А. Николаева – Корейские мифы (страница 8)

Разговор их затянулся на несколько часов, а потом они уже по собственной воле встречались и беседовали почти ежедневно. И узнала об этом мать девушки. Она тут же побежала и рассказала обо всем мужу. Тот рассвирепел и сказал:

– Я думаю, что надо Ёнгира убить. Где это видано, чтобы слуга смел заглядываться на дочь богатого и знатного человека, да еще и на свидания ее приглашать! Только вот ходили по нашей деревне слухи, что Ёнгир на самом деле – богатырь-чжанси, и есть у него невидимые крылья. И нужно их отрезать, чтобы лишить его силы.

Янбан созвал своих слуг и приказал им внезапно наброситься на парня, связать его и лишить крыльев. Так они и сделали, а потом притащили связанного к хозяину. А тот сказал:

– Привяжите ему к ногам камень и бросьте в озеро.

– Ты, конечно, можешь сделать это, – ответил ему Ёнгир. – Но лучше бы ты еще раз подумал. Ведь ни твоя дочь, ни я ничего плохого не сделали.

Но не послушал его янбан и приказал молодого человека утопить.

А на следующее утро, когда родители пришли в комнату в дочери, то не нашли ее там. Только на подушке была записка: «Ищите меня в том же озере, куда вы бросили Ёнгира».

После того в семье янбана ни одна девочка не прожила дольше пятнадцати лет. Плакали родители, жалели о своей жестокости, но ничего уже не могли поделать.

Несмотря на очень жесткие социальные рамки древней и средневековой Кореи, на свет появлялись и такие вот истории, призывавшие не препятствовать высоким чувствам…

Ким Хон До. Ткачихи. Кон. XVIII в.

Своеобразная лирика присутствует и в мифе о Млечном пути – впрочем, схожие легенды были практически у всех азиатских народов.

Много лет назад жили на небесах две звезды – Кенну и Чине. Обе они состояли в услужении у Солнца: Кенну пас небесные стада лошадей, коров и овец, а Чине изготавливала холсты и прочие ткани, а потом шила одежду, которую носили обитатели небес. И вот однажды звезды встретились и полюбили друг друга. Да так увлеклись, что кроме своей любви ничего не видели и не слышали. Кенну бросил свои пастушеские обязанности, а Чине перестала ткать. Солнце страшно разгневалось и нажаловалось Небесному владыке.

– Что же это творится? – возмущалось светило. – Вся скотина разбрелась, все жители неба пообносились, а новой одежды нет! Будем ходить голодные, голые и босые!

И Небесный владыка решил наказать Кенну и Чине, забывших свой долг. Он создал Ынхасу – Серебряную реку – и приказал им поселиться на разных ее берегах. И как теперь им было увидеться? Обратились Кенну и Чине к птицам-сорокам и попросили их построить через Ынхасу мост. Но сороки не могли работать быстро, ведь в их распоряжении были только веточки. А когда мост был готов и звезды смогли перебегать друг к другу на противоположный берег, постройку заметил Небесный владыка и приказал Серебряной реке разметать ее. Разлилась река, и рассыпался Сорочий мост. С тех пор так и повелось: Кенну и Чине просят сорок построить новый мост, птицы возводят его, звезды проводят один день друг с другом, а потом разливается река и мосту приходит конец. Приходится звездам расставаться друг с другом, плачут они горькими слезами, и наступает на земле сезон дождей.

ПЛЕШЬ НА ГОЛОВЕ СОРОКИ

Именно постройкой моста через Млечный путь корейцы часто объясняли наличие пятна, или «плеши», на голове некоторых видов сорок. Мол, появилось оно оттого, что сороки для скорости иногда носили вязанки прутьев на голове.

Ан Чжон Сик. Лето. Кон. XIX – нач. XX в.

Под именем Ынхасу, или Серебряной реки, в легенде выведен Млечный путь. Интересно, что в Японии есть очень схожая легенда, более того, там этой легенде посвящен популярный праздник Танабата, он же – праздник звезд, праздник влюбленных или праздник небесной ткачихи. В этой легенде также идет речь о двух влюбленных, олицетворяющих звезды Вега и Альтаир, а во время праздника Танабата японцы отмечают их встречу.

В современной Корее большинство верующего населения составляют буддисты, протестанты и католики, но имеются и приверженцы древнего шаманизма, который, правда, впитал в себя значительное количество черт даосизма, буддизма и других распространенных на Корейском полуострове религий и верований. Шаманизм – прямое наследие языческих представлений и мифов древнего Чосона, он основан на вере в почитание духов природы, скал, морей, на поклонении небесным светилам и душам умерших.

