А. Фонд – Баба Люба. Вернуть СССР 4 (страница 44)

Мои уши покраснели:

— Так меня не из области спрашивали, — промямлила я. — Из центрального комитета партии…

Не признаваться было нельзя — всё равно же узнает, но и посвящать Пивоварова в свою тайну я не могла. Вот и приходится теперь выкручиваться и врать хорошему человеку.

— Ого! — присвистнул Пивоваров, но осёкся — как раз в эту минуту отключили свет.

— Сейчас найду свечи, — вздохнула я, — думала, Анжелика купит, а всё закрутилось, ни она, ни я не успели. Но где-то у меня огарок точно был.

— Так ты тут две конфорки включи, а свечу тогда девкам отнеси, — посоветовал Пивоваров, — свечей ты уже нигде не купишь.

— Так я завтра!

— И завтра не купишь! И послезавтра! Свет же отключают ежедневно, а раз в три дня — на весь день. Так что все свечи люди давно скупили.

— Ой, а что же делать? — охнула я.

— Да не мельтеши, подкину я тебе свечей, — вздохнул Пивоваров, — у меня тут один знакомый есть…

— Как хорошо, что у вас здесь столько полезных знакомых и хороших друзей, — аж позавидовала я.

— А то! — хвастливо хмыкнул Пивоваров и скомандовал, — ладно, давай бегом, а то мы ещё не договорили, а мне уже пора идти.

— Да отчего это пора идти? — возмутилась я, — ещё посидите, Пётр Кузьмич. Я сейчас блинчиков нажарю. Точнее оладушек. С вареньем самое то! У нас есть сливовое и вишнёвое варенье. На выбор. А можно и то, и то! Для сравнения.

— Нет, Любаша, дела, — вздохнул Пивоваров и взглянул на часы, — лучше, я прямо сейчас уйду. А то не успею дела поделать. А блинчики ты мне должна останешься. Я когда-нибудь напрошусь в гости ещё, раз такой важный повод есть.

Он поблагодарил за ужин и торопливо ретировался, пообещав быть у роно к 8.30.

А я отправилась к девчонкам в комнату.

Изабелла валялась на кровати, уставившись в экран игрушки, и тыкала там на кнопочки. Анжелика лежала рядом и дремала.

— А я вам свечку принесла, — сказала я и аккуратно примостила огарок на столе. — Белка, я сейчас воды подогрею, будем тебя купать. После больницы надо помыться.

— Я не могу! — заявила она. Не отрываясь от экрана, — мне нужно ещё сто жуков поймать, и я на пятый уровень перейду!

— Зря мы, наверное, ей эту игрушку купили, Анжелика. — вздохнула я, — будет потом, как Ричард.

— Так мы не допустим, — зевнула Анжелика и пожаловалась, — уже вторые сутки, как мы приехали, а я никак не могу выспаться. Хожу, как сонная муха.

— Так биоритмы все сбиты, — сказала я и погладила Белку по голове. Она не обратила внимания, так как была полностью поглощена игрушкой.

— А можно, я с тобой завтра тоже за Ричардом поеду? — спросила Анжелика.

— Ещё чего! — покачала головой я, — во-первых, нас там и так полная машина людей будет. Сама смотри: водитель, сотрудница из опеки, сотрудник из опеки, который Ричарда туда сдал, я и Пётр Кузьмич. И куда ты сядешь?

Анжелика расстроенно вздохнула и надулась.

— Да ты не расстраивайся. Мы туда-сюда быстро съездим. Привезём Ричарда, так он ещё и на секцию свою успеет сходить, — хмыкнула я.

— Ты же раньше не разрешала ему туда ходить! — хитро усмехнулась Анжелика, перестав дуться.

— Потому что он на тройки съехал, вот и не разрешала, — ответила я, — а сейчас встретила в магазине его друга, Кольку, так он сказал, что у них соревнования скоро, и разряды давать будут. А Ричарду разряд тоже не помешает.

— Зачем? — удивилась Анжелика.

