Зоряна Лемешенко – Дикая кошка мастера Дуэйна (страница 44)

Это было странно так разговаривать, но в груди у леопарда уже не вмещалось всё, что ему хотелось сказать. И тут ему в голову пришла идея, которую он отчасти опасался воплощать в жизнь. Но с другой стороны, он почему-то был уверен, что это лишь поможет Селене скорее выздороветь.

Оборотень прислушался и убедился, что поблизости не было никого, кому не следовало ощущать на себе силу его эмоций по отношению к пантере. А потом он подышал специальным образом, чтоб унять волнение в душе. Ведь Сели сейчас не нужны никакие встряски, лишь одна чистая и исцеляющая любовь…

Дуэйн поднёс её руку к своим губам и легонько поцеловал, открывая заслоны, за которыми бушевал целый океан страстей. Но леопарду не хотелось обрушить всё это на бедную раненную кошку. Поэтому он сосредоточился на том, что испытывал в текущий момент, глядя на неё — такую уязвимую, хрупкую, милую, нежную, родную… любимую. Он просто любовался ею, будто видел впервые.

Почему, как так случилось, что он не замечал Сель, хотя каждый день лично тренировал её несколько часов к ряду? Более тесного общения и представить трудно! Хотя у них потом было и более близкое. И вот на этом повороте мыслей Дуэйну пришлось напрячься, чтоб снова вернуть своё сознание к чистой и светлой любви.

Когда потрескавшиеся губы Селены слегка тронула улыбка, мастер решил, что ему показалось. Но это повторилось снова, и от кошки пошли ответные импульсы, по которым было понятно, что сейчас ей хорошо и спокойно. Ради этого Дуэйн и решился на такое. Он смежил веки и сам не заметил, как заснул.

Проснулся Дуэйн от ощущения чужого присутствия и пронзительного взгляда. Запах Астана вынудил леопарда снова открыть глаза и спрятать свои чувства поглубже.

— Я не отдам её тебе, — без вступлений сказал герцог, стоящий напротив Селены со скрещенными на груди руками.

— Если я буду победителем в битве, у тебя не будет выбора. Я вызываю тебя на бой, Астан.

— Так и быть, — хмуро взглянул крылатый оборотень на соперника, коснулся ладони спящей пантеры и вышел.

Он был очень зол и не хотел находиться в таком состоянии возле жены. Жена… была ли Сель ему супругой? Наёмницей, которую ему навязал отец — была, подругой, с которой он позволял себе некоторые шалости и обсуждения своих женщин — была, женой? Нет, определённо не была. Хотел ли он этого, чтоб семья у них была такой, какой принято в обществе, как хотела Селена? Астан беспрестанно искать в себе ответ на этот вопрос. Он хотел быть её мужчиной, хотел любить её, ласкать, целовать, баловать. Но её ли одну?..

— Я вижу, тебе непросто, сын… — тихо произнесла Патрисия, к которой пришёл герцог Спенсер.

— Есть темы для раздумий, — взялся он за протоколы допросов заговорщиков.

— Астан, я знаю, что у тебя с Селеной не всё гладко, — начала разговор королева, а её сын замер, ожидая продолжения, чтоб понять, к чему она клонит, — Знаешь, почему я отпустила твоего отца?

— Почему?

— Он не был бы счастлив со мной одной, а я уже давно ушла бы в могилу из-за его измен. Теперь он с той женой, которая ему всё прощает…

— А Вы одна.

— Я никого не смогла полюбить, как его.

— А мачеха меня не пускала в семью, я везде был изгоем. Клаудия была холодна со мной, а я не понимал почему. Потом у отца появился законный сын, — Астан хотел высказать Патрисии, что её идея сохранить в тайне их с Эдвардом роман и расстаться была не так уж хороша, но услышал тихое:

— Прости, сын, что тебе пришлось расплачиваться за наши с отцом грехи. Я постараюсь всё исправить, — и тонкая ладонь королевы легла на его руку, — но для твоей безопасности я вынуждена была смотреть на тебя со стороны.

— Вы что-то подозревали? Были какие-то угрозы?

— Мне снились сны жуткие, страшные. Но сейчас я думаю, что они были следствием моих переживаний из-за расставания с Эдвардом. Он тогда в очередной раз мне изменил… А я подумала, что тебя, как наследника двух престолов, обязательно используют в интригах, чтоб надавить либо на меня, либо на него.

— Как видите, Ваше величество, так и оказалось, только спустя двадцать восемь лет.

— Я буду рада, если ты хотя бы иногда будешь звать меня мамой, пожалуйста, — кротко произнесла Патрисия.

— Хорошо, мама. А почему меня всё же отправили к отцу?

— Он заявил, что воспитать мужчину может только мужчина. И, если я не отдам тебя до наступления подросткового возраста, то он пойдёт войной.

— Ого! — поднял брови Астан.