В некоторых регионах по сей день можно наблюдать «обряды семи звезд», посвященные созвездию Большой Медведицы. Среди корейцев вообще многие верят в то, что звезды влияют на судьбу людей, управляют рождениями и смертями. К звездам обращаются затем, чтобы попросить достатка и благополучия в доме и здоровья для всех, особенно для детей. Обращение к «семи звездам» происходит во время обряда, нацеленного на спокойствие и благополучие дома, совершаемого специально приглашенным шаманом. Кстати, во многих домах – особенно в сельской местности – по сей день имеются домашние алтари, посвященные духам-хранителям дома и покойным родственникам. Также к «семи звездам» обращаются во время похорон человека, прося для него возможно более легкого перемещения в загробный мир.

СЕМЬ ЗВЕЗД

Этнографы отмечают, что, например, на похоронных принадлежностях в Корее можно было увидеть семь точек или семь дырочек, расположение которых очень напоминает конфигурацию звезд Большой Медведицы. Схожие обряды есть и у многих других азиатских народов.

Идеал женщины

К числу наиболее известных корейских мифов относится сюжет о принцессе Пари – той самой, которая после всех пережитых ею испытаний стала почитаться как первая шаманка. Историю о ней исполняли в качестве понпхури во время моления за усопшего.

…Много лет, а может быть, и столетий назад королевством Пулла управлял молодой государь по имени Огу. И вот однажды он собрался жениться.

– Отправляйтесь в разные уголки моих владений, – напутствовал Огу своих царедворцев. – Найдите мне красивую, умную и достойную девушку в качестве невесты!

Ким Хон До. Гадание. Кон. XVIII в.

Придворные не ударили в грязь лицом и вскоре представили своему господину прекрасную девушку по имени Кильде. Она очень понравилась Огу, но, прежде чем жениться, он решил обратиться к гадателям и спросить, что ждет его в этом браке? Гадатели долго думали и долго разбирались со своими гадательными принадлежностями, но наконец сказали:

– Если ты, правитель, заключишь брак в этом году, у тебя родится семь дочек подряд. А если женишься на Кильде на следующий год – родится подряд три сына.

Конечно, для любого правителя важно иметь наследника! Но Огу не принял всерьез предсказание гадателей. «Главное, что не предсказали ничего плохого, – думал он. – Ну подумаешь, семь дочек подряд! Что в этом такого? Даже если предсказание сбудется, может быть, восьмым родится мальчик… Да и семь дочек, в общем-то, тоже неплохо…»

Огу немедленно вступил в брак со своей избранницей. И уже через год в семье начали одна за другой рождаться девочки. Родители были очень рады! Но к моменту рождения шестой дочери радость правителя угасла. «Неужели предсказание было верным? – думал он. – А если и правда родится только семь дочек, и больше детей у меня не будет? Кому же я передам свой трон?»

Кильде тоже переживала, ей было не по себе от того, что она никак не может родить наследника. И вот, когда у супругов было уже шесть дочек, жена Огу забеременела опять. Весь дворец замер в ожидании. Однажды утром Кильде сказала:

– Мне приснился очень странный сон! Как будто с неба ко мне спустились два дракона, к ногам подползли две черепахи, а в небесах надо мной сияют одновременно солнце и луна.

– Думаю, это хороший сон! – обрадованно сказал Огу. – В этот раз у нас непременно родится мальчик!

Правитель приказал заранее приготовить для будущего мальчика самые красивые одежды и самые удобные дворцовые покои. Но когда наступил день родов, разочарование Огу не имело пределов, потому как на свет появилась седьмая по счету девочка!

– Не нужны мне больше девчонки! – злобно закричал разочарованный правитель. – Уберите ее из дворца сейчас же!

– Ну посмотрите, какая она хорошенькая! – взывали к разуму Огу многочисленные родственники. – Как можно отказаться от нее?

– Ничего не хочу знать, – отвечал правитель. – Отнесите ее куда-нибудь там… в коровник, что ли. Или в конюшню.

Слуги скрепя сердце отнесли корзину с младенцем на скотный двор и увидели странное зрелище. Как только ребенка положили на солому, все лошади и коровы столпились вокруг него, как будто желая поклониться девочке. Но в то же время животные вели себя очень осторожно, чтобы никоим образом ей не навредить.

Когда Огу узнал об этом, он разозлился еще больше.

– Не хватало нам, чтобы весь скот сошел с ума из-за какой-то девчонки! – заявил он. – Уберите ее из дворца и унесите куда подальше.

Кильде, которая чуть не сошла с ума от горя, попросила хотя бы дать девочке имя.

– Пусть зовется Пари, – ответствовал супруг. – А теперь несите ее куда хотите, глаза бы мои на нее не смотрели.

Чан Сон. Селение на берегу. XVIII в.

Видя, что правитель вряд ли смягчится, слуги завернули девочку в пеленки, на которых было вышито ее имя, положили сверток с младенцем в ларец и пустили на волю волн.