Зоя Анишкина – Шоу Драконов. Помощница (страница 27)
Перебила ее.
– Летать? Разве беременные женщины могут летать на драконах? Это запрещено.
Веледа встала и подошла ко мне.
– Она – могла. О беременности никто не знал. Даже мне стало известно лишь за пару дней до исчезновения. У Эванесенс всегда был свой подход к драконам…
Как и у меня. Я тоже могу найти к ним подход. Теперь, после снятия блока… Задохнулась от возмущения:
– Хотела, говорите? Именно поэтому она меня бросила в обсервации, поставив блок? Да я чуть жизнь самоубийством не закончила! Если бы не Мими…
Теперь настала моя очередь внезапно замолкнуть. Пусть прошлое остается в прошлом. Все позади, а настоящее ближе, чем призраки былых лет.
Где бы ни была моя мать, она и думать про меня забыла. Она меня бросила. Потому что теперь я знаю, что эта женщина могла отдать меня отцу! Отдать в семью! Я бы жила в удивительном месте, а вместо этого прозябала под гнетом Летиции Примафлоре!
И я сделаю все, чтобы вытащить Мими. Хоть я ей и не мать, но бросать не собираюсь! И плевать я хотела на то, что прошло больше пяти лет с тех пор, как мы виделись.
– Эва, не горячись. Тебе сложно понять, что тогда творилось в Солитдаре. Да и сейчас происходит что-то странное. Твоя мама не просто так исчезла.
Усмехнулась:
– Конечно, не просто так. Но она могла позаботиться обо мне лучше, чем спихнуть в обсервацию и поставить кривой блок на мои способности.
Веледа совсем сникла, но не оставила попыток оправдать свою подругу и наставницу:
– Я тоже мать и тоже оставила своих детей. Все мы совершаем ошибки, у нее наверняка не было иного выбора.
– Был! Она могла отдать меня отцу!
Женщина застыла, а мой голос разнесся по кабинету, отражаясь от стен и потолка. Мы смотрели прямо друг на друга. Я на нее зло, а она – с искренним удивлением. Феделия промолвила:
– Но как же?.. Ты знаешь, кто он? Я всегда полагала, что Эванесенс сама не знает, от кого забеременела, – у нее было столько мужчин…
Как слепы бывают люди. Нельзя доверять окружающим безоговорочно. Нельзя думать, что ты все предусмотрел. Нельзя делать вид, что знаешь все и обо всех. Потому что это невозможно. НЕВОЗМОЖНО.
– Вы говорили, что у нее было много мужчин, но в качестве отца для меня она почему-то выбрала того самого сумасшедшего Пассия!
Мои слова окончательно выбили почву из-под ее ног. Она осела на софу, на которой месяц назад лежала без сознания после «лечения» Коула. С того момента мы втроем достаточно сблизились. Но не настолько, чтобы давать возможность проникать друг другу в души.
– Надеюсь, эта информация пока останется между нами. Я не желаю, чтобы кто-либо еще знал об этом.
Не в силах ответить, она кивнула. Изумление женщины было так велико, что она не могла прийти в себя пару минут. А я уже сгорала от нетерпения сменить тему нашего разговора.
Я и так сказала слишком много. Эмоции выплеснулись через край. Тема моих внезапно возникших родителей оказалась болезненной и сложной. Потому что отец вчера наставлял меня, как все должно пойти дальше.
Самое обидное из его слов то, что мне нельзя встречаться с бабушкой и дедушкой. Они не знают про меня и не должны узнать. Хотя оба очень стары и может случиться, что я даже не смогу с ними познакомиться.
Пассий отнесся к этому безразлично. Он тайно поддерживает их, помогая справляться с житейскими сложностями, но не испытывает никаких чувств.
А я должна сидеть в цирке и ждать, когда наступит какой-то там момент. И если они умрут раньше, это будет моя проблема. Снова сжала руки в кулаки от злости и бессилия.
Это несправедливо! Я должна жить своей жизнью. Той, что принадлежит мне по праву. Но вместо этого вынуждена скрывать свое происхождение, свои способности и свой Дар! И дракона, который сейчас на попечении моего анимо.
– Вери Феделия. У меня будет просьба в связи с предстоящим шоу.
Она отмерла и махнула рукой.
– Ты давно можешь звать меня Веледой – лучше, когда наедине, естественно. С радостью помогу тебе в любом вопросе, решить который будет в моей компетенции. Все-таки я должна была стать твоим оракулом. А ты уверена насчет Пассия?
Последний вопрос прозвучал робко, с сомнением. В очередной раз удивилась перемене, произошедшей с сильной и независимой женщиной. Твердо сказала:
– Да. Я практически его копия. Как вы успели заметить, я не очень похожа на мать.
