Зоя Баркалова – Тайна старинных курантов (страница 5)
– Моя невеста, бабушка, – пояснил внук. – Вот на праздник приехали, да в дороге припозднились…
– Ну, внук, здорОво! – дед наконец-то оделся, вышел – высокий статный, богатырского телосложения. – Вот и помощник будет! А то я, как нарочно, ногу подвернул. А назавтра надо на башню идти, часы там что-то барахлить начали. Я их прямо отсюда, со своего двора вижу. Зрением Бог не обидел!
– Как зовут-то невесту? – полюбопытствовала бабуля.
– Оксаной.
– Да ты, баба, на стол накрывай. Внука с невестой встречать будем! – распорядился дед.
Оксана незаметно показала на Мишины часы – надо торопиться…Времени нет. Но тот лишь развел руками, не зная, как начать непростой разговор.
Тем временем, бабушка достала из печи чугунок картошки, курочку запеченную, миску квашенной капусты – праздник же. Дед разжигал самовар. Из шкафа бабуля вытащила графинчик с вишневой наливкой.
– Внуку, наверное, еще рано наливку пить, молодой ишо, а я выпью, – строго сказал дед.
Миша с Оксаной налегли на картошку с квашеной капустой – проголодались, несмотря на все приключения и нервное напряжение. Но времени и, правда, не было. Скоро начнется погоня. Их точно найдут. Что тут того города? И Михаил решился:
– Дед, ты можешь мне не верить…В то, о чем я сейчас расскажу, и правда, поверить невозможно. Но я тебя очень прошу, поверь. Ты видишь, я из вашего рода…
–Как-то ты очень непонятно говоришь, Мишаня…– заикнулась было бабушка.
–Цыть, Нюра. Помолчи! Рассказывай, внучок!
– Я и правда, внук, но не твой, а твоего правнука. Он тоже Михаил Петрович. Тоже Момотов. Ну, ты же знаешь, что в нашем роду всех мужчин называют Михаилами или Петрами.
– Ну, допустим, твой отец – Петр – первый в роду. А тебя в честь меня назвали – это правда.
– Дед! Послушай! И поверь! Времени у нас мало. Мы в опасности. Нас могут схватить в любую минуту…
Бабуля попыталась заголосить, но дед опять прицыкнул на нее.
– Говори! – коротко приказал внуку.
– Дед! Так получилось, что мы вчера помогали моему деду – твоему правнуку – он тоже часы чинит у нас в Павловске. Так вот, с часовым механизмом что-то случилось, стрелка понеслась в другую сторону, и мы с Оксаной оказались у вас в прошлом. Понимаешь, мы из будущего…– Михаил говорил сбивчиво, торопясь, перескакивая с одного на другое. Времени у них, и правда, не было хоть в прошлом, хоть в настоящем.
– Я это почувствовал, когда в последний раз заводил механизм на часах на ход, – задумчиво сказал дед. – С часами что-то не так. В них есть какая-то тайна.
– Я не знаю, почему так получилось, – Михаил торопился. – Но когда мы вышли из башни, нас схватили и меня посадили в тюрьму.
Бабуля охнула. Дед нахмурился.
– Нас ищут и, конечно, найдут.
– Из какого будущего вы к нам попали? – спросил дед.
– Из 2021 года…31 декабря. Новый год.
У бабули из глаз лились слезы.
– А где же наш Мишаня? – спросила она, недоуменно поглядывая то на супруга, то на несостоявшегося внука.
– Я не очень знаю нашу родословную, – повинился Михаил. – Но знаю, что твой внук стал революционером, был чекистом. Это мне еще дед рассказывал.
– Чекистом?
– Это военные, которые охраняют безопасность страны.
Похоже, бабуля все еще не могла поверить. Она подошла к Мишке сзади, взъерошила его волосы:
– Ну будет, внучек, смеяться над стариками…
Миша повернулся к бабушке, взял ее руку в свои ладони, прижал к щеке.
– Как мне хорошо у вас, бабуль…Как я рад, что вижу вас, своих предков.
– А что же правнуки?
– Ты дал хорошую дорогу в будущее своему потомству. И самые старшие сыновья по наследству передают свое дело – часовщики, следят за нашими павловскими курантами.
– Они еще живы у вас? – у деда довольно сверкнули глаза. – Мы тут за них воевали. Недавно воронежские чиновники удумали их забрать. Мы не отдали!
