А. Николаева – На невских берегах и на семи холмах. Тайны, культура, история и вечное соперничество Москвы и Санкт-Петербурга (страница 52)

Несмотря на то что Рейдер прошел в университете курс юридического администрирования, где студентам объясняли суть полицейских методов, он все равно доверял Ландверу. «Я правда ему верил. Как глупо было думать, что он не попытается меня обмануть, – признавал он позднее. – Думаю, уверенность в том, что у меня все под контролем, перевесила здравый смысл».

«Я оставил пакет в Бел-эйре, в почтовом ящике «Квик-Трип», когда ехал, как обычно, в собачий приют. Как и возле «Хоум Депо» я в последний момент думал: бросать не бросать, – уже занеся руку над почтовым ящиком. Я не был уверен. А потом раз, и все! Я его бросил. Где-то в глубине души я чувствовал, что это может не сработать. Я использовал проект «Лисий хвост» из-за названия канала, «Фокс-ТВ». Это был символ, элемент ВТК.

Золотую цепочку с кулоном я, кажется, украл у Нэнси Фокс. Я не вел каталога всех украденных [у жертв] вещей, хотя и стоило бы. Это мой недосмотр. Так что теперь не могу сказать точно.

Я купил упаковку дискет в «Уолмарте» на 21-й Северной улице. Платил наличными. Я выбрал пурпурные, потому что это цвет власти – снова символ ВТК.

Кажется, обложка книги Сэндфорда хранилась у меня в Тайнике. Я видел в ней отражение М.О. ВТК. Тот убийца использовал картофелину в мужском носке, которой бил жертв в висок. Я собирался сделать то же самое с номером одиннадцатым [Бордуотер]. По-моему, там же убийца затыкал жертвам рты новыми «Котекс», а потом заматывал скотчем. Какое-то время у меня в шпионском чемоданчике были такие же «Котекс». Их можно было использовать и для первой помощи – чтобы остановить кровотечение. Я, как другие Минотавры, читал триллеры и детективы, учился на них и смотрел фильмы. Много всего я узнал и из лекций в университете, на юридическом администрировании.

Я понимал, что нельзя использовать домашний или рабочий компьютер, потому что их могут отследить. Но я не знал, что на дискете тоже сохраняется информация о компьютере (кажется, так).

Чтобы запустить дискету, я загрузил на нее информацию в общественной библиотеке Парк-Сити. Кажется, я подписал ее своим именем. У них была услуга пользования компьютером с почасовой оплатой. Потом я взял дискету с собой в церковь, сделал вид, что проверяю какие-то данные. Потом стер эту информацию и запустил программу «Это тест». Дело было в субботу. Ко мне в офис в церкви заглядывали прихожане, и приходилось быстро выключать экран компьютера. Я использовал эту, уже не чистую дискету, и церковный компьютер для переписывания программ. Я считал, что теперь дискета не представляет опасности.

У меня были большие планы насчет коммуникаций с полицией: начиная с фотографий проектов, непристойных рекламок, каталожных карточек 3х5 дюймов и других подобных материалов. Я постепенно опустошал свои Тайники. Я разобрался, как обрабатывать файлы. jpeg, создавая цифровые изображения. Я начал переносить в компьютер свои непристойные рекламки, но, конечно, не для того, чтобы делиться ими с другими. Самое главное: я считал, если дискета уже была в использовании, по ней нельзя установить первоначальный ID. Более того, с ее помощью можно запускать другие дискеты. Однако та дискета оставила след и в библиотеке Парк-Сити. Кажется, мой пароль был привязан к логину «Деннис». Я только-только стал председателем конгрегации, меня переизбрали на следующий год».

Разоблачение ВТК

Эксперты по компьютерам из полицейского департамента взялись работать с дискетой. В «свойствах» они обнаружили имя – «Деннис». Восстановив стертые данные, они смогли проследить историю дискеты до компьютера в Лютеранской церкви Христа. А с помощью гугл-поиска узнали, что председателя конгрегации зовут Деннис Рейдер. Полиция получила его адрес. Они его нашли.

Полицейские отправились в церковь, и тамошний пастор подтвердил, что Деннис Рейдер пользовался его компьютером. Цифровые отпечатки на жестком диске содержали последние послания ВТК. Мало того, Рейдер закончил Уичитский университет, служил в армии, а ныне работал офицером службы надзора. У него перед домом стоял черный джип «Гранд Чероки». Все совпадало.

Ландвер уже дал разрешение на ДНК-анализ образцов с мест преступлений. Образец ДНК из медицинской карты дочери Рейдера подтвердил совпадение. Отца Керри Рейдер официально связали с образцами спермы, найденными в доме семьи Отеро и в квартире Нэнси Фокс, а также с клетками кожи из-под ногтей Вики Вегерле. Деннис Рейдер, председатель церковной конгрегации, семейный человек, оказался ВТК.

