А. Дж. Риддл – Пандемия (страница 126)
По губам Эйвери скользнула насмешливая улыбка.
– Выходит, теперь обо мне заботишься ты?
Пейтон тоже улыбнулась.
– Да. Ты же знаешь, я горой стою за своих.
– Значит, выживу. Ты кого хочешь достанешь.
Пейтон рассмеялась нервным, облегчающим душу смехом, словно какой-то клапан открылся и сбросил давление в сердце.
– Чья бы корова мычала, – подстроилась она под тон Эйвери.
Посерьезнев, Пейтон спросила:
– Ты нашла лекарство?
Эйвери кивнула.
– Да, мы его нашли.
«Мы»? Это слово придало Пейтон новую надежду.
Улыбка Эйвери погасла.
– А вы что-нибудь обнаружили в лаборатории?
Пейтон прикинула, что говорить.
– Ничего такого, чего следует опасаться.
Осматривавший развалины боец выкрикнул:
– Еще один!
Пейтон резко обернулась, пытаясь найти глазами кричавшего. Ей отчаянно хотелось броситься туда, но она сосредоточила внимание на Эйвери. Блондинка отпустила ладонь Пейтон.
– Иди. Это один из наших.
– Увидимся на «Боксере», Эйвери.
Спотыкаясь и обходя трупы, Пейтон пересекла развороченный ракетами участок, вбежала в здание. Бойцы расчищали заваленную обломками лестницу, постепенно освобождая чье-то тело. Оно не шевелилось. Показалось туловище с продавленной грудной клеткой. Человек не дышал.
Увидев лицо отца, Пейтон закрыла глаза. Хлынули слезы. Ноги подогнулись, и она опустилась коленями в пепел на полу. Взгляд остановился на полуобгоревшей фотографии в рамке: низкорослый седой мужчина с холодным, непроницаемым выражением лица. Портрет соответствовал описанию Юрия Пащенко, которое Пейтон слышала от Десмонда и отца. Она не сомневалась в том, кого увидела на снимке. Перед ней был кабинет Юрия. Мелькнула мысль: «Это он убил моего отца».
Пейтон всю жизнь винила в потере отца судьбу и невезение. Теперь у снедавшей ее ярости появился адресат – Юрий Пащенко. Это он отнял у нее отца. И он за это заплатит. Юрий хотел изменить весь мир. Что ему определенно удалось, так это изменить Пейтон.
В обгоревших руинах здания, сидя перед мертвым телом отца, Пейтон поклялась, что прикончит Юрия.
– Еще одного нашел! – раздался из темноты голос бойца.
Глава 131
Эллиот держал голову жены на коленях. Внутри стоящего в переулке рядом с Мариэтта-стрит фургона стало тепло от обогревателей и набившихся в него людей. В их числе были Райан, Саманта с Адамом и дюжина соседей Эллиота. За столом женщина читала четырем собравшимся вокруг нее детям «Паутину Шарлотты»; дети вытягивали шеи, разглядывали картинки. Два подростка, растянувшись на противоположных краях дивана и надев наушники, играли в компьютерные игры. Три супружеские пары подкреплялись протеиновыми батончиками, запивая их водой из бутылок, одновременно вертя ручки настройки радио в АМ-диапазоне в поисках хоть какой-нибудь передачи.
Кашель не затихал ни на минуту. Вирус Х1-Мандера терзал всех, одних больше, других меньше. Еще немного, и организм каждого начнет проигрывать схватку с патогеном. Эллиот опасался, что первой жертвой станет Роуз.
По радио передали серию гудков – сигнал экстренного сообщения. Один из соседей чуть повернул тумблер. Шум помех затих, гудки стали отчетливыми, потом прекратились. Все разом повернулись к радиоприемнику. Даже подростки сдернули с головы наушники и насторожились.
Выступающий заговорил размеренным, напыщенным тоном человека, зачитывающего официальное постановление:
– Мои дорогие соотечественники, где бы вы ни были, что бы вы ни делали, – остановитесь и выслушайте это сообщение. Оно способно спасти вашу жизнь и жизнь ваших близких. Меня зовут Джеймс Маршалл. Многим я известен как спикер Палаты представителей. Два дня назад я принял присягу в качестве президента Соединенных Штатов Америки. Я обращаюсь к вам, ибо мы столкнулись с невиданной в истории нашей страны угрозой. Во-первых, у меня есть хорошие новости: пандемия вируса Х1-Мандера, опустошавшая нашу страну и другие страны мира, вот-вот закончится. Соединенные Штаты в сотрудничестве с учеными и международной общественностью разработали эффективное лекарство от вируса. Оно также действует как вакцина для тех, кто не заразился.
В фургоне раздались ликующие возгласы. Некоторые впали в оцепенение. Эллиот немедленно почуял неладное.
