Зоя Анишкина – Чемпионка. Любой ценой (страница 20)
Она не соглашалась трахаться за место в команде. Ее не домогались. Потому что наверняка у Катерины на лице написано, что откажет. Я же выгляжу и веду себя как шлюха, чему удивляться?
Не питала насчет себя иллюзий. Лишь чувствовала боль. Настоящую, что резала меня без ножа, словно я была отщепенкой. Смотрела в спину удаляющейся Катерине.
Я завидовала. Не по-черному, нет. Просто не могла за нее искренне радоваться. Казалось, ее счастье берет меня за волосы и тыкает лицом в собственное дерьмо.
Попятилась. Не могу я так. Не могу смотреть, как у нее получилось то, ради чего я вывернула собственную душу, наплевала в нее. Развернулась и пошла быстрым шагом за угол.
С каждым движением накатывала пустота. Накатывала апатия и безысходность. Словно предчувствие о том, что все зря, что это все не про меня, и моя жизнь медленно идет под откос.
Сегодняшний вечер начал трансформироваться во что-то мерзкое, иррациональное, нелогичное, чего не должно было случиться. Я обязана все контролировать и как могла допустить это…
Ненавижу. Ненавижу себя за слабость и нерешительность! Хотелось кричать! Но вместо этого я просто проглатывала немые вопли внутри себя. А вот слезы сдержать не удалось.
Ну, почему они счастливы? Почему у них получилось, а у меня нет? Какого хрена они оказались более достойными, чем я? Чем Катерина и Ваня лучше?
Одна святая невинность в белом пальто, дура, которой воспользовались, а другой непроходимый тупица, что спустя много лет наступил на те же грабли. Что не справился с горем и бросил брата.
Чем я виновата? Я просто хотела играть. Я просто мечтала стать чемпионкой! Тоже хотела заглушить боль, что поселилась в сердце. Вызвала такси.
С мокрыми щеками от слез села в машину. Назвала адрес. Словно в замедленной съемке наблюдала, как мелькают по бокам деревья. Я успею. Успею.
Ведь мне просто надо поговорить с ней. Рассказать, что случилось. Вспомнить, каково это, быть нормальной, а не поломанной куклой со скверным характером.
Такси притормозило. Я на ватных ногах вышла перед знакомым ограждением. По тропиночке на автомате отправилась на встречу, которую динамила много лет.
Сколько меня тут не было? Даже не знаю. Хотелось бы перед ней извиниться, но не получалось. Язык в жопе застрял. Когда передо мной показалось белоснежное изваяние, я лишь выдохнула:
— Привет, мама…
Глава 35. Ирма
— Ты обещала мне не пропускать свои тренировки, дочь!
— Ну, ма-а-а-ам!
Мне не хотелось вставать. Еще так рано! Каникулы. Ну, какие такие тренировки? Нет, волейбол я любила до одури, и мама это знала, но сегодня на треню вообще не хотелось.
— Доченька…
Кровать прогнулась, и я с отчаянием открыла один глаз. А затем второй. Мама сидела на кровати и улыбалась. Той самой улыбкой, что могла заставить отца поднять жопу с дивана и пойти с нами в парк. Закатила глаза, буркнув:
— Нечестный прием!
— Да ладно тебе, когда вчера в тире папа тебе игрушку выиграл, что-то ты не сильно сопротивлялась!
Мы обе рассмеялись, а я подтащила к себе мягкого зайца и заливисто расхохоталась, мама начала меня щекотать, а я разразилась хохотом уже на всю квартиру.
— Это что тут за шум, я что-то не понял? Дочь! Мне кажется, или силы не равны?
— Па-а-а-апа!
— Ни слова больше!
Он ринулся к маме, а та не успела увернуться от его рук. Рухнула рядом на кровать и захохотала от щекотки вместе со мной. И вот мы уже все вместе смеемся и дурачимся, несмотря на поздний час.
— Я с вами так на работу опоздаю. Хотя сейчас согласился бы задержаться. — сказал отец, странным горящим взглядом окидывая растрепанную маму.
Та лишь лукаво улыбнулась и ответила:
— Все вечером, милый. Все вечером! Тут же дети!
— Тут только одна маленькая ленивая обезьянка, которой пора на тренировку.
— Да иду я, иду! — пробурчала я, с восторгом глядя на родителей.
