А. Каллет – 100 миллионов морских свинок (страница 32)

В своих первых предложениях мы обратимся исключительно к тому, что может быть сделано благодаря честному и разумному раскрытию потенциала существующего Закона о пищевых продуктах и медикаментах.

Вторая группа предложений, на данный момент неполных и предварительных, составит наш рациональный план, адаптированный к современным условиям. Он будет подготовлен комиссией состоящей из юристов и технических экспертов и представлен Сенату. Комиссия разработает надежный свод законов и правил, которые мы повесим в рамочку на стену и покончим с теми очевидными неточностями и опасностями, описанными в данной книге, и еще с сотнями других, которые мы не смогли здесь уместить.

Опытный юрист, которому мы предложили прокомментировать некоторые вопросы, касающиеся неэффективных действий контролирующих ведомств, после просмотра некоторых судебных дел заметил: «Верхняя планка для мошенников в области пищевых продуктов и медикаментов действительно очень низкая, как и цена их освобождения от тюремного срока».

Наказания, предусмотренные законом, и наказания, которые действительно назначаются, когда закон приводится в исполнение, должны быть приведены ближе к согласованию с теми, которые штаты определяют людям виновным в менее опасных преступлениях. Наказание за нарушение Закона о пищевых продуктах и медикаментах должно быть поставлено на одну линию с теми, которые относятся к таким положениям как нападение, воровство, взяточничество, поджог и криминальная халатность, а также относящимися к постановлениям, обеспечивающим основную защиту общественной безопасности.

В настоящее время, сумма взимаемых штрафов за нарушение Закона о пищевых продуктах и медикаментах составляет от одной третьей до одной четвертой от штрафов связанных с фальсификацией или неправильной маркировкой бочек смолы для лакокрасочных производств или кормов для крупного рогатого скота и птицы. Рассматривая судебные дела, мы обнаруживаем, что особое внимание, прежде всего, уделяется защите бизнеса производителя, а не потребителя являющегося конечной точкой продукта. Федеральное правительство тратит на защиту фермеров от инсектицидов с неверной маркировкой пятую часть от того что оно тратит на защиту потребителей от отравления, фальсификации и неверной маркировки.Также, важно предусмотреть, чтобы наказание не зависело от смягчающих обстоятельств или умысла, разве что взять за основу канадское правосудие, где за умышленное деяние предусмотрено двукратное взыскание.

Нужно отказаться от существующей практики, когда уже начатое в соответствии с Законом дело не доводят до логического конца или вовсе аннулируют. Общественности следует потребовать, чтобы виновных более не отпускали с предупреждением стать хорошими в будущем, за исключением лишь редких случаев.

Нельзя допускать промедлений, как в возбуждении уголовного преследования, так и в публичном освещении подобных действий. Недопустимо извещать о постановлениях суда спустя два, три или четыре года после того, как судебный процесс завершен, мы считаем, что публичное освещение было на всех стадиях судебного производства.

Правительству следует выливать людям на голову не только мрачные и жестокие истории о злостных нарушениях закона, когда действие уже свершилось или какой-нибудь химик обнаружил страшный факт – не так как это происходит сегодня, когда спустя некоторое время юристы начинают думать о том чтобы спустить все на тормоза. Публичная огласка должна быть децентрализована и исходить из местных лабораторий, чтобы общественный интерес не затерялся в осторожном рисовании букв правительственной администрации. Обнаруженные факты должны быть опубликованы в не зависимости от того, собирается ли правительство наказать виновных или нет. Факты несравнимо важнее для потребителей, чем решение суда и наказание, которое (может быть) вступит в силу.

Стоит обращать внимание не только на недостатки и дефекты продукта, но и на сомнительные достоинства. Все эти характеристики нужно выражать количественно, если это возможно. Каждый вид продукта питания или медикамента, должен быть подвергнут выборочной проверке, обследованию и контролю по которым должен вестись непрерывный учет: сколько взято образцов, из каких они партий, на территории каких Штатов, от каких производителей, какие тесты проведены, какие продукты оказались ниже или выше установленных стандартов и значения этих показателей.

Следует незамедлительно прекратить любые намеренно уклончивые и нечетко сформулированные публикации, как например такие, типичные заявления информационных агентств: «Качество замороженных яиц и яичного порошка, широко применяемого в отелях и пекарнях было изучено». Каковы результаты проверки? Какого качества сырье использовали конкретно, какие отели и какие пекарни и от каких поставщиков?