– Знаю, дед! Это известная история.
Вдруг у самых окон заржала лошадь. Приближалось утро. Бабушка испуганно выглянула в окно.
– Дед, барин какой-то на повозке приехал.
– Уж не по вашу ли душу? – заволновался дед. – Куда же вас спрятать?
Но в дверь уже постучали и в дом, не дожидаясь приглашения, буквально ворвался Чекризов.
– Так, молодежь, быстрее собирайтесь и в повозку.
– Иван Иванович! Не погуби! – взмолилась бабушка, узнав купца, закрывая своим тщедушным телом дорогих гостей.
Дед схватил со стены ружье:
– Порешу! Не тронь внука!
– Михаил Петрович! – уже более спокойно сказал Чекризов. – За вашим внуком и его женой погоня. В городе- переполох. Я знаю, что ваши потомки из будущего – Оксана намекнула. А я проверил. Паспорт Михаила остался в полицейском участке. Кстати, Михаил, вот он. Но оставаться здесь им нельзя. И медлить тоже. Завтра я уже не смогу помочь. Так что, решайтесь!
– Дед! – мы должны уйти из вашего времени так же, как и пришли. – Вход и выход – через часы! И именно в новогоднюю ночь, на стыке времен.
– Точно! – дед все еще держал ружье наперевес. – Бабка, держи тут оборону. А мы поехали к башне с часами.
Чекризов поторапливал. Михаил уже вышел за дверь, ступил на порог, но потом быстро вернулся и обнял бабушку:
– Вы проживете долго и счастливо, бабуля. Особенно ты – 105 лет проживешь…Я знаю, мне дед рассказывал. Простите! И прощайте! Спасибо вам за все!
Бабушка Нюра плакала и мелко-мелко крестила уходящих, благословляя их в долгий далекий путь.
Чекризов помог сесть в повозку Оксане. Миша подсадил деда. Тот волок больную ногу, но решимости ему было не занимать.
– Моих внуков в тюрьму – да ни за что! – дед не мог остановиться.
Помощь пришла, откуда и не ждали. И Оксана решилась отблагодарить купца первой гильдии. А что может быть ценнее информации, которая может изменить будущее? Или прошлое?
– Послушайте! Ничего не говорите! И ничего не спрашивайте! Вам нужно уехать из России до 1917 года и, по возможности, перевезти оборудование ваших заводов. В семнадцатом у вас все заберут.
Чекризов молчал.
– Что будет с моим домом? – спросил тихо, как бы отрешенно.
– Ваш дом останется. Он есть и будет один из самых красивых в городе. В нем много лет будет располагаться педагогическое училище, будут готовить учителей. Иван Иванович! Вы – благородный и честный человек, – голос у Оксаны задрожал. – Мы вам очень благодарны за Вашу помощь! Прошу вас, уезжайте…Будущего после семнадцатого года у вас в России нет. Да, и у всех купцов – тоже!
Чекризов кивнул и было видно, что разговор этот слишком ошеломил его. Но переосмыслить его не было времени. Они подъехали к Преображенскому собору. У здания метались какие-то тени.
– Засада, – проронил Чекризов. – Я их отвлеку. А вы незаметно выходите из повозки и сразу в башню. Ключи только у вас. Закрывайте изнутри. И отправляйтесь в свое будущее.
Михаил крепко пожал руку купцу:
– Спасибо за помощь! Оксана сказала правду. В семнадцатом будет революция. Экспроприация…Кто предупрежден – тот, как говорится, вооружен.
– Береги Оксану! – только и сказал Чекризов. – Она славная девушка. И тебя любит. Все! Я прощаюсь с вами. Счастливого вам пути! – Он поцеловал руку Оксане, – Спасибо за информацию. Я обязательно подумаю…
Чекризов выбрался из повозки и побежал навстречу полицейским, которые вывернулись из-за угла храма.
– Эй, служивые! Могу подвезти. Видел, как побежали в сторону Дона двое. Может, наши беглецы. – А сам оттеснял полицейских за угол. – Да вон они, смотрите! – показывал вдаль. Те таращились в темноту, пытаясь разглядеть хоть что-то. Потом побежали. А Чекризов, вернувшись к повозке и убедившись, что часовщик и Михаил с Оксаной уже в башне, поехал за полицейскими в сторону набережной.