А.М. Сунгурский – Чужой выкуп (страница 13)

Рудина развернула тетрадь.

В строках были адреса, суммы, сокращения имён, галочки, стрелки на соседний день. Одни заказы внесены аккуратным почерком, другие — карандашом поверх. Часть разговоров проходила в сообщениях. Иногда постоянный клиент звонил водителю напрямую, затем они рассчитывались с диспетчерской. Иногда не рассчитывались и ссорились из-за того, чей вообще был клиент.

— Водители у вас работают по сменам?

— Если бы у меня были нормальные смены, я бы сейчас спокойно показала вам график. У них свои машины. У меня два постоянных человека на заказы, остальные берут, когда могут. Вадим чаще всех берёт вечерние. Тимофей сам по себе, ему не каждый заказ подходит.

— Брагин?

— Да.

— И общий аппарат бывает у них обоих?

— У Вадима точно. Тимофею давали тоже. Когда я уезжала. Он потом сказал, что больше не будет: люди звонят в шесть утра, им всё надо за полцены, а претензии мне.

Она усмехнулась, вспомнив старый спор, и сразу перестала.

— На ночь с четверга на пятницу кому передали?

— Вадиму. Я вечером уехала к дочери. У неё маленький. Вадим должен был закончить поддоны и отвечать, если кто позвонит. Утром я собиралась забрать.

— Забрали?

— Нет. У меня всё сдвинулось. Я со своего людям отвечала. А потом вы позвонили на личный, я стала искать аппарат.

— Вы звонили на общий утром в пятницу?

— Да. Не ответили. Потом Вадим перезвонил, сказал, что спал.

Титов попросил Рудину открыть переписку с Климовым. Когда стало ясно, что аппарат придётся забрать, она придвинула его к себе. Рудина успела спросить, как им работать без номера; Андрей предложил сначала переписать необходимые текущие контакты при нём и предупредить клиентов с её личного. Изъятие перестало казаться хозяйке наказанием за сам факт разговора.

Лидия положила перед ней фотографию Климова.

— Знаю, — сказала Рудина. — Вчера же сказала.

— Когда последний раз разговаривали?

Она открыла тетрадь в другом месте.

— Днём, на неделе. По каким-то станкам. Но я сейчас не буду день угадывать.

— Он просил перевезти людей?

— Нет.

Ответ был слишком быстрым. Рудина сама это услышала.

— При мне не просил. Может, водителям говорил. Я за каждого не могу…

— Что он просил у вас?

Рудина провела ногтем по строкам.

— Небольшую машину без грузчиков. Сказал, подъезд неудобный. Дальше они сами договаривались. Это бывает: я даю контакт, а потом мне говорят, что всё отменилось. Или ничего не говорят.

— Кому дали?

Она посмотрела на закрытую дверь, словно человек, которому дала контакт, стоял за ней.

— Я сказала позвонить на общий вечером. У меня тогда было трое свободных. Кто в итоге взял — спросите у них.

— Вы вчера им сообщили, о чём мы говорили?

— Конечно. Мне пришлось объяснить, зачем собирать бумаги.

— Что именно сообщили?

Рудина перечислила: Климов, перевозка, две пропавшие женщины. Лидия почувствовала раздражение и оставила его при себе. Она сама вчера сказала о двух женщинах, чтобы хозяйка вспомнила необычное. Теперь каждый связанный с диспетчерской знал, чего ищут.

— Хорошо. Сегодня мне нужно поговорить с ними по отдельности.

— Они внизу.

Носов пришёл первым. На правой стороне футболки у него темнело влажное пятно; он объяснил, что облился кофе, хотя никто не спросил. Поставил на стол ключи от автомобиля, сел, потом забрал ключи обратно.

— Я телефон вернул. Галина Петровна сказала, вы из-за него.

— Мы из-за людей, — сказала Лидия. — Телефон помогает понять, с кем они могли ехать.

— Я никого не возил.

— В четверг вечером что возили?

— Поддоны.

Он назвал придорожную точку общепита на правобережной дороге из Ярославля в сторону Тутаева. Рудина уже показала этот заказ: после вечерней разгрузки оставались пустые поддоны, хозяин просил вывезти их обратно в Ярославль. Машина Носова была белой, грузовой, с закрытым кузовом.

— Во сколько закончили?

— Полдвенадцатого примерно.

— Человек, который принимал, помнит?

— У приёмщика спросите. Я пустой от него уехал, деньги получил.

— Дальше?

— Домой.

— С рабочим телефоном?

— Да.

Лидия дала ему рассказать про дорогу до дома, стоянку, звонок Рудиной на следующий день. Он отвечал уверенно до вопроса, где аппарат лежал ночью. Тут вместо места назвал действие:

— Я его не выключал.

— Я спросила, где он был.

— В машине мог оставить. Или дома. Я уже не помню.

— Вы говорите «мог». А что помните?

Носов сжал ключи. Металлический край оставил на пальце белую полоску.

— Я после работы уснул. Рудина утром до меня дозвонилась, я потом аппарат вернул. Он целый, сообщения на месте. Я не знал, что должен ещё запоминать, где его положил.

— Кто ещё пользовался машиной?

— Никто.

— Ключи кому-нибудь передавали?

— Нет.

Титов сидел у окна и записывал. Он не вмешивался, пока Лидия не показала Климова. Носов узнал его, признал два прежних заказа, затем неожиданно сам заговорил о Брагине.

— Он с Тимофеем больше. Я ему один раз шкаф отвозил, ещё железо какое-то. А они между собой договариваются.