А. Фонд – Баба Люба. Вернуть СССР 4 (страница 46)

— Пошли его лесом, — посоветовала Таисия.

— Не могу, — вздохнула я, — точнее не могу прямо слать лесом, нужно как-то завуалированно — он же мне работу эту нашёл, и мамка его мне с английским помогала. Это по-свински будет.

— Ну тогда… — хохотнула Таисия.

— Тебе хорошо говорить, — проворчала я, — а я его терпеть не могу.

— Что мне будет за то, если я его у тебя «отобью»? — вдруг брякнула Таисия.

От неожиданности я аж обалдела. А потом обрадовалась и воодушевлённо сказала:

— А что ты хочешь?

Ох, лучше бы я как-то по-другому спросила. Но слово — не воробей, увы.

— Костюм твой хочу, — нагловато прищурилась Таисия, — тот, в котором ты на благотворительном мероприятии была в прошлый раз. Он на меня в самый раз будет. И по цвету к глазам подойдёт.

Скрепя сердце, я кивнула:

— Хорошо, договорились. Если ты «отбиваешь» у меня Алексея Петровича, я отдаю тебе тот костюм. Только смотри, Тайка, если он вернётся — я костюм обратно заберу.

— Не вернётся! — со сдержанным достоинством многозначительно ответила Таисия, — от меня ещё ни один ни ушёл.

Я не стала напоминать о Григории, да и, насколько мне было известно, Таисия уже побывала замужем. Но ведь это не имеет значения, правда? Главное, что Алексей Петрович будет пристроен в хорошие руки.

— Вот и ладненько! — подмигнула я ей и ушла к себе в кабинет делать отчёт по форме У-8.

Я уже доделывала предпоследний столбец отчёта и с надеждой поглядывала на часы в ожидании, когда уже конец рабочего дня, когда в дверь сперва дважды постучали, затем она распахнулась, и на пороге застыл, сияя улыбкой… Алексей Петрович! С огромным букетом гвоздик!!

Нет, это был «огромный букет» по меркам этого мира и этого времени, так-то там было чуть больше десятка тщедушных розовеньких гвоздичек, которые от такого положения дел явно находились в глубоком обмороке.

— Любаша! — от жара нежных чувств Алексея Петровича можно было прикуривать сигареты. — А мама говорит, что ты по приезду сразу на работу выйдешь. Я вчера тебя искал, и сегодня… А тебя не было. А ты что, с той квартиры переехала? И куда?

«— Ну, Тайка, ну зараза, фиг тебе, а не костюм!» — мрачно подумала я, а вслух сказала, нацепив вежливую улыбку:

— Алексей Петрович! Рада вас видеть! Я очень извиняюсь, я бы с удовольствием поболтала, но с отчётом не успеваю. Степан Фёдорович будет ругаться, если не сдам в срок.

— А это тебе! — гвоздичный веник перекочевал в мои руки.

— Ой, спасибо! — сказала я вежливо. — Какие милые цветы! Очень люблю такие вот… розовенькие…

— Я их на базаре у Акопа Гургеновича взял, — прихвастнул Алексей Петрович и заявил решительным голосом, — что ты не успеваешь с отчётом, Любаша? Какая форма?

— У-8, — пискнула я, пропустив мимо панибратское «Любаша».

— Уступи место профессионалам! — велел Алексей Петрович и решительно приступил к отчёту.

Ну а я что могу? Раз мужчина принял решение написать вместо меня отчёт У-8, то кто я такая, чтобы идти против судьбы?

— И ещё отчёт за квартал, — робко добавила я. — Тоже надо. Там тоже по формуле считать…

— Сейчас, сперва этот посчитаю, потом и тот! — наполненным энтузиазмом голосом заявил Алексей Петрович. — Не мешай, минут тридцать.

— Ага, — застенчиво сказала я, — пойду пока воды в вазу наберу, чтобы цветочки поставить…

— Иди! — позволил Алексей Петрович. — Я тебе сейчас быстренько всё доделаю, а вечером мы с тобой идём в ресторан! И это не обсуждается!

— Конечно-конечно! — сказала я, стараясь, чтобы скрип зубной эмали получился не сильно громким.

Алексей Петрович остался делать отчёты, а я схватила двухлитровую банку, заменяющую в моём кабинете служебную вазу, и отправилась к Таиске на разборку.

— Проморгала ты свой костюм, Таисия! — обличительно сказала я и злорадно добавила, — а, между прочим, в Нью-Йорке это самый писк моды! На Бродвее все только в таких и ходят.

— Почему это проморгала? — встревожилась Таисия, — мы же только что поспорили. Полчаса назад!

— А потому! Потому! Сейчас пресловутый Алексей Петрович сидит в моём кабинете. А меня отправил воды для букета набрать! — и я продемонстрировала пустую двухлитровую банку и ехидно добавила, — и в ресторан, между прочим, позвал.

— Блин, — расстроилась Таисия, — и что теперь делать? Костюм очень хочу. Я всегда о таком мечтала.

— Так действуй! — я вручила банку Таисии.

Та подскочила и ринулась в дверь.

— Куда⁈ Стой! — я еле успела её поймать, — погоди немного, пускай отчёт сперва доделает.

— Вот ты язва, Люба, — хихикнула Таисия и спросила уже более миролюбивым тоном, — хочешь чаю? У меня «хворост» есть, вечером мама нажарила. С сахарной пудрой.

