Зоя Анишкина – Да, наш тренер (страница 34)

Я зол, в бешенстве или понял, что все пропало? Неопределённость убивала. Но сейчас наступило новое время, когда снова душу разбирали эмоции, которых я не мог понять.

Сколько прошло с той новогодней ночи? Месяц? Больше? А я до сих пор помнил аромат губ незнакомки. Во снах снова и снова сжимал ее, просыпаясь в холодном поту от крика идиота, перервавшего нас.

Я его реально ненавидел. Ревновал, злился, готовился дать в морду. Да, я чертов псих, помешанный на девушке, даже лица которой не видел. Но это были цветочки.

Потому что самым неожиданным образом это никак не сказалось на моем отношении к Кате. Только теперь все стало ещё хуже. Каждый день смотрел на неё, терзаясь чувством вины.

Потому что чувствовал, что между нами что-то неуловимо изменилось. Она стала резче, смелее, наглее. Даже Ирма как-то после очередной нашей стычки подошла и с загадочным видом предложила уже трахнуть ее втихаря, за что получила свою порцию упражнений на следующей тренировке.

Неужели это так видно? Что я хочу ее. И ту, незнакомку. И никак не могу понять, откуда эти чувства и эмоции, я никогда не страдал подобным. Это выносило мне мозги.

Каждый вечер корил себя за то, что взрывался на неё, но стоило только Катерине появиться на горизонте… Посмотреть на меня своими невероятными глазами и начать спорить!

Ведь на самом деле зачастую она была зачинщицей этого ада. А я ей потакал. И все это каждый день уходило на бесконечный водоворот повторов.

Снова и снова мы спорили, а потом я пытался вечером выбить свою дурь в зале или с очередной девкой, что не могла меня удовлетворить. Секс стал механической рутиной, не избавлявшей от зуда внутри.

Да я даже к психологу записался, настолько невыносимо стало это терпеть. Как, простите, понять, что происходит, когда тебя так колбасит? К тому же близилось окончание сезона. Игры на носу, какие личные переживания?!

Мне звонили из-за границы, звонили из красной команды по поводу девочек, и все ждали, когда же будет результат. А у меня стояки по утрам едва по лбу не давали и настроение было как у подростка пубертатного периода!

Какой нафиг из меня тренер? И эта коза снова нарывается. Спорит и психует. Она даже вышла из зала! Такого никто и никогда не позволял себе на середине тренировки.

Воцарилось молчание. Опасное, напряжённое. Я сжал руки в кулаки и досчитал до десяти. Не помогло. Убью. Хотя нет, отшлепаю… Нет. Отчитаю и поступлю как нормальный тренер.

Адекватный, не помешанный на своём игроке тренер. Я профессионал и сейчас не стану выплескивать на неё свои эмоции. Это неправильно! Направился к двери…

– Василич…

Солнцева осторожно приблизилась, озабоченно глядя на меня. И снова этот взгляд, словно она все понимает! Эта-то откуда? Они ничего не знают о том, что творится между мной и Катериной.

Бросил в ее сторону предупреждающий взгляд. Нечего лезть не в своё дело. И тем более пытаться со мной спорить. Я коротко скомандовал:

– На сетку всем. Отрабатываем приём нападение. Приду – проверю лично.

Девочки с недоумением взяли мячи и принялись выполнять упражнение. Я же поспешил догнать смутьянку. Надо поговорить и объяснить ей, что так делать нельзя.

На играх будут представители красных, и они посмотрят на «подарочек», что я им приготовил. А у меня, что одна стерва,глаза закатывающая, что вторая чудит.

Покинул зал, догоняя ее. Омарова уже неслась сломя голову. Такая маленькая, хрупкая. Все время смотрел на неё и меня не отпускала странное чувство.

Я догнал ее, собираясь быть спокойнее. Решить вопрос миром, но она снова полезла на рожон! Спорила и огрызалась, тут же приплетая наши договоренности.

А потом меня замкнуло. Она была слишком близко, а я уже замечал движения ее губ, столь знакомый аромат. Что-то на эмоциях отвечал, думая, что у меня дежавю.

Наступал на неё, дождавшись, пока она не упрется спиной в холодную стену. Глаза. Настороженные, немного испуганные и быстро вздымающаяся грудь. Но этого просто не может быть.

Хотя… Это многое бы объяснило. Слишком многое. Но как проверить, не открываясь? Чтобы наверняка? А потом взгляд снова упал на ее губы.

И в какой момент я потерял настрой? В какой момент отказался от роли адекватного тренера?

Должно быть, в тот самый, когда забрезжила надежда соединить образ незнакомки с Катериной. Чем дальше, тем сильнее я убеждался в похожести двух девушек.

Ну а что, это собрало бы воедино образ, что разваливался в моей голове. Но тогда почему она не сказала мне? Почему пошла на это?

Когда я всего на секундочку представил, что тогда столь отзывчивой, горячей и неимоверно сексуальной блондинкой была Катерина… внутри все взорвалось особенно разрушительным залпом.

