человек может попадать сразу во все категории. В современном мире это очень хорошо видно на примере известных журналистов – как бы вы не любили иерархию, присягу и подчинение, кого-то все равно приходится выводить из системы, наделять чрезвычайными полномочиями.

Можно копнуть еще глубже, и поговорить про уже упомянутый архетип "мага". В своей книге «Заря всего. Новая история человечества»16 антрополог Д. Гребер и археолог Д.Уэнгроу довольно интересно описывают эту фигуру в обществах с первобытнообщинным укладом. Да есть большие антропологические споры, касательно фигур жреца, шамана и мага. Кто-то их принципиально разделяет, кто-то, наоборот, сводит к одному. Лично я придерживаюсь второго варианта, свожу все к одному, но в рамках данного повествования важно другое. Фигура жреца сильно изменена в массовой культуре. Если рассматривать древние сообщества, то главным ложным стереотипом, будет представление, что жрец, или шаман, он всего один на все племя. Авторы указывают, что – нет, таких людей в племени может быть пусть и не большое, но в количестве отличном от одного. Они могут вести себя странно, например, спать днем и бодрствовать ночью. Они освобождены от повседневных занятий, и воспринимаются как некий запасной ресурс, на случай непредвиденных обстоятельств, когда нет очевидных решений, и необходимо некое спасение. Сложные времена как бы призывают таких людей к действию.

При желании, к нашей схеме можно "привязать" второй треугольник: «жрец», «боец», «купец» – также схематичное, своего рода естественное разделение на три "ветви власти" еще с древнейших времен. Бойцов, мы соотносим с видимой элитой, и как я уже описал, они более склонны к понятной и простой иерархии. Купцы склонны скорее к договору, горизонтальным связям, индивидуализму. В совей книге "Лестница в небо. Диалоги о власти, карьере и мировой элите"17 М. Л. Хазин, С. И. Щеглов делают упор как раз на две эти категории.

Фигура жреца, или шамана, мага, шута – речь идет о биологической элите. Данный архетип более склонен к трансценденции. Кажется, что это проигрышная стратегия, но как я уже говорил про важность идей, которые и побеждают в конечном итоге, здесь кроется первый элитный секрет: элитой может стать каждый. Эти три типажа, как игра в "камень ножницы бумагу", где каждый имеет свои сильные и слабые стороны в конкуренции. И целеполагание у таких "ветвей элит" будет различаться. Поэтому, когда говорят про баланс интересов в обществе, про «общественный договор», необходимо учитывать описанные треугольники. Выскажу первую в этой книге аксиому, утверждение: король и шут – равнозначные фигуры.

Для современного варианта "шута" (не стоит воспринимать это как оскорбление), в узком смысле слова, как блогера, или мастера интересных дебатов, характерен баланс между: научным подходом, юмором и тревожностью. Уклон в первую сторону понятно приводит к сухому "академизму", скуке, потере интереса аудиторией, в другую – к скатыванию в клоунаду, вплоть до антисоветских анекдотов. Что касается перекоса в третью сторону – тревожности, некоторые мастера начинают разговаривать вообще одними метафорами, где вообще ничего не понятно, полностью погружаясь в "эзопов язык". Владение всеми тремя навыками в совершенстве задача для гениального агитатора- герменевтика.

Так же как музыка – это метафора математики, юмор – это метафора парадокса. Без него так просто и быстро не осознаешь, почему делаешь вот так вот, а получается почему-то как-то так. Первым шагом принятия такого социального механизма в новых реалиях станет переход от ситуации, где ты что-то сначала пишешь, и потом тебя наказывают, к цензуре – как к удобному сервису. AI «Роскомнадзор» будет рецензировать ваши тексты и предлагать варианты исправления ваших политических ошибок.

Учитывая сказанное, становится понятно поведение советской и американской богемы. Да и там, и там, постулировали разное: в США – индивидуализм, и свободу творчества, в СССР – создание человека творца. Но получилось одно и то же, представители творческой элиты оказались в подчинённом положении, и в конкуренции за власть делали выбор в сторону противоположной идеологии. У нас нет хорошей книги про «обратную сторону» советской интеллигенции. Для творческого человека, описанное в "Лестнице в небо", будет скорее лестницей в ад, потому что так же, как представители власти не хотят ни с кем ей делиться, так и творец не полезет в эту «возню». Но есть воспоминания, мемуары. Также есть книги, посвященные отдельным сферам деятельности, хороший пример – «Гадюшник. Ленинградская писательская организация: избранные стенограммы с комментариями» – книга литературоведа и культуролога М.Н.Золотоносова про деятельность ленинградской писательской организации в 1940–1960-е годы. В ней автор публикует стенограммы и протоколы наиболее конфликтных партийных и общих собраний писателей.

Если, например, в Иране на сегодняшний день сложился триумвират: президент, лидер КСИР, и духовный лидер; то в России длительный промежуток истории фигура патриарха была упразднена, церковь подчинялась государству – синоду. Поскольку русская культура постепенно становилась литературоцентричной, на роль духовного лидера, «совести нации», «соли земли русской», «нравственного идеала» претендовали писатели и поэты. На закате Российской Империи таким человеком был Л.Н.Толстой, в начале советской власти М.Горький. Позже такую фигуру будут пытаться сделать искусственно, например, из И.А.Бродского, но ничего не выйдет, в итоге позицию займет В.С.Высоцкий. В 1980 году его не станет, в тот же год, кстати, уйдет из жизни Д.Дассен, и застрелят Д.Леннона. В СССР и России будет множество фигур, кто попытается взять на себя общественно важную функцию, перечислять их нет смысла, но поскольку и в будущем таких людей будет как в кастинге на роль Д.Бонда, давайте поможем им оставить свой след в этом «редкоземельном веке» русской литературы.