Зоряна Лемешенко – Дикая кошка мастера Дуэйна (страница 22)

— Позвали посмотреть на твой досуг и хотели этим показать, что я — никто и заняла чужое место. Поэтому, дорогой мой супруг, помощь в выборе женщин тебе необходима, иначе такие идиотки однажды тебя крупно подставят.

Герцог сидел какое-то время молча, явно пребывая в полном замешательстве.

— Это какой-то бред… Моя жена предлагает мне помощь в выборе любовниц.

— Исчезла перчинка, да? — засмеялась Сель.

Ей стало гораздо легче на душе после того, как они с Астаном всё выяснили. Она надеялась, что он, поразмыслив, примет её предложение, и они станут добрыми друзьями. А мужчина пока не мог понять, как на это всё реагировать. Да, отец вынудил его вступить в этот брак, ограничив доступ к состоянию. Да, герцог Спенсер согласился на условия короля нехотя, но в конце концов, увидев Сель вживую, решил, что невеста вполне его устраивает. Так было до момента, когда она отказала ему в близости. Тогда гонористый герцог решил её проучить и заодно снять напряжение в компании графини Риверс. Но эта глупость с его стороны действиительно вышла за рамки дозволенного, когда он, разыскивая прислугу, случайно встретил графиню и изменил с ней в первую брачную ночь. Фатальная ошибка теперь откладывала его сближение с этой желтоглазой хищницей, что сверкала своим идеальным декольте, сидя на кровати, и мило улыбалась, уютно поджав стройные ноги.

Астан не верил, что раскол между ними навсегда. Но не верил он также и в свою верность, точнее, он не воспринимал это как необходимое условие счастливого союза. Зачем Селена встала в позу и строит из себя недотрогу? Ладно! В конце концов, герцог был уверен, что она сама придёт в его постель и смирится с тем, что огня в нём слишком много, чтоб распалять им лишь одну женщину. А пока… Пока нужно добиться её расположения и сделать вид, что согласен дружить…

— Уже утро, — задумчиво произнёс оборотень, глядя на окрашивающиеся в персиковые оттенки просторы вокруг замка, что виднелись сквозь большое окно.

— И нужно будет демонстрировать простыню, — добавила Селена, почесав шею.

— Вот видишь, всё равно выхода нет! — Астан дёрнул её за ногу и потянул на себя, но пантера лишь отбрыкнулась от посягательств мужа.

— Всё проще простого, — сказала она, достала из-под юбки прикрепленный к бедру кинжал и провела по коже так, что на ней выступили бусинки крови, — этого будет достаточно.

Она собрала пальцем красную жидкость и мазнула по постели.

— Вообще не понимаю тебя, поверь, другой способ был бы приятнее. Или ты… — догадка поразила герцога и вызвала в нём сильный протест.

— Нет! Ты мог бы быть первым. Но выбрал графиню в кладовке.

"Я и буду первым!" — подумал оборотень.

— Сель, это какой-то бред! — мужчина упал спиной на кровать и прижал кулаки к глазам, — я виноват, не спорю! Но ты перегибаешь явно!

— Нет, я просто смотрю в перспективу. Я могу тебе отдаться раз, второй, третий, потом тебя снова потянет на подвиги, а у меня всегда при себе оружие, а ещё я ревнивая… В общем не хочу остаться вдовой раньше времени. Поэтому пускай ты будешь моим мужем, но понарошку.

— Странники небесные, что происходит в женской голове?! — оборотень закрыл ладонями лицо.

Пантера лишь заулыбалась, но на самом деле ей было довольно грустно говорить все эти вещи Астану. Она считала, что телесная близость должна быть только с тем, кому всецело доверяешь и отдаёшь свои и тело, и душу. Это было точно не про крылатого хищника.

— Ну а что с меткой? — не унимался мужчина, у него аж челюсть свело от желания что-то сделать с этой упрямой как ослица кошкой, хотя бы укусить.

— Кусай, — отблосила она чёрный шёлк волос со своей шеи и склонила голову набок.

— Серьёзно?!

— Астан, мы клятвы давали друг другу вчера, если помнишь. Поэтому две ранки на коже меня не пугают, — вздохнула Сель всё так же маня супруга гладкостью кожи.

— А одна ранка между ног пугает?! Да и она быстро заживёт, а потом сплошное наслаждение…

— Речь не в боли и не в наслаждении. А в том, что я к тебе приросту и буду ревновать, не смогу тебя делить с другими. А если будут дети, то тем более.

