А. Райро – Печать Грязных Искусств (страница 84)

— Тот, кому ты будешь подчиняться, — произнёс я тихо, но с напором.

Да уж, рискованно было заявлять такое существу чуть ли не вдвое выше ростом и не втрое массивнее меня самого.

Безгубый рот волхва скривился в ухмылке. Он приблизил лицо, и от взгляда его демонических глаз меня в два счёта пробрал мороз.

— Это будут твои последние слова, смертный, — хрипнул он. Его рука потянулась к моей шее. — Но я всё равно хочу знать, кого убил впервые за сто пятьдесят лет. Кто ты? Как твоё имя?

Я задрал рукав пиджака, оголяя правое запястье, и осветил огнём печать призыва, которую выжгла Ребекка в Змеиных пещерах.

— Вот моё имя.

Взгляд чёрного волхва упал на мою руку.

Он вздрогнул и замер в потрясении, уставившись на выжженный символ. Сияние его глаз померкло.

— Ты сомневаешься? — спросил я уже ментальным голосом.

Волхв посмотрел мне в глаза.

— Нет, господин, — ответил он уже совсем другим тоном, с нескрываемым уважением и трепетом. — Твоё имя и твой голос тому подтверждение. Моя сила будет служить тебе вечно, великий Князь Зари.

Я кивнул, а он вдруг преклонил передо мной колено и опустил голову. Вот теперь мы почти сравнялись в росте.

— Как зовут тебя, волхв?

— Моё земное имя Тарот, господин.

— Что ж, я освободил тебя, Тарот. Теперь и ты помоги мне освободиться.

Волхв поднялся. Его глаза опять вспыхнули адским оранжевым пеклом — он был готов к бою уже сейчас.

— Приказывай.

С помощью волхва я вскрыл остальные семь запертых камер.

Бессмертный Тарот, не боясь быть убитым, быстро снимал с дверей стальных пауков с хитрым механизмом защиты, а я вскрывал замки из дериллия.

А потом всё повторялось: гнулись решётки, с грохотом падали кандалы и цепи, заточённые волхвы выходили из многолетней спячки и поднимали головы, их глаза озаряли затхлый мрак, плечи расправлялись.

И все эти тёмные создания клялись мне в вечной верности.

Подвал Красного Капкана стал для них местом той клятвы. Восемь чёрных волхвов, восемь демонов в бессмертных человеческих телах — они стояли передо мной ровным рядом, в оборванных одеждах, могучие и несломленные, готовые идти на любые лишения ради своего Князя.

Хлоя стояла рядом и не решалась даже заговорить. Причем не только с волхвами, но и со мной. Девушка смотрела на меня странным взглядом, со страхом и восхищением.

— Эта тюрьма не отпустит вас так скоро, как бы вам хотелось, — сказал я волхвам. — За свободу придётся сражаться.

— Мы сразимся, господин, — ответил за всех Тарот.

— Я оставлю вас сейчас. Каждого из волхвов ловили по одному, но выйдете вы отсюда вместе, и вас уже никто не остановит. Мне же нужно завершить дело и забрать главную реликвию. Мои кандалы совсем не здесь… нет… совсем не здесь. Я должен уйти.

Волхвы поклонились мне.

Тарот вышел вперёд.

— Тогда мой дар пригодится тебе, Князь. Я смогу переместить тебя туда, куда ты захочешь. Тебя и твою жрицу.

Я взглянул на Хлою (жрица, значит) и вновь обратился к волхвам.

— Явитесь на маскарад к императору. Он ни за что не остановит свой праздник из-за мятежа в тюрьме. Гордыня сыграет с ним злую шутку. Он ведь ещё не знает, кто именно освободился.

— Мы явимся, господин, — ответил Тарот. — Здесь мы точно не задержимся.

Мои губы тронула еле заметная улыбка.

— Я буду ждать вас. Пришло время снять маски.

Интерлюдия третья. Ребекка

Сегодня он снова вызвал её к себе.