– И самая лучшая новость: разработанное нами лекарство уже доставлено в ваш город. В настоящий момент отряды «Биощита» оборудуют лечебные пункты по периметру санитарных зон. Получить дозу лекарства как можно быстрее очень важно, но я также призываю вас сохранять спокойствие и действовать организованно. Лица, совершающие акты насилия и нарушающие порядок, будут отправляться в хвост очереди. Беспорядки, попытки получить лекарство без очереди либо помешать в его получении другим будут жестоко пресекаться. Сейчас трансляция переключится на сообщение местных властей о том, где находится лечебный пункт вашего конкретного района. Благослови Бог вас и вашу семью. Благослови Бог Соединенные Штаты Америки.
Фургон взорвался восклицаниями и вопросами. Один из соседей постучал пустой консервной банкой, словно судейским молотком, по столу, требуя тишины. Диктор уже зачитывал адреса в пределах санитарной зоны Атланты. На словах «Олимпийский парк „Сентенниал“» все принялись натягивать на себя верхнюю одежду и устремились к выходу.
Райан подскочил к отцу.
– Ты что об этом думаешь?
Эллиот не стал говорить вслух, что заподозрил крупный подвох. Лекарственные препараты от новых патогенов не создаются за ночь или даже за неделю. И уж тем более невозможно быстро наладить массовое производство сотен тысяч доз и развезти их по всей стране.
С другой стороны, его жена лежала при смерти. Еще пара часов, и ей конец. Какая разница? Терять было нечего.
– Я думаю, надо поспешить, – ответил Эллиот.
Он подхватил Роуз на руки и, пошатываясь, вышел из фургона на холодный вечерний воздух. Райан вытащил складную инвалидную коляску, раскрыл ее и помог отцу усадить Роуз. Саманта ждала рядом, держа на руках Адама. У мальчика была высокая температура. Она передала ребенка мужу, и они пристроились вслед за Эллиотом.
Выйдя из переулка, семья быстрым шагом двинулась по Мариэтта-стрит. Лицо Эллиота безжалостно хлестал ледяной ветер. Из домов и боковых улиц вытекали бесконечные потоки людей. Вскоре толпа стала плотной, как на рождественских гуляниях, она обступила палатки, разбитые в парке «Сентенниал». Коридоры из проволочной сетки направляли прибывающих под матерчатые навесы, где стояли солдаты, охраняющие сотрудников в бронекуртках с буквами FEMA.
Когда Эллиот подвез Роуз к сотруднице FEMA, та после беглого взгляда сразу крикнула «Первая очередь!» и выдала красную карточку. Солдаты жестами показали, куда идти. Выяснилось, что очередей было пять – в зависимости от приоритетности. В первую направляли тяжело больных. Движения в четырех других пока не наблюдалось. Эллиот взглянул на сына с Адамом на руках. Тот просто кивнул, показывая, чтобы родители не ждали его.
Еще одна сотрудница FEMA распределяла пациентов первой очереди по кабинкам, где с автоматическими инъекторами наготове стояли медики. Перед ними на столах были разложены ампулы и продолговатые серебристые предметы – баллончики с углекислотой.
Эллиот попытался разглядеть этикетки на баллончиках или шприцах, но никаких этикеток не было в помине. Он сомневался, что когда-либо узнает правду о том, каким образом появилось чудодейственное средство, только что введенное его жене. Почему-то вспомнилась Пейтон. Все ли с ней в порядке?
На выходе из кабинки очередной сотрудник FEMA выпроводил их из парка.
Кто-то спросил:
– А теперь что делать?
– Оставайтесь в тепле и пейте больше жидкости. Проходите, проходите, освободите место для других.
Вернувшись в жилой фургон, Эллиот опять свернулся калачиком рядом с женой. Всего час назад ему не на что было надеяться, теперь надежда появилась. Впервые за двое суток он уснул.
Глава 132
Пейтон, увидев отца мертвым, никак не могла выйти из оцепенения. И все же она нашла в себе силы подойти к человеку, которого бойцы вытащили из-под обломков.
Заметив парик с волнистыми каштановыми волосами, Пейтон остановилась. Этот парик был на Десмонде, когда он отправился в корпус. Теперь волосы на нем обгорели и слиплись от крови.
Рослый «морской котик» оттащил в сторону накрывшую тело деревянную балку. Лежащий не пошевелился. Тело обмякло, левая рука была оторвана, ноги обгорели. Никаких признаков жизни.
Руки Пейтон задрожали. Сцепив их, она продолжала двигаться вперед. Охранники «Китиона», производившие поиск, расступились, пропуская ее вперед.
Пейтон взглянула в лицо мертвеца и судорожно выдохнула – не он! Погибший не относился и к числу «морских котиков» или морпехов из ее отряда.
– Не наш, – сказала она.
По щеке скатилась слеза – на этот раз облегчения.
Пейтон вернулась к Эйвери и, взяв ее руку в свою, стала ждать прибытия санитарного вертолета.
К ним неуверенно подошел один из контрактников «Китиона».
– Мы закончили поиск, – сказал он. – Из ваших никого больше не нашли.
Пейтон кивнула.
– Спасибо, что сообщили.
Охранник, отцепив рацию и наушник, подал их Пейтон.
– Ваша мать на связи.