Она согласно закивала, уходя в свои мысли, а я задала вопрос, мучивший меня на протяжении последнего времени:
– Мы сможем пригласить делегацию из обсервации на шоу? В качестве благотворительной акции…
Веледа, кажется, ожидала чего угодно, но не этого…
Глава 39. Коул
Шоу драконов в новом формате было назначено на завтра. Все эти дни мы в поте лица трудились над его созданием и обработкой. Эва теперь перестала появляться дома и даже ночевала в гримерке Эванесенс Лавли. Точнее, своей матери.
Времени не было ни на что. Мы втроем по очереди заботились о новорожденном драконе, который рос, казалось, с каждой минутой все быстрее. Никогда не наблюдал за этим процессом вживую и теперь с ужасом рассматривал размах его крыльев, которые он только что распахнул прямо передо мной.
Вот и что теперь с ним делать? Единственной бессменной нянькой и единственным существом, которое имело хоть какой-то авторитет для подрастающего поколения, был Рей.
Да, я даже выучил его имя. Думаю, моя вредная наследница наездницы назвала его так в честь меня, что и льстило, и бесило невероятно. За последние дни не сорвал с ее губ и пяти поцелуев – так она была занята подготовкой.
Несколько раз ей пришлось выехать в пустыню, чтобы указать место, где за пару недель будет возведен амфитеатр. Когда она вернулась оттуда впервые, то ее глаза горели, как две самые яркие утренние звезды.
Она мне призналась, что придумала это шоу, когда впервые ехала в Высокий цирк. В аэроскае. Что она в тайне ото всех мечтала, что драконы воспарят над пустыней, на свободе, уносясь в ночное небо.
И я прекрасно понимал ее. Видел в глубине голубых радужек этот восторг. Ожидание чего-то более прекрасного и удивительного, чем могли дать своды хрустального купола цирка.
Глядя на нее, вся труппа затихала в благоговейном ожидании. Она умела удивлять и восхищать. Только ей в голову могла прийти мысль поставить ту же сказку, что в прошлый раз сорвала столько оваций, но по-новому.
Благодаря этому нам не пришлось тратить драгоценное время на изготовление декораций и костюмов – только добавили парочку новых элементов. Все предвкушали реакцию публики.
Близнецы были на удивление тихи и сосредоточенны. Работали не покладая рук, стремясь отточить каждое движение. Их синхронность стала настолько идеальной, что я не мог отличить после мертвых петель, кто есть кто: одинаковая одежда, одинаковые драконы и одинаково горящие глаза. Они стали непревзойденными мастерами, и как только к ним придет опыт, то все шесть полисов вздрогнут, услышав имена новых звезд.
Парочку раз видел, как Веледа украдкой наблюдает за ними, утирая слезы. Ее материнское сердце было полно любви, которую она дарила и Эве, к моему удивлению.
Только я ощущал, что от женщины тянется тонкая струйка разочарования. Такая маленькая и незаметная, что не будь мой Дар таким сильным, то я вряд ли бы заметил ее.
Эва теперь была под защитой щита черной смерти – неизученного и странного явления. Откуда он взялся? Как можно его преодолеть? Вопросы оставались без ответа раз за разом.
Причем Вит пускал меня к себе иногда, снимая тот самый щит и позволяя ощутить его доверие, искренность и любовь к Эве. Вопреки моим ожиданиям, он не воспринимал ее как мать. Нет, напротив.
Только вот никому больше такой чести, как девушке, в виде щита он не оказывал. Защита стояла только на ней.
Она была для него словно дитя, о котором он заботился и оберегал от тревог. Думаю, со временем она сможет стать его наездницей. Хотя не уверен, что Вит подпустит к себе кого-то в этой роли.
Этот дракон родился свободным и гордым. Его тело не знало приказов и ограничений. Он обладал величественностью уже с первых мгновений жизни. Прекрасная черная смерть.
Естественно, о выборе пола не было и речи. Я называл драконенка Витом, а Эва – Витой. Но даже на то, чтобы поспорить на эту тему, у нас не было времени.
Я смотрел на него и даже немного завидовал. Ведь я в свое время не смог сохранить подобную свободу для Унита и все равно очернил его душу приказами…
Эва с каждым днем становилась напряженнее и резче. Ее настроение скакало то вверх, то вниз. Я знаю, что у Веледы получилось. Летиция Примафлоре придет в цирк на шоу со всеми немногочисленными воспитанниками старше десяти лет. Кажется, их будет шестеро.
И Мелинда Сицил, вне сомнения, будет среди них. Мне даже стало интересно посмотреть на взбалмошную дочь той блондинки. Откровенно говоря, я даже не помнил ее имени. Только то, что она была в ихтрамарской делегации.
Странно, что девочка родилась черноволосой. Я всегда думал, что у вздорных блондинок рождаются только вздорные блондинки. Усмехнулся своим мыслям, слезая с Унита.
Хотя Эва тоже внешне не сильно похожа на мать. Пошла в отца.
Унит утробно заурчал, требуя внимания. Ласково потрепал моего товарища по холке. Мне показалось, что он еще больше вырос за последнее время и стал поистине огромным. Если все пойдет такими темпами, то мы с ним сможем выступать только на арене в пустыне, что проектирует Эва.