И снова мрак кабинета. Снова то кресло, повёрнутое спинкой к входу, чтобы она не увидела его лица. Снова рука на освещённом бархатном подлокотнике.

Ненавистная человеческая рука.

До смерти опостылевший перстень.

Ребекка опустилась на колени, он протянул ей кулак, и её губы приникли ко льву на Печати. От прикосновения боль опалила пол-лица, но Ребекка даже не вздрогнула — она давно привыкла к боли и наказаниям.

Ребекка опустила глаза и уставилась на доски паркета.

Никогда не смотри на Хозяина — первое правило. Никогда не разговаривай с Хозяином — правило второе.

Только слушать, только исполнять. Исполнять всё до мельчайших деталей. Она всегда подчинялась, да и брат тоже.

Когда-то давно он точно так же, как она сейчас, стоял здесь на коленях, тоже целовал Печать, тоже испытывал боль и тоже опускал глаза…

Пока однажды не поднял головы.

Хозяина он так и не увидел, зато с того заветного дня глаз он больше не опускал, не вставал на колени и не целовал льва. Поплатился он за это с лихвой и до сих пор расплачивается.

— Твой брат нашёл оставшиеся Печати. — Голос Хозяина вернул мысли Ребекки в темноту кабинета. — Ты ведь понимаешь, что это означает?

Он, конечно, не ждал от неё ответа.

Она молчала, сложив руки на коленях.

— Это означает, что твой брат готов к смерти. Теперь я приказываю убить его, а не просто сделать вид. Ты должна лишить его тела Теодора Ринга. Дело сделано, наследник Рингов больше не нужен. Пусть твой брат переродится и снова служит Печати моего рода. Так было и так будет всегда. Как бы он ни старался, он никогда не выйдет из-под моей власти. Тёмный Князь на службе у человека. Это ли не повод для гордыни, не так ли?

Она молчала.

— Как только он переродится, ты отыщешь его и будешь растить, как своего ребёнка. Ты будешь оберегать его. Ты научишь его всему, что знаешь сама. А когда придёт время, и он разовьётся до нужной стадии, ты приведёшь его ко мне. Но до этого момента пусть считает, что он свободен, пока я не призову его. Он и так слишком долго от меня скрывался, пришлось за ним побегать… Ну так что? Ты согласна стать для своего дражайшего брата не сестрой, а матерью?

Она молчала.

— Реликвии наконец-то в сборе. Ты заберёшь их, а носителей уничтожишь. Запоминай. Печать с буйволом у патриция Орривана из Ронстада. Печать с вороном у патриция Скорпиуса из Хэдшира. Печать с пауком в Музее Лэнсома. Печать со скорпионом у твоего брата. Повторяю: всех, кого я перечислил, ты должна убрать. Убить и убедиться, что они мертвы. Включая твоего брата. Тебе ясно?

Она молчала.

— Даю тебе двое суток. Мы слишком долго ждали, чтобы откладывать. Ты ведь тоже ждала? Наверняка, соскучилась по своему неугомонному братцу? Так быстрее заставь его переродиться.

Он опять протянул ей руку с перстнем. Она приподнялась и поцеловала рисунок льва.

— Всё, — добавил Хозяин. — Можешь приступать. Через двое суток ты должна стоять здесь, а в руках держать четыре Печати. Я буду ждать тебя. Пришло время снять маски…

Глава 5. Последнее Искушение

Волхв Тарот умел создавать порталы без всяких мутаций.

Это был его уникальный дар.

Пока остальные семеро волхвов готовились к сражению в Красном Капкане, Тарот прикоснулся ладонями к стене подвала. Со скрипом и шуршаньем влажные камни раздвинулись, образовав квадратный проём.

Внутри него засияла серебристая бездна.

Я взял Хлою за руку и подошёл к порталу, но перед тем, как в него войти, ещё раз посмотрел на волхва.

— Разнесите эту тюрьму к чёртовой матери, освободите адептов, — сказал я, после чего развернулся и без промедления шагнул в мерцающее пространство проёма.