Такие они были живые, такие настоящие! Как же я их люблю! У меня не было слов, поэтому я просто обняла их, притягивая друг к другу.
Внезапно мне показалось, что это в последний раз. Что больше мы так никогда не сможем. Слезы навернулись на глаза, и я прошептала неожиданно для самой себя:
— Мам, а давай сегодня не поедем? А? Давай останемся дома?
— Еще чего, Ирма! Солнышко, последняя тренировка перед отпуском. Нам же на море, да и каникулы у вас на месяц…
Отец тоже выглядел странно. Он мотнул головой, прокашлялся, а потом слегка осипшим голосом сказал:
— Милая, может, правда дома останетесь? Там дождь, дорога скользкая. Ну, его, этот ваш волейбол!
Мама лишь отмахнулась. Она очень любила спорт, сама играла и даже почти что попала в сборную когда-то! Круто же! Я мечтала стать, как она, и заниматься профессионально. Мамочка эту мечту поддерживала.
Но сегодня мне, и правда, не хотелось никуда идти. Не знала, с чем это связано. Папа же тренировки не ценил. И хоть я уже взрослая была, он не поддерживал.
Мама злилась на него, но он очень много работал. Сказал, что хочет, чтобы у его девочек было все самое лучшее.
— Вот вы ленивцы! Оба. Но хорошо, что у вас есть я. Так что вперед, мои хорошие.
Она поцеловала отца в губы, меня в лоб и заставила подняться. Мы пошли завтракать, а папа поехал на работу. Я же поймала странное ощущение. Словно не могу наговориться с ней.
А еще не хотелось отпускать маму, я ее целовала, обнимала, трогала постоянно. Как будто эти мгновения могли быть последними у нас с ней. Но что за глупости⁈
Мамочка пела, рассказывала стихи, танцевала у сковородки. Мы снова и снова обнимались, собирались. Я пыталась уговорить ее не вести меня на тренировку, но она уперто стояла на своем.
Мы вышли на улицу под проливной дождь. Мама пыталась сделать так, чтобы я не сильно вымокла. Мы сели в машину. Она завелась, и мама аккуратно выехала на дорогу.
Паника нарастала с каждой секундой. Я заплакала, попросила маму остановиться. Она успокаивала меня, гладила по руке, а потом в глаза ударил свет фар.
Жуткий удар, покореженный метал, мой крик, застрявший в горле и тихое мамино:
— Люблю, ты обязана стать чемпионкой…
А потом тишина. Зловещая, давящая на барабанные перепонки и истеричное:
— Мама, мамочка! Мамуля! Ма-ма!
Я орала во все горло. Не могла понять, почему она молчала? Молчала и не отвечала совсем! Мне было так страшно, что я не могла перестать кричать.
Голоса, какие-то люди, констатация смерти. Чьей смерти? Где моя мама? Потом холод, и меня достали из машины. Не понимаю. Что происходит⁈
Откуда-то появился бледный, как смерть, отец. Он не подходил ко мне, не обнимал. Ничего не говорил. Лишь пялился куда-то вдаль, не отвечая на вопросы.
— Папа, где мама⁈ Мамочка!
Я орала осипшим голосом, но никто не отвечал мне. Никто не мог объяснить, что происходит и лишь короткое: «Обязана стать чемпионкой…» — навсегда осело в моем мозгу навязчивым приказом.
Чтобы исполнить его, я готова на все. Чемпионка. Любой ценой.
Глава 36. Ирма
У могилы матери я провела достаточно времени. Просто сидела и смотрела на нее, обливаясь слезами. Вспоминала наш последний день, касания, ее улыбку и не могла поверить, что ее нет.
Она же всегда была рядом, всегда поддерживала! Она говорила, что правильно, а что нет. Красавица, и я так на нее похожа внешне. Только я намного хуже, чем она. Неправильная, беспринципная.
Но зато добиваюсь поставленной цели любыми путями. Потому что так надо, потому что правильно, потому что не мыслю себя без этого. Именно это осознание дало мне сил собраться и отправиться на злополучную встречу.
Горечь за счастье Катерины и Вани уже не так сильно фонила и отравляла меня. Я была в вакууме от эмоций, это часто спасало, жаль, в последнее время я никак не могла полностью контролировать установку этого барьера.
Между миром и мной. Между внутренним и тем, что надо. Я даже успела заехать домой. За всеми этими мыслями, общением с безмолвным белым памятником все же смогла собраться.