А.М. Сунгурский – Город на тридцать дней (страница 5)

— Начинается хорошо, — сказала Вера.

Она пришла раньше назначенного времени и стояла у двери с двумя бумажными стаканчиками. Антон хотел сказать, что давно здесь не убирали, но передумал. Последним шкаф открывал он сам.

— Это не для маршрутов, — объяснил он. — Старая схема подключений. Вдруг кабель искать придётся.

— За девять лет кабели не изменились?

— Изменились. Поэтому папка отдельно лежит.

Вера посмотрела на слово «Актуальное», но ничего не сказала.

В помещении пахло сухой древесиной и нагретой пылью. Старая диспетчерская занимала две комнаты. В маленькой стоял шкаф связи, в большой — широкий стол, два стула и третий, который Антон предупредительно прислонил к стене спинкой. Под окном ждали два пластиковых стула из буфета: после собрания он привёз их сюда. Когда-то здесь работали четыре человека. Потом трое ушли, один перешёл в транспортную службу, а помещение стало местом, куда заходят, если перестал загораться экран.

Теперь экран загорался. Антон проверил его ещё вчера. Проверил розетки, соединение и местный телефон. Поставил чайник, найденный на верхней полке; чайник оказался чистым, но без подставки.

Вера отдала ему кофе.

— Это не предложение постоянно приносить, — сказала она.

— Рая научила?

— Быстро учусь.

На телефоне мигнуло сообщение от Степана: два снимка общежития и приписка, что у соседей есть холодильник. Антон открыл первый снимок, увеличил розетку возле кровати и закрыл. Ничего подозрительного в розетке не было. От этого стало не легче.

Он положил на стол десять листов, полученных в школе, и придвинул Вере ручку.

— Давайте людей.

«Лад» предложил начать учебное задание. Временный доступ Антона уже действовал; Вера подключилась как участник занятия. Система показала короткое напоминание: список содержит сведения для организации перевозки, пересылать его посторонним нельзя. На большом экране вместо фамилий стояли номера пассажиров и точки посадки. Имена и телефоны были доступны Антону и водителю в рабочем приложении.

Вера переписала улицы на бумагу.

Две остановки на Садовой, одна на Кирпичной, ещё две в западном районе. У двух пассажиров была общая точка посадки. До поликлиники нужно было довезти всех к девяти. Борис Тимофеевич предложил прибыть не позднее без четверти: человек должен успеть выйти, найти гардероб и нужный кабинет.

Антон нарисовал на листе неправильный прямоугольник.

— Начнём отсюда. По Садовой заберём двоих, потом налево. С Кирпичной насквозь и выйдем к магазину.

Вера посмотрела на карту.

— Здесь проезда нет.

— Всегда был.

— Серым отмечено.

Антон придвинул экран. Между двумя домами, где он помнил короткий проезд, теперь значился двор без сквозного движения. Заграждение поставили полтора года назад. Кто-то даже присылал в общий чат недовольную фотографию, и Антон её, кажется, видел.

— Тогда вокруг.

Он перечеркнул стрелку. Вера чуть подвинула к нему чистый лист, но он не взял.

В семь сорок две появился Борис Тимофеевич. Принёс складной стул и пустой контейнер из-под еды.

— Стул свой, контейнер на возврат. Если кто-нибудь спросит, я по делам.

Он поставил стул рядом с дверью и подошёл к столу.

— Через Кирпичную нельзя, — сказал он.

— Уже исправили, — ответил Антон.

— Значит, я могу обратно домой.

Работа заняла больше времени, чем ожидалось. По карте пять остановок выглядели простым делом. В действительности на одной стороне Садовой нельзя было безопасно посадить человека в этот автобус: высокий бордюр и узкий проход. У дома на Сиреневой пассажиру требовалось несколько минут, чтобы спуститься. Вера поставила две минуты, Борис Тимофеевич попросил пять.

— Он уже будет ждать, — сказала она.

— Если будет — поедем раньше. Если не будет — зачем врать бумаге?

Она исправила две минуты на пять.

У магазина в западном районе могла встать машина с разгрузкой. Антон предложил проехать мимо и развернуться дальше. Водитель показал, где удобнее заехать сразу. Постепенно нарисованный прямоугольник перестал быть похожим на карту. Вера взяла новый лист и переписала только последовательность остановок, время и количество людей.

Получилось шесть пассажиров, пять точек посадки, отправление в восемь пятнадцать, поликлиника в восемь сорок четыре.

— Одна минута запас, — сказал Борис Тимофеевич. — Щедро.

— Кроме пяти минут на Сиреневой, — возразил Антон.

— На Сиреневой это не запас. Это человеку спуститься.

Вера посмотрела на часы. Ей пора было возвращаться в школу. До первого урока оставалось сорок минут, но хотелось не влетать в кабинет вместе с учениками.

— Давайте проверим, — сказала она.

Антон ввёл остановки в учебную форму. Нажал «Передать на проверку».

Система ответила, что маршрут принят и будет включён в рабочую подготовку рейса. Рядом появилась зелёная отметка. Вера сфотографировала свой лист — без имён, только порядок остановок — и отправила в папку занятия.

— Вечером разберём, — сказала она. — Запишите, если что-то не сойдётся.

Борис Тимофеевич вышел к автобусу. Вера ушла следом. Антон ещё немного посидел над картой и отметил возле Сиреневой пять минут, обведя цифру кружком. Потом выключил большой экран, проверил окно и забрал лист с собой.

У автобуса водитель уже разглядывал рабочее задание.

— «Лад» обновил, — сказал он. — Семеро теперь. И выезд пораньше, через минуту.

Антон открыл своё приложение. Увидел новую строку: Павел Никитич Зорин, улица Прудовая. Заявка поступила в восемь ноль четыре, уже после отправки учебного списка. Ниже значилось, что она согласована для включения в этот рейс.

— Подхватил ещё одного, — сказал Антон.

— Хорошо, что заранее.

Борис Тимофеевич проверил изменённую последовательность, подтвердил, что принял её, и убрал телефон в держатель. Ничего необычного не происходило. Утренний лист менялся и раньше; для этого «Лад» и существовал.

— Ты со мной? — спросил водитель.

— Посмотрю, где наврали.

— Только сидя. Командовать из-за плеча не люблю.

Антон сел на первое пассажирское место. Водитель закрыл двери. Автобус вышел на улицу на шесть минут раньше того времени, которое они написали на бумаге.

Сначала поехали на Прудовую.

Это сразу вывело Антона из собственного маршрута. Он развернул лист, посмотрел на Садовую, записанную первой, и сунул лист обратно в карман. Пока система работала, дополнительный пассажир не был проблемой. Завтра можно будет спросить, почему она выбрала именно такой порядок.

На Прудовой возле низкого дома стоял мужчина в аккуратной светлой куртке. В одной руке он держал папку, другой прижимал к груди кепку. Когда автобус остановился, мужчина отступил от края дороги, пропуская колёса, и только потом подошёл к двери.

— Павел Никитич? — уточнил Борис Тимофеевич.

— Он самый.

— В поликлинику?

— Надеюсь, только туда и обратно.