А. Байяр – Пожиратель демонов. Том 1 (страница 1)
А. Байяр, Андрей Ткачев
Пожиратель демонов. Том 1
Глава 1
Запах жженого дерева, плоти и железа пропитал каждый уголок поместья рода Морозовых. Тех, до кого не добрались ненасытное пламя и удушающий дым, имперские солдаты прикончили на месте или же взяли в плен.
Ведь именно так и поступают с предателями короны. Тех, кто воспротивится воле Его Императорского Величества и публично заявит об этом перед всем монаршим двором, ожидает участь похуже смерти — казнь главы рода, всех его отпрысков и ближайших родственников.
Таков закон.
Приближающийся к дверям большого зала лязг металла заставил мальчишку лет шести со снежно-белыми волосами вздрогнуть, и гувернантка покрепче прижала своего воспитанника к груди. Чепчик ее съехал набекрень, частично разорванное платье было измазано в крови и копоти. Женщина дрожала всем телом, и мальчишка кожей чувствовал ее страх. Тем не менее, голос гувернантки звучал уверенно и твердо:
— Всё будет хорошо, юный господин. Всё будет хорошо.
Однако сейчас ребенок уже не верил ни единому слову доброй женщины. Скорее, удивлялся тому, с какой легкостью на сердце она ему лжет.
Эти истошные крики заживо горящих людей, задыхающихся от дыма и бессилия, пронзенных мечами и копьями еще долго будут преследовать мальчишку в кошмарах.
Хотя нет. Не будут. Просто потому что эту ночь Владу — наследнику рода-демоноборцев Морозовых не пережить.
Двери большого зала, заваленные мебелью, дрогнули. Затем снова. И еще раз.
— Всё будет хорошо, юный господин. Всё будет хорошо, — снова повторила гувернантка, как мантру. — Помните, что вы Морозов — потомок одного из основателей Империи.
В руках женщины блеснуло лезвие короткого кинжала. Прижав мальчишку к себе еще сильнее, она выставила оружие перед собой, приготовившись к самому худшему. Хотя куда уж хуже?
Мальчик же молча сидел в ее объятьях на ступеньках перед отцовским креслом, а его бесцветный взгляд светло-голубых глаз был безэмоционально обращен на содрогающиеся под градом ударов двери.
Снова. Еще раз.
— Мария Антоновна, — наконец поднял он голову, и губы женщины скривились в попытке выдавить улыбку. — Вы говорили, что наш род с самого зарождения способен подчинять себе демонов. Что они всегда помогали нам в бою, делились силами и оберегали стены этого дома. Где же сейчас эти демоны, когда они так нужны?
— Демоны… — судорожно всхлипнула гувернантка и покрепче сжала витиеватую рукоять кинжала. — Настоящие демоны, Влад, собрались сейчас за этой дверью. Вот, кто по-настоящему безжалостен, — шепотом добавила она.
Снова. Еще раз.
— Всё будет хорошо, юный господин, — напоследок обратили на мальчишку теплый взгляд. — Всё будет хорошо.
В тот же момент сильный порыв ветра снес двери большого зала с петель вместе с импровизированной баррикадой из мебели. Израненной, загнанной в угол волчицей Мария уставилась на солдат во главе с Сергеем Громовым — некогда верным вассалом рода, а ныне всего лишь жалким предателем. Предателем, который с радостью набросился на них, как только появилась такая возможность.
Тогда мужчина лет тридцати с узкой бородкой сделал широкий шаг вперед. На губах его играла самодовольная ухмылка, а руки сжимали побагровевший от крови меч.
Влад хорошо запомнил эту ухмылку. И меч, унесший не одну жизнь преданных его роду людей. Людей, что до самого конца обороняли поместье, защищали честь своих господ и пожертвовали всем ради них. Ради отца и него самого.
«Какая благородная, но бессмысленная смерть…» — пронеслось тогда в мыслях Влада, когда пугающий мужчина уверенно двинулся в их сторону.
— Не подходите, — змеей прошипела гувернантка, невольно сжав своего воспитанника до хруста костей. Но мальчик никак не показал, что ему неприятно. — Прошу вас, не подходите… Побойтесь гнева Сестёр!
— А то что, девка? — не вызвали ее слова у господина Громова ничего, кроме усмешки. — Собралась заколоть меня этой зубочисткой?
Женщина до боли стиснула зубы. Глаза ее заблестели от нарастающего бешенства.
— Это всего лишь ребенок! — воскликнула она так, что крик ее пронесся по залу громовым раскатом. — Сколь ни был бы грешен мой господин, дети за деяния отцов ответственности нести не должны!
— Но таков закон, — так же неспешно продолжал надвигаться на них мужчина.
Неприкрытая издевка в его голосе могла бы объяснить, зачем он в принципе утруждает себя ответами на глупые вопросы какой-то безродной девки.
— Законы божьи стоят превыше имперских! — вытянула Мария кинжал перед собой, но рука ее дрожала. Своими действиями женщина уже подписала себе смертный приговор, а потому бороться собиралась до последнего. — Вы… вы не можете!..