Ничего не зная о действиях полиции, Рейдер подготавливал куклу Ширли Виан и очередное послание. Ландвер приказал следственной группе установить за Рейдером круглосуточную слежку, пока они как следует не подготовятся к его аресту. Ордер на обыск в доме Рейдера, в его офисе и в церкви уже был получен.

25 февраля следователи дождались времени обеда; график Рейдера был им теперь хорошо известен. Он каждый день приезжал обедать домой. «Когда-то я отслеживал графики других людей, а теперь сам стал жертвой. Что-то подсказывало мне в тот день не ехать домой на обед. Может, если бы я так и сделал, то успел бы в последний раз увидеться с женой, возможно, попрощаться с ней. Тем утром я уже заезжал, завозил Поле чек с зарплатой. Я выпил кофе с булочкой, мой обычный пятничный ритуал. Мы поцеловались, и я сказал: «Увидимся за обедом». Это был последний раз, когда я видел ее».

В 12:15 двое детективов встретили Рейдера на выходе из машины; остальные члены группы подбежали к ним, повалили его на землю и надели наручники.

Целый автопарк полицейских машин, с опознавательными знаками и без, был расставлен по Вест-Парквью, когда я приехал домой. Дергаться было поздно – я попал в ловушку! Сначала, когда они пошли ко мне, я подумал, что проехал на знак «стоп».

Рейдера уложили на землю. Он не сопротивлялся, только попросил, чтобы кто-нибудь известил его жену. Когда его посадили в полицейскую машину к детективу Ландверу, Рейдер приветствовал того, как старого приятеля. «Я сделал как Сын Сэма, – сказал «Привет, мистер Ландвер».

Позднее он говорил, что, будь у него время среагировать, он открыл бы стрельбу и сбежал, как супергерой в кино.

Во время допроса Рейдер сознался не сразу. «Я знал, что все кончено, но играл в кошки-мышки, сколько мог [три часа]. Я беспокоился за Полу и детей. Могу представить, через что они прошли после моего ареста. Точно ничего хорошего. Я разбил их сердца. Это и по мне сильно ударило».

Следователи сказали ему, что его ДНК совпадает с обнаруженным на местах преступлений, а также установлена его связь с компьютерной дискетой. Эти новости совершенно его убили. Пытавшийся сначала изворачиваться, Рейдер признал наконец, что является ВТК. Но даже после нескольких часов обсуждения деталей он тем не менее намекал, что может быть не убийцей, а лишь поклонником, который много читал про ВТК. Полицейские на это заявили, что анализ ДНК изобличает его с головой.

«Не знаю, почему они не взяли образец ДНК Брайана. Может, он им отказал. И не знаю, откуда у них образец Керри. Правда, она несколько раз простужалась и обращалась в клинику колледжа – наверное, образец был оттуда. Когда они сравнили его с ДНК с убийств Отеро, Фокс и Вегерле, то вышли на меня. Три случая. 1–2–3. Анализ сделали, когда возобновили дело Вегерле. Но я надеялся, что они блефуют. Неужели спустя столько лет образцы еще сохранились? После того как по девятому номеру [Вегерле] возобновилось расследование, все дела ВТК попали на пересмотр к детективам. Они понятия не имели, что номер девять [Вегерле] была жертвой ВТК, пока я сам им не сказал. До тех пор ее убийцей считалось «неизвестное лицо мужского пола». Получается, я тогда совершил ошибку. Поверить не могу, что все вышло так просто! Они знали про компьютеры больше, чем я. К счастью для них и к несчастью для меня!»

После ареста Рейдер встретился с компьютерным специалистом, который помог изобличить его. Это был Рэнди Стоун, тот самый полицейский, который несколько месяцев ранее дал ему совет насчет переписки по электронной почте.

Детективы допрашивали Рейдера около тридцати часов в течение двух дней. Узнав, что ВТК использовал ксероксы в Уичитском университете в 1978 году, они предположили, что автор стихотворения «Смерть Нэнси» мог посещать лекции П. Р. Уайатт, которая включила популярную кантри-песню «О, смерть!» в свой учебный план. Эта предполагаемая связь вновь всплыла в 2004 году, когда Ландвер обратился за помощью к общественности. На допросе Рейдер сказал, что никогда не встречался с Уайатт, а буквы «П. Р.» в его головоломке обозначали проекты. Рейдера, писавшего с ошибками, позабавило предположение полиции о его связи с преподавательницей английской литературы. Он добавил, что письмо «Джеки» и послание к Фейджерам были лишь «раздуванием углей» и основывались на газетных статьях. Убийство в доме Фейджеров возбудило его, потому что девочек связали черным скотчем и утопили, а это довольно сексуально, по его представлениям. «Будь они голые, было бы еще лучше… Я и сам сделал бы так либо включил экспонаты с ними в свою коллекцию».

Рейдер признавал, что был «немного странноватым парнем, со склонностью к мечтаниям». Несколько раз он утверждал, что «болен». Он также сказал: «В целом я довольно приятный человек. Уж простите, но так и есть».