— Ну так в армию пойдёт, там и пригодится. И в институте тоже…

— Ой, Ричард и институт! — расхохоталась Анжелика, — скажешь такое!

— Высшее образование в обязательном порядке будет у вас всех троих, — твёрдо сказала я.

— И что, даже у Белки?

— А чем она хуже вас с Ричардом?

— Ну она же…

— Что она же? — нахмурилась я, — да, ей будет чуть труднее, но для того и есть семья, чтобы всегда помочь в трудную минуту…

Чуть не опоздала к 8.30. Хоть и встала в пять. А всё потому, что затеяла с утра оладушки жарить. И суп заодно сварила на обед. Анжелика обещала, что сходит в колледж только на две пары, Белка ещё спать будет, а потом вернётся и будет с нею до нашего возвращения сидеть. С физкультуры и педмастерства она отпросится. А я потом к её преподавателям схожу, объясню ситуацию.

Но добежала к роно ровно к 8.30.

— Фух, — пытаясь отдышаться, сдула прилипшую ко лбу прядку волос я, — вот это я марафонец!

— А я уже думал, ты не придёшь, — попенял мне Пивоваров и нетерпеливо сказал, — ну где там твоя Шмакова?

— Пойду покажусь ей, — ответила я.

Но никуда идти не пришлось, буквально через секунду из здания вышли Шмакова и ещё какой-то человек, низенький и лысоватый, хоть и довольно молодой.

Петров — подумала сразу я.

— Добрый день! — нацепила вежливую улыбку я и поздоровалась с ними.

Шмакова ответила, а Петров не снизошел даже кивнуть.

— Машина готова? — спросила она.

— Вон, — кивнула я на голубой «Запорожец», который стоял на обочине.

— А это ещё кто? — прищурилась Шмакова и кивнула на Пивоварова, — муж, что ли? Но вы же вроде как развелись, если мне не изменяет память?

— Не изменяет, — ответила я и пояснила, — это мой юрист, Пивоваров Пётр Кузьмич, будет представлять мои интересы.

— Ещё и юрист какой-то! Он нам не нужен! Пускай идёт домой! — зло фыркнул Попов. — Зачем нам посторонние люди⁈

Внутри меня вспыхнуло раздражение и неприязнь. Ты гля, какой хлыщ. Мало того, что забрал моих детей, пока я была в Америке, так ещё и решает, кому ехать, а кому нет.

Наружу рвался резкий и злой ответ. Но я не успела: невольно Петров сослужил мне хорошую службу своей репликой — Шмакова вскипела и ледяным тоном отчеканила:

— Не вам, Юрий Францевич, решать, кто едет, кто не едет! Раз юрист и представляет интересы опекуна — пусть едет. Тем более это их личный транспорт!

— Тогда могу не ехать я! — выпятил нижнюю губу Петров.

— Да что с вами такое? — удивился Пивоваров, — в чём проблема-то?

— «Запорожец» малогабаритный, неохота впятером, как селёдка в бочке в такую даль трястись, — фыркнул Петров.

— Вчетвером, — поправил его Пивоваров.

— Так чего вы голову морочите, раз не едите⁈ — возмутился Петров, а Шмакова укоризненно посмотрела на меня, мол, что за цирк?

— Нет, я-то как раз и еду, — сказал Пивоваров, — не едет Любовь Васильевна.

— Что⁈ — обалдела я.

— Что⁈ — удивлённо воскликнула Шмакова.

— Что⁈ — насмешливо хохотнул Петров.

— Вы же сами слышали, — спокойно повторил Пивоваров и жестом фокусника вытащил из папочки какую-то бумажку, — Любовь Васильевна не едет. Дела у неё на работе. Вместо неё поеду я, как её законный представитель. Вот нотариальная доверенность.

Вид у меня был, наверное, такой пришибленно-удивлённый, что Пивоваров исподтишка наступил мне на ногу, мол, не пались.

Я среагировала и сразу приняла безмятежно-придурковатый вид.