А. Командор – Тайная сторона (страница 7)

***

В морге было довольно темно, пахло затхлостью и моющими средствами. Одна из ламп на потолке раздражающе мигала с характерным треском, кидая то чуть больше, то чуть меньше белого света на растрескавшуюся штукатурку стен и бетонные квадраты на местах недостающих плиток на полу. За стойкой сидел работник морга, видимо, санитар, который уже успел сходить в прозекторскую и вернуться. Это был полноватый мужчина в очках, его редкие зачесанные назад волосы едва прикрывали лысину, лоб поблескивал от пота.

Всего пару минут назад он представился, но эта информация тут же вылетела у Славы из головы как не представляющая интереса. Нервно постукивая пальцами по стойке, она следила, как санитар листает журнал, просматривает что-то на мониторе и хмурится.

Для начала ей следовало получить медицинскую справку о смерти – и та была только первой в списке документов, о которых Слава имела лишь смутное представление. Прежде чем получить тело, придется найти ритуальную службу, собрать остальные справки и уже вместе со всем этим вновь вернуться сюда.

Из груди вырвался тяжелый вздох. День обещал быть долгим, а припухшие глаза уже слипались несмотря на гигантский стакан кофе, который Януш купил ей в обмен на футболку в киоске по дороге.

– М-м, странно… – протянул санитар, и внутри все моментально сжалось от нехорошего предчувствия. – Запись о поступлении тела есть, а самого тела нет.

– В смысле? – упавшим голосом выдохнула Слава. Сердце похолодело, а мозг отказывался воспринимать смысл этих слов. Она перевела потрясенный взгляд на стоящего рядом не менее потрясенного Януша и обратно.

– Нет его у нас. – Мужчина развел руками и захлопнул пухлый журнал. Озадаченность явно читалась на его лице, однако он мигом принялся искать правдоподобные объяснения. – Вы уверены, что никто больше не мог забрать покойного? Другие родственники?

– Вы издеваетесь? Конечно, уверена. Да и разве у вас не было бы записи на этот счет?

– Ну, э… – Санитар сделал вид, будто его резко заинтересовали какие-то документы, и принялся щелкать компьютерной мышью. – Вы только не волнуйтесь, мы во всем обязательно разберемся…

Слава огляделась в поисках неизвестно чего. Если бы в этот момент в приемную вышел другой работник, она накинулась бы с вопросами на него, но в помещении по-прежнему было удручающе пусто и тихо. Зато в углах она заметила камеры наблюдения.

– Не мог же он просто пропасть? Посмотрите по камерам.

– Камеры? – Санитар оторвался от монитора, кинул быстрый взгляд на потолок, а потом взглянул на Славу, наморщив лоб. – Да это муляж. Никому здесь ничего не нужно. Знаете что? – Он порылся в куче хлама за стойкой и протянул Славе ручку и стикер для заметок. – Оставьте свой номер, и как что прояснится, мы сразу с вами свяжемся.

Слава скрипнула зубами, едва удержавшись, чтобы не начать скандал прямо сейчас, яростно выдернула ручку и накарябала на листочке номер с именем. Потом развернулась на пятках и стремительно направилась к выходу. Услышала, как Януш вежливо просит санитара разобраться в ситуации, не доводя до полицейского расследования и огласки, а потом так же вежливо прощается.

По пути к машине – старенькой серебристой “Ладе” с подгнившими порогами и парой вмятин – Слава со злостью пнула уличную мусорку, которую заменяло ведро из-под шпатлевки, и уселась на переднее пассажирское сиденье. Она была расстроена, напугана – еще бы! – и невероятно сердита. После сегодняшней ночи пропажа тела дедушки казалась зловещим знаком. Слава не знала что и думать. В голове вертелось множество предположений одно хуже другого, и она была готова поверить в каждое, пусть даже самое неправдоподобное. Проделки злых духов? Какие-то черные магические ритуалы? Или, может, дед и сам был злым духом, нечистью, или кем там еще?

От всех этих переживаний, от недосыпа и ощущения полнейший беспомощности хотелось плакать или биться головой о стену, но Слава лишь скрестила на груди руки и уставилась перед собой, на пыльную обочину сквозь мутное, покрытое подсохшей грязью стекло.

Януш сел в машину и молча взглянул на нее. Должно быть, пытался придумать что-нибудь утешительное, но Слава не нуждалась в утешении. Она просто хотела, чтобы все это поскорее закончилось.

– Этот город меня доконает. Что теперь делать? Писать заявление?

Януш устало потер переносицу, размышляя, потом медленно произнес, пытаясь убедить то ли ее, то ли себя самого:

– Подожди немного, несколько дней. Я поспрашиваю своих, они помогут с поисками. Если в этом деле замешаны какие-то сторонние силы, полиция все равно ничего не добьется. Но, может, мы напрасно переживаем, и Виктора Ивановича просто перевезли не в то отделение. Это же Смоленск.

