А. Самохин – Записки пациента (страница 5)

На похудение вся моя надежда, так как уменьшается давление и должен сахар снижаться, но это не точно, без режима физкультурника. А с этим у меня вопрос, при моих проблемах с мышцами. Надеюсь, что понизится и повышенный холестерин. Мне назначили статины для его понижения, но у них побочка в виде болей в этих самых мышцах, да и все остальные впечатляют своей солидностью. Может быть Бог упасёт от инфаркта и инсульта!

Опять же экономия средств к существованию, когда реже открываешь рот, сплошная польза от этого мероприятия. А деньги ещё понадобятся для продолжения борьбы с ветряными мельницами.

Но даже если вам трудно вести физически активный образ жизни, делайте хотя бы приседания. Вы будете крепче чувствовать себя на ногах, но главное то, что в этом движении задействована наибольшая масса мышц вашего организма, а они хоть в какой-то мере переработают сахар, и холестерин, и всё то что откладывается в организме в виде нежелательных отложений.

Но всё это меркнет на фоне ежедневных трагедий, которые происходят сейчас во многих семьях. То, что раньше казалось просто невозможным, становится нашей действительностью и зомбоапокалипсис уже не кажется столь невероятным.

Вот вам тяжёлая история, но в наше время почти типичная, показывающая сложность отношений даже между родственниками. Становится жалко тех, кто не может защитить себя от близких людей.

Мои родственники, со стороны жены, позвали нас на день рождения бабушки, зная, что брат моей жены чувствовал довольно сильное недомогание.

Но нам решили эти ненужные подробности, не сообщать.

Я понимал, что это риск, но больше опасался случайно заразить их, возможно являясь бессимптомным носителем, поэтому незадолго до поездки к родственникам я сдал тест на ковид.

Но опасность скрывалась не во мне и закономерно все за столом заболели короной. После этого, на следящий день после торжества, бабушку увезла скорая и нам начали рассказывать, что она простудилась, наверное, когда квартиру проветривала, или у окна сидела…

Родня жены долго молчала о реальном положении дел, а у меня так совпало, что через день после торжества я сильно замерз в дороге с работы и думал, что лёгкий озноб, это результат моей неосторожности. В результате, через пару дней, я заразил своих родителей, которые приезжали навестить нас.

Когда заболели мы с женой, родственники звонили нам каждый день, интересовались, как мы себя чувствуем. Ненавязчиво узнавали, не обвиняем ли мы их в произошедшем и пытались убедить нас, что сейчас все болеют и это нормально. Во всех телефонных разговорах они убеждали себя и нас, что это не корона, и у несчастной бабушки просто пневмония. И мы с ними малодушно не спорили, просто ждали прощания с ушедшей старушкой. Лично для меня это было большой и поучительной трагедией.

Я с безответственными родственниками не хотел общаться, меня коробит. Ведь брат с женой накануне таскались по гостям в течении недели. Эти люди жили в одной квартире со старым родным человеком и на показ демонстрировали ей свою любовь.

Я ответственно отношусь к пандемии, как и мое основное окружение. Но у меня волосы встают дыбом, когда я слышу эту чушь из телефона, вроде того как, сейчас у всех бабушки умирают, жаль, но что же делать, время такое.

А вот у нашего общего знакомого бабушка жива, то ли потому что ему повезло, то ли потому, что он ею дорожит, никуда не ходит, передвигается по городу на такси, в маске.

Я всегда довольно резко сужу о своём окружении, но тут, к сожалению, не могу из-за жены. Все мы скованы условностями, и как плохо, когда мы зависим от не очень чистоплотных людей. Такие вот затаённые обиды порой сжимают пружины между родственных отношений до предела, а потом выстреливают самым неожиданным образом. В этом причина многочисленных семейных трагедий.

Глава 3. Пусть всегда будет Мама.

Я отчётливо помню тот день, когда моей маме, тогда ещё не старой женщине стало плохо. Она лежала с закрытыми глазами и сплошной стон с нотками рёва непрерывно вылетал из её губ, тело трясло. Мы, страшно перепуганные, вызвали скорую и очень боялись что потеряем дорого человека. В те времена, на наше счастье, скорые приезжали довольно быстро. Это сейчас, в глубинке, на повышенное давление медики могут даже и не приехать, а тогда они успели вовремя, сделали уколы и вернули человека к жизни!

Тогда я сразу купил механический тонометр, с грушей, которую надо было сжимать чтобы накачать воздух в манжету и теперь на много лет мама сама могла справляться со своим заболеванием. Уже потом у нас появились автоматические тонометры, один недостаток которых, много батареек на них надо запасать.