— Поэтому мне пришлось с тобой расстаться. Я так тосковала! Ведь раньше я часто приходила поиграть с тобой или просто наблюдала со стороны. В любом случае, виноваты только мы с твоим отцом во всём.

— Не стоит так говорить. Вы дали мне жизнь, сытую, интересную. Даже звериная ипостась вполне неплохая, ведь я мог оказаться леопардом с клювом и в перьях, а оказался с крыльями.

Королева прыснула, представив, что вполне мог получиться и такой исход. И ей было радостно, что Астан не держал на неё зла и старался её рассмешить.

А тем временем в другой комнате дворца открыла глаза Селена.

Глава 56

Она осмотрела помещение мутным взглядом. Кажется здесь она ещё не была. Ноздри щекотал густой запах лекарств, крови, а ещё… Зрение сфокусировалось на мирно спящем Дуэйне: он лежал на боку, поражая шириною плечей, а его правая рука была перевязана в районе локтевого сгиба. В остальном он выглядел неплохо, кроме необычной для него бледности.

Селена посмотрела, наконец-то, на себя. Она была укрыта одеялом, а руки лежали поверх него. Левая была забинтована аналогично руке наставника. Пантера приподняла край одеяла и опустила, увидев, что она совершенно обнажена под ним, только плотно перевязана бинтами в районе рёбер. Что же случилось? Последним, что она помнила, была схватка с заговорщиками, а потом резкая боль в боку. Видимо кто-то ранил её, и теперь она лежит в лазарете. Но что здесь делает мастер Дуглас? Тоже ранен?

Будто бы услышав её мысли, он открыл глаза и улыбнулся. Зелёные глаза залучились радостью, и он спросил:

— Как спалось, кошечка?

Селене так и хотелось фыркнуть на такое обращение, но узнать, что случилось, хотелось сильнее.

— Меня ранили?

— Да.

— А Вы в порядке?

— Я рад, что ты переживаешь обо мне, — ещё шире улыбнулся леопард, — Я цел.

— Астан? Патрисия? — не унималась пантера.

— Все живы и здоровы.

— Тогда хорошо, — расслабилась Сель.

Она быстро поправится, на кошках всё быстро заживает. Она прислушалась к себе, отмечая, что всё же какая-то странность в самочувствии есть.

— А я долго без сознания? — поинтересовалась герцогиня.

— Нет, ты очень быстро очнулась для такого ранения. Поэтому я тебе сейчас дам воды, а ты снова ложись спать. В туалет хочешь?

Селена округлила глаза. Этого ещё не хватало ему сообщать! Она быстро помотала головой.

— Тут нечего стесняться. В крайнем случае позову прислугу. В общем скажешь, если нужно, — занудствовал Дуэйн.

Пантера покивала, чтоб быстрее закончить эту тему. А наставник встал с кровати и какой-то не очень уверенной походной прошёлся к столику с графином и стаканами. Он наполнил водой оба, взял по одному в каждую руку и подошёл к лежащей Селене. Она попыталась подняться, но острая боль в боку намекнула на то, что делать этого не стоит.

— Тише, тише! Ты куда так скачешь резво? Сейчас помогу тебе, — мастер Дуглас поставил стаканы на ближайший подоконник и очень бережно приподнял Сель, придерживая рукой под спину, — не напрягай живот пока, будет очень больно.

— Я уже поняла. Спасибо, — сказала она, принимая стакан из рук наставника.

Он взял свой и стукнув им о край того стакана, что был в руках пантеры, произнёс:

— За твоё скорейшее выздоровление!

— А Вы точно в порядке? Что-то вид не очень…

— Будешь в моём возрасте, тогда и поговорим, — оскалился Дуэйн, находясь на опасно близком от Сели расстоянии.

Его рука чувствовала обнажённую кожу её спины, а сознание никак не могло игнорировать тот факт, что на ней ничего нет под одеялом.

— Вы нормально выглядите всегда, но сейчас просто будто устали, — Селена пряталась за стаканом с водой от испытующего взгляда оборотня.

— Перестань выкать. Нас слишком много связывает. Особенно теперь, — леопард поставил опустевший стакан на подоконник и ждал, пока допьёт его ученица.

— Что значит "особенно теперь"? — насторожилась она.

— Герцога спасли, Патрисию тоже. За тобой должок, — подмигнул глазом со шрамом Дуэйн.

— Я не в форме, если Вы… ты не заметил. Да и вообще…

— Что вообще?

— Мы, кажется, провели уже сутки вместе? — с надеждой спросила пантера.

— Нет, кошечка, не провели. И твоё бессознательное состояние точно не учитывается. Ладно, придёшь в форму, я тоже восстановлюсь, тогда обсудим.

Мастер Дуглас в конце концов забрал стакан из рук Селены, поставил его вместе со своим, а потом аккуратно уложил её обратно в постель.