А.М. Сунгурский – Чужой выкуп (страница 16)

Ася присела рядом.

— Можно отломать?

Вера приложила ладонь к доске, нажала. Та не сдвинулась.

— Руками пока никак. И он услышит.

За стеной загремела вода. Мужчина ругался негромко, словно разговаривал с краном. Потом загудел моторчик. Через минуту в их раковине появился напор, сперва с воздухом, затем ровный. Вера повернулась к Асе, и они обе одновременно вскочили.

Пока вода шла, Ася наполняла таз, Вера ополаскивала бутылки. Мужчина открыл дверь и застал их за этим. Взял ведро, вынес его в проход. Вернулся с пустым. Поднял канистру, посмотрел на отбитую ручку, переставил её за перегородку.

— Не оставлять открытым, — сказал он, показывая на кран. — Выйду — выключу.

Вера удержалась от вопроса, что именно выключит. Ему было проще сказать лишнее, если она молчала. Но он больше ничего не объяснил. Забрал мусор и ушёл.

Теперь за засовом щёлкнул замок.

Они умывались по очереди. Ася намылила волосы у висков, Вера помогла смыть, поддерживая её голову над тазом. Больная рука уже двигалась лучше, но поднять её над головой Ася не могла. Вода быстро потемнела. Вера вылила её в раковину. Из крана уже не текло; чистую воду пришлось снова отливать из канистры.

— Красную мне? — спросила Ася, показывая на щётки.

— Бери любую.

— Я спрашиваю, какую ты хочешь.

Вера посмотрела на неё. Это был первый за день вопрос, в котором от неё ничего не требовалось.

— Зелёную.

Ася протянула зелёную щётку, распечатала свою. Зубной пасты мужчина не принёс, и они чистили зубы водой. Вера вспомнила, как Митя маленьким глотал пасту, утверждая, что она клубничная. Пришлось прятать тюбик на верхнюю полку. Потом он вырос и однажды сам переставил туда какой-то раствор, чтобы она не перепутала с водой. Ей не понравилось, и она устроила ему длинную лекцию о том, кто здесь кого растил.

Воспоминание пришло целиком, вместе с бесполезной злостью того дня. Вера сплюнула в раковину и рассмеялась.

Ася повернулась.

— Что?

— Ничего. Сын вспомнился. Я на него глупо ругалась.

— Ты могла потом сказать.

— Думаешь, я не сказала? Конечно, сказала. А потом ещё раз поругалась. За другое.

Ася улыбнулась. Улыбка быстро исчезла, но Вера успела её увидеть.

Они сели на кровати, положив щётки каждая возле своего матраса. В пакете оказались хлеб, варёные яйца и соль в маленьком бумажном свёртке. Ася очистила одно яйцо для Веры. Тонкая плёнка плохо отходила, белок рвался. Она виновато показала результат.

— У меня всё не получается сегодня.

— Зато чистить меньше надо. Всё на скорлупе осталось.

Они ели медленно. Соль прилипала к мокрым пальцам. Вера разделила хлеб на две части, потом увидела, что одна заметно больше, и отломила от неё край. Ася сказала, чтобы она взяла себе, ей всё равно не хочется.

— Ешь. Потом захочется, а его уже не будет.

Ася подняла на неё глаза. Вера остановилась.

— Опять командую. Ладно. Как знаешь.

Та всё-таки взяла хлеб.

После еды Вера собрала скорлупу и упаковки в пакет. Пакет ей понравился: большой, плотный, не рвался. Хотелось оставить его для чего-нибудь полезного, хотя пока она не могла придумать для чего. Вера разровняла стенки, сложила пополам.

— Ты думаешь, он нас выпустит? — спросила Ася.

Вера села на край кровати.

— Я думаю, нам надо самим пробовать.

— Как?

— Ещё не знаю.

Ася долго смотрела на неё, потом кивнула. Вера почувствовала странное облегчение от того, что смогла произнести эти четыре слова. До сих пор от неё ждали направления. Как будто где-нибудь за кроватью была карта, которую она уже изучила и не хотела показывать.

— Давай так, — сказала Ася. — Если ты что-нибудь заметишь, говори мне. Я тоже буду говорить. Даже если глупость.

— Хорошо.

— И когда он придёт, не перебивай меня сразу. Я могу договориться о чём-то.

Вера отвернулась к двери. Хотела напомнить про обещанный звонок, но вместо этого посмотрела на таз с чистой водой. Об этом договорилась она сама. Ей не хотелось отдавать женщине напротив даже такое маленькое первенство.

— Я попробую, — сказала Вера. — Только если он тебя за руку берёт, я молчать не буду.

— Не молчи.

Ася легла, накрылась кофтой до подбородка. Вера ещё посидела, прислушиваясь к зданию. В соседнем помещении ходили. Один человек, одни шаги, но этого было достаточно, чтобы обе кровати стали клетками.

Она подняла зелёную щётку, посмотрела на неё и осторожно засунула ручку под матрас. Щетина осталась снаружи — сохнуть. Потом взяла пакет из-под еды, сложила ещё раз и положила туда же. Небольшие собственные вещи меняли комнату. Теперь здесь появилось что-то, что она решила сохранить сама.

Глава 9. Свои деньги

Олег приехал с пакетом из продуктового магазина. В нём были документы, зарядное устройство и белая рубашка, свёрнутая так плотно, что воротник торчал из рукава. Софья привезла плоскую папку с разделителями. Они поставили свои вещи на два соседних стула и сели через один, оставив между собой свободное место.

Лидия попросила сначала показать документы о деньгах.

— Здесь всё, что вы просили, — сказала Софья. — По выплатам Асе, по снятию. Бухгалтер сделала копии. Только она, конечно, уже спросила зачем. Я сказала, что проверяют личные расчёты.

— О похищении она знает?

— Знает, что Ася пропала. Разницу, надеюсь, понимаете.

Олег расправлял бумаги на колене. Один лист попал между складками рубашки; он вынул его, отряхнул, хотя стряхивать было нечего, и положил поверх остальных.

— Это договор с Лариным. Вчера вы его не видели.

Лидия взяла копию. Девять миллионов. Олег Невельский — заёмщик, Александр Ларин — заимодавец. Подписи, дата, условия возврата. На отдельном листе подтверждалось получение наличных. Никаких слов о переходе мастерской или доли Аси в прачечных там не было.

Софья наклонилась посмотреть.

— Вот этот лист я тоже впервые вижу.

— Я тебе сказал, что взял.

— Ты вчера сказал, что есть договор. Что в нём написано, я не видела.

Олег поднял на неё глаза.

— Соня, он девять миллионов дал. Я не собирался торговаться с ним до утра.

— Не называй меня так.

Лидия перелистнула договор, не вмешиваясь. Вчера Софья узнала, кому Олег теперь должен. Сегодня могла прочесть, как долго этот долг останется с ними, если деньги не вернут быстро.

— Оригинал где?

— У меня дома. Здесь копия, вы так сказали привезти. Второй экземпляр у Александра.