— Могу, — остановился перед ними Громов и занес меч, лезвие которого отразилось в расширившихся от отчаяния зрачках гувернантки.
Всё произошло слишком быстро.
Оттолкнув от себя мальчишку, женщина с криком бросилась вперед. Взмах меча, отвратительный звук разрезаемой плоти, и лицо Влада оросило алыми брызгами.
— Законы божьи… — с деланной задумчивостью протянул дворянин, переводя взгляд на беловолосого наследника.
Пальцами, онемевшими от страха и чувства близящейся кончины, мальчик усердно стирал капли крови с побледневшего лица. До настоящего момента он думал, что храбро готов взглянуть смерти в глаза, но теперь его буквально парализовало от ужаса. Виски сдавило тисками, живот скрутило, а ледяной пот пропитал нижнюю рубашку. Правда, внешне он оставался удивительно спокойным.
В самом деле, Влад не раз слышал россказни о демонах, подчиняющихся роду Морозовых подобно цепным псам. О том, как в самый ответственный момент они принимали сторону своих полноправных хозяев и как безжалостно избавлялись от врагов.
Тогда почему же они не вмешались сейчас? Почему они просто позволили своим хозяевам исчезнуть⁈ Может, потому что отец…
— Согласно законам Российской Империи, — нарочито медленно произнес Сергей Громов, взирая на мальчишку сверху вниз, — род, повинный в государственной измене, подлежит уничтожению. Начиная с главы и заканчивая слугами, оказывающими сопротивление исполнителям приговора, назначенными Его Императорским Величеством.
Он занес меч, и Влад непроизвольно зажмурился.
Мальчику не хотелось умирать.
Ему приказали умереть.
Таков закон.
— Но… — неожиданно вновь заговорил мужчина. Удара не последовало, а потому ребенок позволил себе приоткрыть один глаз. — Кто бы мог подумать, что для рода-основателя существуют исключения? Я мог бы солгать. Мог бы сказать, что в царящем здесь беспорядке наследника вывести живым не удалось. Прикончить тебя, — резко схватил он Влада за волосы, и мальчик пискнул от боли. — Прикончить прямо здесь и сейчас. Поэтому хорошенько запомни лицо человека, сохранившего твою никчемную жизнь, маленький беловолосый демон. Запомни! Сучонок грязный… — впился он еще крепче в белоснежные волосы. — И молись на меня до конца своих дней.
Дворянин ослабил хватку, а обессиленный наследник рухнул на каменные ступени, со свистом выдыхая воздух из легких. Но когда Громов уже было развернулся к своим подчиненным, чтобы отдать следующие распоряжения, хриплый детский голосок заставил его обернуться вновь.
— Я… запомнил вас, — едва шевеля пересохшими губами, приподнялся Влад на локтях и устремил на мужчину пронзительный взгляд льдисто-голубых глаз. Глаз, которые до поры скрывали волю, с которой придется столкнуться очень многим. — Хорошо… запомнил.
Колеса экипажа с гербом рода Морозовых — мечом, парящим на демонических крыльях — весело подпрыгивали на кочках и выбоинах. Кучер подгонял выбивающихся из сил лошадей и кнутом, и крепким словцом, а я с отсутствующим выражением лица скользил взглядом по рядам вечнозеленых сосен и елей.
Возвращение в родные края даже после нескольких лет отсутствия совершенно не трогало меня. Привычный с детства вид сейчас не вызывал никаких эмоций, хоть в глубине души я и надеялся на обратное.
Ничего. Пусто. И когда это я успел так очерстветь? Может быть, всё началось еще с первого года обучения в гимназии для высокородных отпрысков?
По законам Империи хотя бы один юный представитель рода обязан был поступить в это змеиное логово и отучиться в его стенах шесть полных лет без возможности покинуть место обучения. Официальная версия была такова: совместное обучение юных благородных господ способствует укреплению связей между семьями аристократов.
Возможно, для родов, не попавших под опалу, такие методы, действительно, помогали отделять зерна от плевел, врагов от союзников, своих от чужих. Но для родов, попавших в немилость Императора, обучение в гимназии было сродни наказанию. Проверкой на прочность. Игре на выживание.
Многие ломались под таким давлением, и я видел, чем это заканчивалось. Жалкое и отвратительное зрелище. Но нельзя было сказать, что все были так плохи. Хватало и тех, для кого честь — совсем не пустой звук.
Я поступил туда вместо старшей сестры. Успел самостоятельно собрать документы, едва исполнилось двенадцать, и подать заявление раньше нее. Понимал, что обучение в гимназии для высокородных может сломать Алису. Точнее, девушке просто не смогут простить ее характер, ну а парню в этом плане гораздо проще.
Ну а я… за себя я почему-то не переживал. Посчитал, что мне хватит сил справиться с тем давлением, что обрушится на такого, как я, и ответить на него должным образом. Будь что будет, но сестру на растерзание этим сволочам не отдам.