Ответственный за это госслужащий пояснил, что «для Управления по санитарному надзору невозможно в достаточной мере уделять внимание даже самым ужасающим формам фальсификации, которые обнаруживаются после федерального расследования на основе жалоб потребителей или вспышек продуктовых отравлений».

Эта печальная правда и до тех пор, пока она остается правдой, она должна получать широкую огласку, так как, во-первых, потребители могут быть дезинформированы. Во-вторых, благодаря публичному освещению, отдельные штаты и чиновники не останутся наедине с неразрешимой проблемой, и она останется задачей Федерального масштаба. В-третьих, это будет напоминанием Конгрессу, благодаря которому будут выделяться денежные средства на приведение закона в исполнение.

Управление по санитарному контролю должно находится под постоянным давлением со стороны официальных лиц Конгресса, Штата и общественности. Так как Управление пока не способно обеспечить контроль всего объема поставок товаров и возможно после вступления нового закона в силу на это уйдут годы, деятельность Управления должна быть прозрачна. Преимущества этой публичности состоит в том, что даст производителям чьи продукты в данный момент не подлежат инспекциям более сильную мотивацию к культуре производства.

То есть, если потребитель будет знать, что курага от данного производителя еще не прошла контроль качества (а сегодня она его вообще не проходит), то он может переместить свой заказ на производителя чернослива или любого другого продукта, который сможет посоревноваться с курагой за место на полке, в кладовке — или в желудке у потребителя.

Тогда то, производители кураги примут меры, чтобы как можно быстрее пройти контроль качества и продолжить свою конкуренцию. Они будут вынуждены не только просить о контроле качества, но также платить за это, таким образом, помогая Конгрессу денежными средствами. Это будет являться противоположностью сегодняшней стратегии производителей – задушить законодательство своим нежеланием.

Дополнительной гарантией будут служить обязательные публикации в газетах и журналах общественно-важной информации предоставляемой Управлением. До этого времени, политика Министерства сельского хозяйства заключалась в избегании широкого освещения, даже после вынесения судебных решений, и даже тогда, когда публикация результатов была предусмотрена инициативой конгресса. Заметим, что это не ограничивается пищевыми продуктами и медикаментами, а общая черта всех федеральных служб.

При серьезных расследованиях, публичное освещение следует организовывать также, как это, например, происходит в Германии по отношению к недобросовестной конкуренции. Предъявляется требование для фирмы-нарушителя: публикация за свои деньги, платное объявление в местной газете содержащее все обстоятельства нарушения, решение суда и суммы штрафов. Такое требование недавно было выдвинуто немецким судом в отношении производителя мыла «Palmolive» за серию рекламы, вводящую в заблуждение.

В соответствии с новым законом не будет производиться снятия ареста с продукции для ее восстановления или смены маркировки, до тех пор, пока не будет выделено средств на повторный контроль качества этой продукции.

Стандарты для медикаментов, о которых упоминает Закон о пищевых продуктах и медикаментах это «United States Pharmacopoeia» (Фармакопея США) и «National Formulary» (Национальный формуляр лекарств) – документы составленные полукоммерческими организациями. Одобрив эти документы как базу федерального закона, Конгресс смешал интересы профессиональных и торговых групп. Должностные лица даже не догадываются о существовании коммерческих связей и корпоративных обязательств сотрудников, которые сидят в комитетах.

Крайне необходим новый порядок принятия стандартов для медикаментов, в котором влияние бизнеса будет исключено.

Следует предавать огласке все совещания и переписки официальных властей с представителями индустрии. Мы бы хотели на практике увидеть “ прозрачные стены” (о которых говорил мистер Гувер⁵⁹) бизнеса, затрагивающего публичные интересы. Любому репортеру, да и просто обывателю должны быть предоставлены (предоставлены так, чтобы они чудесным образом не потерялись), без лишних вопросов, протоколы совещаний, переписка и доклады местных чиновников и их подчиненных, а также другие документы.

Нужно вернуть штат работников, который был при докторе Уайли, чтобы они продолжили исследования и свободно их публиковали. Свободность публикации подразумевает отсутствие контроля, кроме того который основан на технической грамотности. Часть персонала, будет изучать публикации в связанных областях науки и техники, а так же публикации других стран, для корректировки собственных знаний и во избежание повторения ошибок. Например, такие публикации, как недавний запрет на добавки и “улучшители” дрожжей и муки во Франции.