А. Фонд – Конторщица-5 (страница 27)

Мне стало неприятно. С одной стороны, она же как лучше хочет, а с другой стороны, все спрашивают и все меня осуждают. Нет. С этим вопросом нужно что-то срочно решать.

– Да на парткоме меня поддержали вроде, но вот люди считают, что я виновата и должна мать слушаться, – я со вздохом в двух словах рассказала Зое свои горести.

– Да уж, здорово тебе твоя мамка нагадила, – охнула она, – не иначе сестрица твоя на квартиру глаз положила.

– Так и есть, – не стала отрицать очевидное я. – Не знаю, что и делать.

– Тебе надо или обе квартиры на одну большую обменять, а то они найдут способ себе одну выдрать, – сказала Зоя, – или мужа найди такого, чтобы они его боялись. А больше других вариантов и нету. Они тебя в покое не оставят, пока ты по-ихнему делать не станешь. Но ты же не станешь?

– Не стану, – кивнула я.

– Они тебе уже как репутацию испортили. А представь, что они постоянно сюда ездить станут.

Я представила и меня передёрнуло:

– Может, в Москву уехать жить?

– Думаешь, они тебя в Москве не найдут?

– Найдут, – вздохнула я. – Они меня и на Марсе найдут. Особенно ради квартиры.

– Поэтому реши эту проблему здесь. Иначе будешь всю жизнь воевать с ними.

– Да ну, – усмехнулась я, – они пусть пару месяцев поиграются, потом надоест, да и работы на селе много, не наездишься в город.

– Поверь, – нахмурилась Зоя, – я знаю такой тип людей. Они, пока своего не добьются – в покое тебя не оставят. И пусть пройдёт хоть год, а хоть и двадцать лет.

От такой перспективы настроение у меня испортилось.

Остаток рабочего дня я провела как электровеник на максималках: набросала черновой вариант плана мероприятий по совершенствованию подготовки специалистов с неполным высшим и средним образованием без отрыва от производства. Вызвала Кашинскую, объяснила ей тот кусок работы, что должна сделать она. Вызвала Марлена Ивановича. Затребовала у него последние данные по курсам без отрыва от производства. Вызвала Лактюшкину. Затребовала у неё выборку стажировок отдельно по всем цехам. Писала анализ. Затем велела Людмиле напечатать. Затем вычитывала и правила. В общем, ой.

Из-за того, что хотела успеть всё, пришлось на работе подзадержаться на добрых три часа. А ещё же планировала метнуться на квартиру Валеева, у него там в сейфе я держала кое-какие документы. Среди которых был блокнотик с моими расчётами (каюсь, постоянно формулы эти забываю или путаю, поэтому выписала всё в блокнотик) и папка с нужным мне сейчас отчётом. С художником я встретилась лишь мельком – не успевала подготовить ему таблицы из-за медлительности Марлена Ивановича. Поэтому я договорилась, что с самого утра он ко мне зайдет, заберёт уже правильные таблицы и сразу сядет рисовать плакаты к докладу для Ивана Аркадьевича. И я решила воспользоваться этим куском времени, у Валеева была своя машинка, поэтому я планировала прямо там, в квартире, сесть и отпечатать набело листы со сводками и таблицами.

Примчалась на квартиру к Валееву, перво-наперво полила цветы (специально оставила несколько неприхотливых вазонов, чтобы ходить поливать, и соседи видели, что в квартиру ходят хозяева). Поставила чайник на плиту. И, пока он грелся, вытащила бумаги и села печатать. По старой привычке решила ещё раз перепроверить. Оказалось, что правая и левая колонки в двух местах почему-то не сходятся. Матюгнулась и принялась пересчитывать.

Ну не могла же я во всех столбиках нахомутать.

Я сидела и скрупулёзно умножала, делила и вычитала до тех пор, пока не услышала звук проворачивающегося в дверном замке ключа.