Потому что этот вариант означал, что я не спятил. А ещё, что она решилась на это. Отдалась мне и теперь не просто так смотрит на меня столь напряжённо.

Она прикусила губу от досады. Я видел, как она злилась, чувствовал, но пазл в моей голове уже сложился. И если незнакомка и Катерина – это один и тот же человек… То проверить это можно единственным способом.

Идея поглотила меня с головой. Я загорелся ей. Узнать, так ли это, и тогда… А что тогда? Тогда получается, что всё-таки схожу с ума по одному человеку.

По той, что стоит сейчас в сантиметрах от меня, глядя своими невозможными карими глазами. Ох, Катерина!

Но для меня точка невозврата уже наступила. Слишком я долго сходил с ума, слишком должно считал, что спятил, и теперь неистово хотел узнать правду.

Она стала необходима мне как воздух. Поэтому я сделал ещё шаг навстречу и прижался губами к ее губам. Мягким, податливым и таким знакомым.

По-настоящему знакомым, потому что я оказался прав. Ошибки быть не могло. Таинственная незнакомка – это Катерина. Без вариантов.

Только сейчас она застыла, зажалась и не открывалась мне. А тогда, под личиной костюма и смелого образа, пустилась в омут с головой. Тогда она словно была самой собой.

И это заводило во сто крат сильнее, чем все то, о чем думал ранее. Огонь, что распространялся по венам, вырвался наружу,и сдержать его было сложно. Невозможно.

А в какой-то момент и она отпустила тормоза. Обвила меня руками и проснулась та, другая Катя. Незнакомка на моих коленях в кулуарах клуба. Мы сорвались-таки с цепи.

Риски? Да какие риски ради этих чувств и эмоций. Ради ее тихих стонов и бархатистой кожи, чуть влажной после тренировки… Но реальность настигла нас.

– Вы издеваетесь? Ты говорила он не знает, что под костюмом ты!

Мы отлетели друг от друга как обожженные. Часто дыша,посмотрели в глаза, и тут не надо было слов. Макар же уже развернулся, убегая куда-то вдаль.

– Я разберусь.

Только успел сказать я, устремляясь за ним, а по факту сбегая от того, что произошло на лестнице. Она не справилась. Не удержалась. Кажется, теперь эстафета по сохранению здравого смысла перешла ко мне.

Глава 44. Катя

– Я разберусь.

Короткая фраза, и я вижу, как он убегает. Точнее, разворачивается и быстрым шагом удаляется в сторону, куда ушёл Макар. А я так и остаюсь прижатой к холодной стенке, с бешено колотящимся сердцем.

Рука невольно поднимается и касается припухлых губ. Мне кажется, я сейчас задохнусь. Потеряю сознание. Но не от волнения. От обиды… Обиды, что нас вновь прервали.

Ну почему все должно быть именно так? Почему обязательно приходится выбирать, прятаться, отказываться от этой части моей жизни? Что за злой рок преследует меня?

Сначала Уваров, что навешал мне лапши на уши. Обхаживал несколько месяцев, пока Женя ездила на похороны бабушки и для оформления наследства.

Потом он добился своего. Ещё бы! Как я могла устоять перед самым популярным парнем универа? Та Катя никак. Та Катя всеми силами пыталась стать самой лучшей и самой хорошей.

Для родителей, для преподавателей, для тренеров и даже однокурсников, которым до меня не было никакого дела. Но проблема в том, что я не хорошая.

Я не собираюсь больше делать то, чего не хочу, ради других. Меня достало, что приходится сутками зубрить законы и делать вид, что юриспруденция – это будущее дело всей моей жизни.

Меня достало это постоянно зудящее чувство внутри, что я недостаточно хороша для чего-то или кого-то. Все просто. Сначала я, а потом другие.

А я хотела сказать тренеру, что не собираюсьбольше по ночам выть в подушку. А хочу… Его хочу!

Руки сжались в кулаки, кровь прилила к лицу,и вообще, внутри все восстало. Против правил, против тех, кто столько лет пользовался мною. Против ограничений!

Юношеский максимализм, сказали мне родители, когда я как-то купила, по их мнению,слишком короткую юбку. Видели бы они меня сейчас.

Где-то вдалеке хлопнула дверь. Сквозь пелену не пойми откуда взявшихся слез смотрела на приближающихся девочек. Маргоша и Ирма оглядывались, но, как поняли, что в конце коридора я одна…

Они подошли, пристально рассматривая меня. Маргоша была непривычно тиха. Она, на удивление, молчала, тогда как на лице Ирмы появилась горькая усмешка:

– Я так понимаю, тайна лунной призмы раскрыта? Ну что, дала она тебе силу?

Непонимающе уставилась на девушку и даже икнула. Зато плакать перестала. Маргошахмыкнула:

– Товарищ капитан, она не смотрела популярных мультиков в детстве. Училась,небось. Перевожу на русский: целовались, и он все понял?

Замялась. Теперь обсуждать такое было очень странно. Мы же ни разу не говорили о себе в открытую. Точнее, о своих тайнах. Так… Завуалировано.