А Карст – Warsword : Ballad of Aran (страница 9)

Но прежде чем кто-то мог ответить начал свою речь Равдус.

— Мы прибыли с миром и… — начал он, — с предложением от Александрии.

Старейшины переглянулись. Их сердца стучали быстрее — Александрия была врагом, но силы Лазурных Волн явно не хватало для победы.

— Мы знаем, — сказал старейшина Мириан, седобородый и высокий, — что нам предлагают. Но кто вы сами? И почему Александрия доверяет именно вам?

Талисса слегка улыбнулась:

— Потому что мы выращены и вскормлены самим Александром, мы его дети и самые доверенные лица. Он дал нам жизнь, научил выживать и хранить секреты. Мы знаем его желания и… знаем, что он ценит верность.

Равдус молча стоял рядом. Его глаза светились пурпурным светом, и каждый, кто смотрел на него, чувствовал, что этот молодой человек — не просто слуга, а волшебная сила, которую лучше не испытывать.

— Мы привезли вам «пролукцию», — сказала Талисса, — и делегатов.

— А взамен Александрия хочет… — тихо добавил Равдус, — доступ к портам и право выбирать правителя острова.

Старейшины молчали.

Мириан, наконец, вздохнул:

— Нам придётся согласиться… иначе нас сожмёт внутренняя слабость.

— Но — добавил он, — это должно остаться тайной. Никто из наших воинов не должен знать, что мы ищем помощи у врага.

Талисса кивнула, будто кошка, которая соглашается с мягким, но непреложным решением.

Равдус слегка улыбнулся, а его пурпурный меч мягко пульсировал — словно подтверждая сделку.

И так, на тихой гавани Тсеу, началась тайная игра союзов и верности, которая могла спасти остров… или привести к новой буре.

Когда корабли стояли в порту, а Дом Лазурных Волн заключал свои шёпотные договоры, Леди Талисса и Магистр Равдус незаметно переглянулись.

Они вспомнили слова человека, что стал им отцом — Александра, правителя далёкой Александрии:

«Мы разрушили их инфраструктуру.

Когда начнётся хаос, я внедрю своих доверенных людей,

чтобы довести всё до апогея и окончательно ослабить врагов.

А затем, когда мы завершим дела на нашем континенте

и накопим ресурсы, мы захватим ослабленных врагов.»

Слова звучали строго, но в памяти детей они превращались почти в сказочную стратегию, словно Александр показывал им, как расставлять волшебные фигурки на большой карте, чтобы победить в игре.

Каждое предложение — как камешек, который они должны были поставить на своё место:

разрушение, хаос, доверенные руки, апогей, ресурсы, захват.

И всё это выглядело таинственно, но закономерно, как заклинание, которое можно понять только тем, кто вырос рядом с Александром.

И теперь, глядя на остров Тсеу, Леди Талисса и Магистр Равдус шептали друг другу:

— «Вот так он и хотел.

Всё должно идти точно по плану.»

Наблюдая за раздором дворянских домов, они понимали:

— «Когда наш континент окрепнет…» — прошептал Равдус, вспоминая наставника.

— «…мы вернёмся сюда, и враги уже не смогут поднять своих знамён», — закончила за него Талисса, тихо, как кошка, что мурлычет в тени.

Но их голоса были мягкими, будто они обсуждали не войну, а сложную головоломку, которую обещали решить.

Они не хотели причинять вреда ради вреда —

они просто верили, что так правильно,

что Александр — их спаситель и отец — ведёт их к светлому будущему.

Глава 3

Аран шёл по узкой тропинке, а маленький котёнок прыгал рядом, осторожно переступая через корни деревьев.

Ветер шуршал в листве, и казалось, что лес шепчет ему что-то важное.

И вдруг впереди показалась разрушенная деревня.

Дома стояли полуразрушенные, крыши провалились, а окна были пустыми — словно глаза, которые давно перестали видеть свет.

На тротуарах лежали обломки, а травы пробивались сквозь старые камни, делая всё вокруг похожим на сказочный сон о забытой земле.

Аран спустился ближе.

Он чувствовал, что здесь когда-то жили люди — слышал тихий шёпот ветра, который будто повторял слова давно ушедших жителей.

В каждом доме оставались маленькие вещи: деревянные игрушки, обгоревшие корзины, даже старые книги, страницы которых ещё слегка переливались на солнце.

Котёнок тихо мяукнул и прильнул к ноге Арана.

Он понял: это место хранит память о людях, которые когда-то смеялись и играли здесь.

Аран присел на разрушенный порог одного дома и закрывал глаза.

Он вспомнил принцессу, её улыбку, мягкий голос и светлые волосы.

И тогда он понял: если он хочет найти её, он должен собрать все кусочки этой истории — всех людей, их воспоминания, все тайны острова.

Аран шёл по развалинам деревни, осторожно переступая через обломки, когда внезапно заметил две фигуры среди разрушенных домов.

Они сидели на земле, обняв друг друга, и казались совсем одними в этом забытой месте.

Это была женщина и её дочь с зелёными волосами, единственные живые здесь.

Они были без сил, их глаза широко раскрыты и полны шока — словно они только что проснулись после долгого страшного сна.

Котёнок Арана первым заметил их и тихо зашуршал, прижимаясь к его ноге.

Аран подошёл к ним медленно, чтобы не напугать:

— Привет, — сказал он мягко, — меня зовут Аран. Я пришёл помочь.

Женщина подняла слабый взгляд, а девочка слегка отпрянула, но её глаза всё равно следили за героем.

Зелёные волосы дочери переливались на солнце, словно маленькие листики, которые выжили среди развалин.

Аран присел рядом, не касаясь их сразу, но излучая тепло и спокойствие.

Он знал, что в таких местах даже доброе слово может стать маленьким чудом.

— Не бойтесь, — сказал он, — я помогу вам встать и уйти отсюда.

— И я хочу узнать… что случилось, — тихо добавил он, — чтобы вы больше никогда не чувствовали себя одними.

Котёнок потерся о его руку, и словно подхватил это обещание: маленький пушистый знак надежды.