Я тогда не очень вдавался в подробности, но она не один десяток лет пила клофелин. Потом наступили смутные девяностые и на клофелин стали неохотно выписывать рецепты. Вот тогда начались мучения с подбором других таблеток. На многие годы стал постоянным маминым спутником каптоприл, главное было купить эти таблетки в максимальной дозировке. Несколько лет пили Лористу, но потом отказались, то ли качество ухудшилось, то ли много мочегонного стали в этот препарат добавлять.

Всегда в запасе у нас были уколы дибазола и магнезии, на случай криза, а они случались при резкой смене погоды. Особенно зимой, тогда таблетки не справлялись. Вдогонку приходилось делать ещё и уколы папаверина и иногда мочегонные. Очень трудно было снять гипертонический криз без клофелина.

Много раз прыгая в шоке возле постели мамы со шприцами, я опытным путём вычислил, что колоть надо по десять кубиков сразу и дибазол и магнезий. По пять кубиков было ни о чём, но, наверное, это индивидуально для каждого человека. Иногда приходилось всё-таки вызывать скорую, так как сами иногда мы ничего не могли сделать. Тогда медсёстры делали укол того же магнезия, но в вену. Один раз укололи но-шпу, но это вроде бы не совсем комильфо, сосуды могут не выдержать, но я с тех пор держу в запасе и уколы но-шпы. На крайний случай, так как для старых сосудов это может грозить кровоизлиянием. Да и дибазол врач назвала малоэффективным для старых людей, так как сосуды у стариков уже мало пластичные.

Много разных таблеток перепробовали, и это в общем-то правильно, периодически препараты надо менять. Все они с побочками и много лет пить одно и тоже невозможно. Начинают появляться осложнения. Так было с амлодипином, который давали на ночь. В результате стали отекать ноги, теперь вместо него я даю на ночь нифедипин.

Хорошее средство, но если почитать инструкцию, то волосы начинают шевелиться от перечня тяжелых побочных явлений. Но зато не пухнут ноги. Также даю нифедипин под язык две таблетки в случае криза, анаприлин я тоже даю иногда под язык, когда всё остальное не помогает, так как боюсь давать третью таблетку нифедипина. Один раз было плохо. Пока готовлю шприцы, это помогает снизить остроту момента.

Как-то давали как «скорую помощь» капли, коринфар, но тоже отказались. Один раз после них маме показалось, что её как будто ударило током.

Но самым верным средством при кризе оказались таблетки Валз, потом их стали выпускать под названием Вальсакор. Но от них под кожей выступают пятна кровоизлияний, как синяки, лопаются сосуды. Приходится пить для укрепления сосудов троксерутин. Поэтому постоянно пить Вальсакор опасаемся, это средство на случай, когда всё остальное не помогает.

Важным открытием для нас стали таблетки кавинтон. Каждую ночь мама просыпалась, тяжело садилась и начинала мерять давление. Будило её гудение в голове, склероз, ну и давление по совокупности. После того как стали на ночь пить кавинтон, вместе с каптоприлом, сон стал спокойным до самого утра, только конечно если через нашу территорию не проходил какой ни будь циклон, резко меняющий погоду.

После того как мама на улице чуть не упала от закружившейся головы, кавинтон мы стали пить три раза в день. Склероз плотно подступил к голове и если забывали пить кавинтон, то мама могла стать невменяемой. Несла какую ни будь чушь, вела себя непонятно. Особенно это было чувствительно в поездках, в людных местах. Но зато теперь я редко забываю давать спасительные таблетки.

Спустя несколько лет пришлось пить и кавинтон форте, таблетки с двойной дозой препарата. Плюс к этому стал добавлять мексидол, пока по одной таблетке. Таблетки дорогие и разрекламированные, но меня сильно удивил невролог. И кавинтон, и мексидол это сосудистые препараты, а для сохранения интеллекта необходимо ещё пить хотя бы фезам, или акатинол, хоть последний и имеет приличную цену.

Плюс ко всему иногда приходится проходить курс лечения уколами в вену актовегин, титриозолин, витамины. Точно перечень лекарств не помню. Мы предпочитали ходить делать уколы в манипуляционный кабинет поликлиники, там работали высококвалифицированные медсёстры, без проблем попадающие в любые вены. Это было сложновато в таком возрасте, но приходящая на дом медсестра не смогла попасть в вену и ввела препарат в сосуд на кисти. Сосуд раздулся после её ухода, она забыла предупредить, что его надо было держать прижатым несколько минут.

От перечисленных названий лекарств у самого в глазах рябит, поэтому напишу, как выглядит наш не самый лёгкий день зимой.