– Ага, – устало вздохнула Слава.

– Мы найдем его.

– Ага.

Несколько секунд прошли в неловком молчании. Мимо изредка проезжали машины, поднимая с дороги облака пыли; галки, что во множестве усеивали ветви тополей по обочинам, с гвалтом перемахивали с одного дерева на другое, словно играли в догонялки.

Януш откашлялся, нарушая тишину.

– Уже думала насчет похорон? Многие захотят прийти.

– Он оставил записку, в которой попросил кремировать тело.

Парень удивленно поморгал, явно не ожидая услышать такого.

– Да, это… хороший вариант. А что еще в той записке? Получается, он знал заранее о том, что произойдет? О своей смерти. У него были поводы опасаться чего-то конкретного?

– Нет, там ничего особого. Написал, что плохо себя чувствовал в последнее время – вот и все.

Слава дернула плечами, по-прежнему глядя перед собой. Праздно болтать у нее не было ни малейшего желания – в общем-то, как и всегда. Злость и негодование все еще кипели внутри, и особенно злило, что все происходящее выше ее понимания.

Еще прошлым вечером, когда она прочла записку дедушки, его прощальные слова вызвали лишь грусть и чувство вины, но теперь, если взять во внимание то жуткое существо и странное исчезновение тела, сам факт наличия записки внушал некоторую тревогу. Вопросы Януша были отражением ее собственных мыслей, но пока они оставались лишь смутными бездоказательными ничем не подтвержденными предположениями, рассматривать их всерьез она не хотела.

– Хм-м… – хмуро протянул парень и повернул ключ в замке зажигания. – Ладно, разберемся со всем по очереди, а сейчас поедем к тому человеку, о котором я говорил.

– Поехали, – со вздохом кивнула Слава. – А потом было бы неплохо найти гостиницу. Может, ты знаешь какую-нибудь приличную? Не хочу снова возвращаться в эту квартиру.

– Если шепник подскажет, как избавиться от зморы и очистить квартиру от порчи, она станет снова безопасной.

– Боже, у меня уже голова кругом от всех этих твоих…

Парень послал ей короткую усмешку, после чего плавно выехал с обочины, полностью сосредоточившись на дороге. Он старался сидеть прямо и не облокачиваться на спину – должно быть, швы адски болели, но он не обмолвился об этом ни словом и даже не попросил таблетку обезболивающего. Украдкой взглянув на него, Слава не в первый раз задумалась, кто он вообще такой. Кроме того, что он дедушкин знакомый – хороший знакомый, видимо, – Януш так ничего и не рассказал. Не то чтобы Слава спрашивала, но все же. Судя по многочисленным старым и новым следам побоев, он частенько влезал в драки да и в целом выглядел слегка неформально с черными тоннелями в ушах, бритыми висками и свисающими на глаза прядями. Для полноты образа не хватало разве что подвески с пентаграммой и черного лака на ногтях. И хотя парень не использовал дворовый жаргон или что там обычно принято у уличных банд, слова соседки казались теперь не лишенными смысла. Ведь была же у него причина не обращаться в скорую. Условка? Слава совершенно не удивилась бы этому.

И как, интересно, интеллигентного и всегда правильного деда угораздило очутиться в такой компании?..

Голова отяжелела от недосыпа и глаза закрывались сами собой. Слава не собиралась противиться накатившей сонливости: сейчас она по какой-то причине чувствовала себя в большей безопасности, чем в квартире деда. До центра города оставалось еще минут пятнадцать под монотонное гудение двигателя, и единственное, что могло помешать задремать, – это многочисленные выбоины, на которых приходилось подпрыгивать несмотря на довольно аккуратное вождение Януша.

Не успела Слава отправиться в долгожданное забытье, как за лобовым стеклом мелькнула быстрая черная тень – и в следующий миг раздался глухой удар. Слава машинально зажмурилась и вжалась в кресло, сердце пустилось вскачь, Януш резко затормозил, заставив дернуться вперед. Вместе они ошалело уставились на лобовое стекло, по которому на капот скатилась черная тушка оглушенной галки. Птица, однако, скоро пришла в себя и криво взмахнула в сторону, потеряв только парочку перьев.

Несколько секунд молчания спустя Януш и Слава переглянулись. Выражение шока на их лицах постепенно преобразилось в простое изумление.

В любой другой день Слава посчитала бы это внезапное столкновение с черной птицей не слишком приятной, но вполне обычной случайностью. Однако в свете последних событий это виделось каким-то дурным предзнаменованием или, может, частью проклятия, преследующего ее семью.

– Все нормально? – поинтересовался Януш прежде чем двинуться дальше.