Глава 14

– Вы кто? – я удивлённо смотрела на незнакомого мужчину в добротном костюме и явно очень дорогом импортном плаще. – И что вы здесь делаете?

Он застыл в прихожей квартиры Валеева и также недоумённо рассматривал меня. Его лицо показалось мне смутно знакомым. Хотя, может, типаж такой, распространенный.

– А вы кто? – вопросом на вопрос ответил он. Голос у него был как у Высоцкого, глубокий, низкий, с хрипотцой.

– Вообще-то я первая задала вопрос, – немного резко ответила я (потому что нервничала), – или участкового позвать?

– Участкового? – незнакомец удивился настолько искренне, что я аж растерялась: (странно, может быть, сейчас повторяется ситуация, как в фильме «Ирония судьбы»?).

– Ну это же вы ворвались ко мне в квартиру, представиться отказываетесь, о цели своего вторжения тоже не говорите, – сказала я более-менее ровным тоном. – Что мне остается делать?

– Подождите! Что значит «ко мне в квартиру»? – опешил незнакомец, – это Васькина квартира. А вот кто вы и что здесь делаете – вопрос. И вообще, позовите Василия. Где он?

– Умер, – сказала я тихо.

Незнакомец дёрнулся и застыл.

– Ч-ч-что? – огорошено переспросил он.

– Он умер, – повторила я, тщетно пытаясь справиться с внезапно возникшим комком в горле.

Незнакомец сжал руки и шумно выдохнул, тоже пытаясь справиться с эмоциями. Наконец, хрипло спросил:

– Давно?

– Уже почти год прошел, – прошелестела я и, взяв себя в руки, добавила, – странно, что у вас ключ от квартиры, а вы ничего не знаете.

– Я был далеко, – глухо сказал незнакомец севшим голосом. – Не знал я.

– А ключ откуда?

– Да Васька когда-то дал, говорит, мол, будешь у нас в городе, забегай переночевать. Я тоже дал ему свои ключи от моей московской квартиры. Махнулись. Вот и забежал…

– А предупреждать о визите у вас не принято?

– Я звонил по телефону, – сказал незнакомец извиняющимся тоном, – никто трубку не брал. Вот я и решил, что Васька опять в командировке, или в отпуск рванул. Ну и вот…

– Ясно, – медленно ответила я.

Возникла пауза.

Наконец, незнакомец сказал:

– Как он умер?

– Болел сильно. Сердце.

– Как же так? – растерянно побормотал незнакомец, ни к кому не обращаясь.

Я промолчала.

– Простите, а вы кто? – наконец, задал вопрос он.

– Вдова.

– Юлия? – спросил он удивленно, – почему-то я вас совсем по-другому представлял. Эх, Васька, Васька. Фантазер ещё тот… был…

– Нет, не Юлия, – покачала головой я, – меня Лида зовут.

– Но разве…?

– Юлия бросила Василия, когда узнала, что он… – я не смогла продолжить, проклятый ком в горле.

– Васька всегда не умел разбираться в женщинах, – вздохнул незнакомец, – стоило любой красивой поблядушке жопой вильнуть и всё – Васька пропал.

Я кашлянула, пытаясь скрыть смущение.

– Простите, – извинился незнакомец, – я не вас имел в виду.

Я аж вспыхнула от смущения.

Незнакомец тоже сконфузился, поняв, что сболтнул явно не то.

– Что-то я не то говорю, – удручённо покачал головой он, – совсем расклеился. Очень меня это расстроило.

– Да ничего, – вежливо ответила я, – я понимаю.

Незнакомец кивнул и сказал:

– Пожалуй, пойду я. Извините за вторжение. Не хотел напугать вас.

Ссутулившись, он развернулся и, покачиваясь, как пьяный, уже открывал дверь, как я вдруг неожиданно для самой себя выпалила:

– Постойте! Куда же вы пойдёте на ночь глядя?

– Не беспокойтесь, – махнул рукой незнакомец. – Ничего страшного.