Зоя Анишкина – Эпиляция, Гауф! (страница 39)
– Зато Саня у нас вон. Ходячий холостяк.
– Саня дорвался до больших денег и их последствий. У него теперь глаз замылен на нормальных девочек, ему не так повезло, как нам. Это мы с тобой по молодости перебесились.
Оглянулся. Ну где уже этот режиссер? Пора залезать в тайное место. Думаю, я готов подловить свою жену будущую. Тяжело вздохнул. Что-то я волновался.
Вот что не продумал, так это костюм. Хотелось выглядеть респектабельно. Но это у себя я строгий начальник, гроза всех и вся. Человек, которого все боятся как огня, и топ десять самых молодых миллионеров столицы, а тут…
– О, так это ж будущий муж нашей принцессы. Привет, парень, думаешь, на этот раз словишь свою птичку?
Вот парадокс. На ее поле боя я всегда был непонятно кем. Мальчиком, который боится адреналина и риска. Ну не лежала у меня душа к экстриму! Хотя и Эмма вне работы редко зажигала.
Говорила, что ей хватает движняка и без дополнительной стимуляции. Не отказывала себе только в каких-то значимых вещах, как правило, приходившихся на путешествия. Ну там, с моста прыгнуть, нырнуть в Мексике в канод.
Мне кажется, вместо нее всю гамму эмоций переживал я. Она же мило улыбалась, а потом мы сбрасывали напряжение в постели. И да, я знал, что все ее коллеги дружно не понимали, что такая, как Умка, нашла в таком «скучном» бизнесмене, как я.
И лишь мы знали правду. Лишь мы видели друг друга особенными, влюбленными глазами. Но от этого желание охомутать свою женщину во мне не уменьшалось. Поэтому я ответил ее режиссеру:
– Куда залезать-то?
Мне кажется, в этот момент его глаза весело сверкнули. Надеюсь, он подлянки мне не сделает. Сзади фыркал Кутузов. Не доверял он местной творческой братии.
– Вон туда. А потом ждать большого «бум».
– Большого «бум»?
Почувствуй себя идиотом, Гауф. Большой бум. Ты можешь зарабатывать миллионы, быть строгим с начальниками, но, когда дело касается кинематографа, тебе надо ждать большой «бум».
– Хорошо, ведите, куда надо. И помните, я на вас надеюсь!
Меня повели с таким выражением на лице, что в какой-то момент я поверил в подставу. Потом, правда, вспомнил, что, в отличие от меня, Эмму здесь любят. Значит, все должно пройти как по маслу.
Потом меня в какой-то подсобке усадили в коробку. Было тесно и не очень удобно. Затем я ждал. Долго ждал. Признаюсь, в какой-то момент подумал, что про меня забыли, но потом моя коробка двинулась.
Саня бы умер от смеха. Белов возмужал, стал местным хроническим холостяком и любимцем всех светских львиц, которых менял как перчатки. Кутузов был более приземленным, хотя раньте я бы, не задумываясь, поменял их местами.
Но сейчас я был один. Без друзей и своей любимой женщины. Все ради нее. Ради ее «да». Меня жутко затрясло. Если бы коробка была больше, я бы непременно переломался. Так и хотелось крикнуть, что не дрова везут.
А потом в одно мгновение обстановка изменилась. Заиграла музыка. Странная, я бы сказал, попсово популярная. Ну точно подстава. Хотя… Между прочим, эту песню Умка очень любит.
И тут прогремел «бум». Как я понял, что он тот самый? Да фиг его знает! Просто скорее почувствовал и ка-а-ак выскочу! В глаза тут же дали софиты. Несколько секунд мне понадобилось, чтобы понять, что я стою на площадке одного из модных вокальных шоу, а передо мной в одном из трех кресел вместо наставников сидит обалдевшая Умка.
В этот момент сбоку вышла та самая звезда, поющая песню, и… подтанцовка. Сзади пошла видеодорожка из милых фоток наших из социальных сетей. Э-э-э…
Ну да дареному конь в зубы не смотрят. Пусть любимая думает, какой я офигенный романтик. Потом спасибо скажу ребятам ее. Я пошел вперед. Умка сидела в кресле с глазами как у олененка, а я в который раз вспомнил, почему так люблю эту девочку.
За смелость, за дрянной характер, за то, что она до сих пор иногда эпилирует мне яй… Это оказалось чертовски удобно перед отдыхом. Только, чур, я никому этого не говорил.
Подошел к ней и недалеко от кресла сел на одно колено. Достал руку, а там…
– Гауф, а ты зачем коробку с кольцом пластырем к руке примотал?
Это моя красавица и умница наконец отмерла. Посмотрела своими невероятно теплыми глазами, лучившимися любовью и весельем. Ну да, зато не потерял!
– Чтобы ты свои навыки оказания первой помощи на мне натренировала, Умка.
– А?
На ее щеках появился румянец. Подловил все-таки. На заднем фоне был душещипательный припев, слезливое видео, ну и антураж соответствующий. Очень лаконичный, и ничего лишнего.
Нет, все же режиссер мужик что надо, хоть и издевался надо мной. Так, надо собраться:
– Я хочу жениться на тебе, упрямая каскадерша. Так что давай нажимай уже кнопку и выбери меня.
Над речью надо было поработать. Но Эмма сейчас была такой прекрасной, что хотелось побыстрее заклеймить эту женщину. Она же, коза такая, сделала вид, что задумалась, пока я отколупывал пластырь, пытаясь достать кольцо.
– Ну, даже не знаю, Гауф. Я тебе еще свинарник не простила!
Пластырь наконец-то поддался, и я с победной улыбкой вытащил кольцо из коробочки. Встал и пошел навстречу своей судьбе. Она улыбалась.
– Рвач, ты мне теперь всю жизнь тот свинарник припоминать будешь? Там сзади, между прочим, наш бюджет на свадьбу пропивают, и я наверняка не смогу пригласить этого прекрасного режиссера, поэтому…
Подошел и сам нажал нужную кнопку. Загорелась знаменитая надпись «я выбираю тебя» с дорожкой, а я схватил свою женщину и прижался к ее губам в голодном поцелуе, выбивая поселение сомнения.
– Ну как такому откажешь, – прошептала она мне в губы, и мы углубили поцелуй.
Мы несколько увлеклись от счастливых эмоций, поэтому не заметили, как оперлись на кресло, а потом… Потом раздался хруст, и мы вместе с декорациями полетели вниз, вдребезги разбивая дорогущий реквизит, но зато создавая достойную замену нашему судьбоносному воссоединению в свинарнике!
Конфетти, фанфары, занавес!