— А давай! — обрадовалась я и села пить чай.

Когда прошло где-то минут тридцать пять и по моим прикидкам отчёт Алексей Петрович должен был уже закончить, я сказала Таиске:

— Ну и что мы теперь будем делать? Мне ведь уже пора возвращаться в кабинет. А там этот…

— Я придумала! — расплылась в улыбке Таисия, — ты, Люба, соглашайся на ресторан, а вместо тебя пойду я!

— И как это будет выглядеть? Детский сад какой-то, — поморщилась я и для аргументации покрутила пальцем у виска, мол, ты совсем тю-тю, что ли.

— А тебе не всё равно? — прищурилась Таисия, — ты не придёшь, он будет ждать, злиться. А тут раз — и я пришла такая вся красивая…

— Ну и что? Он тебя пошлёт нафиг и пойдёт ко мне с разборками, — отмахнулась я и едко заметила, — плохой у вас план, товарищ Штирлиц.

— Ты не дослушала! — указательный палец Таисии обличительно уставился на меня, — дослушай сперва!

— Я вся во внимании, — вздохнула я, размышляя, как отшить Алексея Петровича, но так, чтобы он не обиделся, ну или хотя бы не стал моим кровным врагом.

— Ну сама смотри! — начала по полочкам объяснять свою стратегию Таисия, — ты не придёшь, он психанёт, расстроится. А тут я приду. И скажу, вроде как случайно, что меня мой кавалер пригласил в ресторан и не пришёл. И даже всплакну от огорчения. Я присяду за стол и начну ему жаловаться на него, а он, соответственно — на тебя. Общие проблемы сближают. Я скажу, что не успела даже поужинать. Мы закажем еду, само собой и выпивку. Поедим, выпьем, потом я приглашу его на танец… Ну, а там уже дело техники…

— Таисия! Ты — гений! — восхищённо сказала я.

— А то! — со скромным достоинством улыбнулась Таисия. — А теперь иди и действуй, Люба! И готовь костюм!

Домой я летела, словно на крыльях. Сейчас увижу Ричарда. В том, что Пивоварову удалось его забрать, я даже не сомневалась.

А по дороге размышляла о проблемах, что навалились на меня за последнее время.

Итак, детей я благополучно вернула. Конечно, я понимаю, что это только начало, что ещё предстоит бой с отделом опеки и попечительства. Кроме того, предстоит выяснить, кто подал жалобу и в чём эта жалоба заключалась? А в том, что это был серьёзный сигнал, я даже не сомневалась, иначе даже этот Петров не отреагировал бы так жёстко. Прежде всего, я подозревала Ивановну. Но в жизни всякое бывает и сделать западлянку может даже человек, на которого вообще никогда бы и не подумаешь.

Кроме того, нужно съездить к Любашиному отцу в деревню. Успокоить старика, да заодно и кое-каких овощей-солений набрать, а то подъели уже хорошо так. Но тут опять сложный момент — выезжать мне за пределы Калинова нельзя. Подписка о невыезде. И вот как быть? А ехать надо, и то срочно. Он же волнуется, пожилой человек.

Но, наверное, самая большая на данный момент проблема — это убийство Всеволода Спиридоновича. Я на сто процентов уверена, что убийца — лучезарная Марина. Она к нему явно неравнодушна была, но он ею пренебрегал. А со мной проворачивал некоторые подпольные делишки. Как с тем письмом, на пример. И Марина вполне могла решить, что у нас романтические отношения. И подставить убийство старейшины «Союза истинных христиан» так, чтобы подозрение падало на меня. И здесь теперь самая большая проблема — как снять с себя подозрение в убийстве?

Ещё одна нерешённая проблема, а точнее их две — это Любашина сестра, беспутная Тамарка и её муж Владимир. Нужно прямо на этой неделе разузнать, как там у них дела. Когда я уезжала, Владимир был в коме, а Тамарка — в дурке.

Вдобавок, нужно срочно увидеться с Галкой, поблагодарить её и подарить презент. Молодец она, поддержала Любашиного отца в трудную минуту. А это дорогого стоит. Такие друзья на вес золота. А я уже второй день, как вернулась, а её всё ещё не поблагодарила даже. Свинство.

Также, нерешённой остается вопрос с Алексеем Петровичем. То, что Таисия решила его «отбить» взамен костюма — прекрасно, но вся эта суперстратегия может сорваться в любой момент. Поэтому на сто процентов быть уверенной нельзя.

Более того, меня сильно беспокоит секретарь Жириновского. Фамилия у него Петров. И тот плюгавенький тип, который детей моих в детдом отправил — тоже Петров. Совпадение? Или это один и тот же человек? Или я зря паникую и это однофамильцы? И вот как мне проверить?

И, кстати, этого Петрова, который из опеки, я точно где-то видела. Вопрос только — где? А ответ найти пока не могу.

С Жириновским тоже надо вопросы порешать. Я отправила ему перед отъездом письмо. Прошло уже почти четыре недели. Месяц, считай. И ни ответа, ни привета. Непонятно, как он отреагировал. Или письмо к нему не попало? Если да, то почему? Опять Петров? И что мне тогда делать? Писать новое письмо? Искать личной встречи? Ещё подождать? Вот как быть?