А Карст – Warsword story II (страница 12)
— Так… вы дошли, — пробормотала она, пальцы сжимая рукоять цепного меча. — Тогда посмотрим, кто останется последним.
Анатолия стояла на краю скалы, освещённая тусклым светом луны. Она откинула голову назад, раскинула руки в стороны и начала рычать песню, голос был хриплый, глубокий, надрывный — он отражался от каменных стен и превращался в звериный вой.
Её движения стали театральными, широкими, будто она стояла не на поле боя, а на сцене перед жадной толпой фанатиков. Руки резко скользили по воздуху, пальцы вибрировали, словно дирижировали безумной симфонией.
Герои растерялись.
— Что она делает?.. — спросила Клейя, машинально приподняв мечь.
— Это… отвлечение? — прошептала Батори, нахмурив брови.
Авалон сделал шаг вперёд, пытаясь понять, что скрывается за этим странным ритуалом.
И в этот момент — их бдительность исчезла. Всего на секунду. Но этого было достаточно.
Высоко на соседнем утёсе, в заранее подготовленном гнезде, один из снайперов Анатолии даже не дышал. Он ждал именно этого мгновения.
Палец плавно нажал на спуск.
ЩЕЛК.
ВСПЫШКА.
Выстрел прорезал ночь узкой линией голубого света и…
Голова Авалона исчезла.
Слишком быстро, чтобы кто-то успел осознать.
Слишком резко, чтобы тело удержалось на ногах.
Его тело повалилось вперёд, беззвучно, как сломанная статуя. Воронка от выстрела ещё дымилась на месте, где некогда была шея.
Батори вскрикнула.
Клейя побледнела ещё сильнее, хватая товарища за плечи, но тело уже рухнуло в песок.
Анатолия медленно опустила руки. Её лицо стало спокойным.
Голос — низким и холодным:
— Это была только разминка.
Тело Авалона уже упало на песок, кровь тёмным ручьём впитывалась в серую пыль пустоши. Батори в отчаянии схватился за доспехи друга, а Клейя — стояла, дрожа, будто от удара молнией.
Её глаза расширились.
Зрачки дрожали, будто внутри них шевелилось само время.
— Н-нет… Нет!.. — прошептала она, подняв руки к небу.
Анатолия лишь ухмыльнулась:
— Умрите красиво. Один уже—
Но Клейя не дала ей закончить.
Воздух вокруг содрогнулся.
Сначала лёгкая рябь.
Потом — круги на невидимой воде.
Цвета вокруг исказились, будто кто-то расплавил ночной мир и начал заново формировать его пальцами.
— Вернись!— выкрикнула Клейя, и её голос расколол тишину.
Время вокруг тела Авалона разорвалось.
Кровь, пролившаяся на песок, потекла обратно.
Осколки черепа и кости, которые снесло выстрелом, начали собираться, втягиваясь в вихрь обратного хода.
Голова, которую секунду назад сдуло как пыль, вновь обрела форму — словно кто-то лепил её из света, тумана и боли.
Мышцы дёргались.
Кожа натягивалась.
Костяные пластины шипели, становясь на свои места.
И наконец — вдох.
Резкий, отчаянный, живой.
Авалон поднял голову.
Снайперы отшатнулись от чуда.
Анатолия смотрела на происходящее с хищным восхищением. Её глаза расширились, а голос зазвучал почти ласково:
— Ты трогаешь само время, девочка…
Ты играешь силами, которые ломают мир.
Она подняла цепной огненный меч — и его лезвие загудело.
— Покажи, сколько ты ещё выдержишь.
Со всех сторон, из трещин и уступов, вспыхнули прицелы, и воздух прорезали десятки плазменных выстрелов.
— Берегитесь! — крикнул Авалон, заслоняя собой Клейю.
Но первой среагировала Батори — та, что до этого держалась сзади, наблюдая за каждым движением противников. Её глаза вспыхнули огненным янтарём.
Она резко вскинула руки вверх.
И огонь поднялся.
Не просто пламя — а стена раскалённой, ревущей энергии, словно вырванный из вулкана щит.
Выстрелы ударили в него и моментально испарялись, оставляя следы белых искр.
— Держитесь ближе! — рявкнула Батори, её голос дрожал от напряжения.
Снайперы не отпускали спусковые крючки.
Но Батори, скрипнув зубами, резко ударила кулаками в воздух вперёд.
Огненная волна сорвалась с её ладоней.
Она пронеслась по скалам, по ущелью, по вершинам, где скрывались стрелки, — как пылающий ураган.
Рёв огня заглушил стоны.
Тени снайперов разлетелись в вспышках, их доспехи плавились, а тела превращались в горящие силуэты, падающие вниз со скал.
Запах жжёного металла и горелой плоти заполнил ущелье.