— Сель, почти все женщины так живут и нормально себя чувствуют! — активно жестикулировал герцог Спенсер.

— А я — не все! Кусай!

Мужчина закрыл глаза и глубоко вздохнул. Невыносимый характер жены был для него вызовом, который он всё же решил принять. Возможно, это будет даже интересной игрой — искушать её ежедневно и однажды очутиться с ней в одной постели.

Астан медленно стал раздеваться по пояс.

— Что ты делаешь? — насторожилась Сель.

— Это у других оборотней удлиняются только когти и клыки во время частичного оборота, а у меня ещё кое-что…

— Ты специально так сказал, чтоб звучало максимально двусмысленно?! — засмеялась кошка, — и при чем здесь твоя рубашка?

Муж ослепительно улыбнулся и мягко засмеялся:

— Привыкай к моему юмору. Ну, а если без шуток, то смотри.

И в следующее мгновение на руках Астана удлинились когти, став крупнее, чем у обычных оборотней, а за спиной раскинулись огромные крылья.

— А это красиво, — завороженно смотрела на это чудо пантера.

Её зрачки стали узкими в золоте радужки, в то время как у Астана кошачьи глаза были ярко-синими.

— Орлиная кровь немного выделяет меня среди других, — пророкотал его изменившийся голос, — ну что, иди ко мне поближе, вредная кошка.

Сель подвинулась к нему и замерла. Она слышала, что метку ставят в момент наивысшего наслаждения, чтоб женщине не было так больно. Но ей придётся перетерпеть.

Герцог привлёк к себе жену, подтянув на свои колени, а на её возмущение заявил, что иначе неудобно. Провёл носом по изгибу между плечом и шеей. Возмущенное пыхтение его немного забавляло.

— Ты хочешь, чтоб было как можно болезненней или позволишь немного подготовить тебя? Вообще-то я даже читал литературу, чтоб позаботиться о тебе, — очень серьёзно сказал Астан жене.

— Хорошо, делай как знаешь, только под юбку не лезь!

Оборотень обольстительно улыбнулся и обнажил ряд ровных белых зубов, среди которых особенно вылелялись два острых клыка. Так и быть, он подождёт совсем немного и сейчас ограничится только меткой.

Он подул на кожу герцогини и с удовольствием заметил, как она покрылась мурашками, вздыбив мельчайшие волоски. Затем губами коснулся основания шеи…

— Астан!

— Молчи! Я всего лишь обезболиваю!

Сель закатила глаза и снова замолчала. Хочет он себя подразнить- пускай, всё равно спать она с ним не намерена и никакой реакции его действия в ней не вызывают. Почти…

Глава 28

А тем временем оборотень снова целовал место, где намеревался прокусить нежную кожу, слегка лизал и покусывал, пуская по телу девушки горячие волны. И как бы Сель не пыталась сохранить равнодушие, но сердце стало стучать громче.

— При посягательстве на мою невинность, я могу и перья выщипать, — шёпотом произнесла она.

— Молчи! — скомандовал Астан, который сам разволновался от происходящего таинства в коконе его крыльев, которые будут дополнительным способом удержать дикую кошку, — а над твоими шутками придётся поработать…

И пантера снова подчинилась, прикусив губу, чтоб сдержать недовольство. И хорошо, что этого не увидел герцог, потому что он и так корил себя за глупость с мелкой графиней, и думалось ему, что обуздать эту необъезженную кобылку, которую он сейчас придерживал руками и крыльями, было бы гораздо интереснее, чем позволить назойливой любовнице снять с себя штаны.

А Селена пыталась найти баланс между расслаблением и самоконтролем, и ей никак это не удавалось.

— Кусай уже! А то залижешь до смерти! — прошипела она, а герцог прыснул ей в шею, пощекотав кожу воздухом.

— Объясняю: если ты не расслабишься, будет очень больно, крик поднимешь на всю округу, прибегут наши родители и будут дружно меня ненавидеть. Особенно мой отец, потому что ты ему явно нравишься больше, чем я.

— Я умею терпеть боль, я провела пятнадцать лет в школе боевых искусств, — вздохнула кошка, — поэтому заканчивай с прелюдиями.

— Как скажешь, герцогиня, — произнёс Астан и тягучим движением языка прошёлся по шее, отвлекая жену, а потом сразу вонзил в кожу клыки.

Да, пантера привыкла терпеть боль, но не такую, что прошла молнией сквозь всё тело и ударила одновременно куда-то в мозг и в точку, что располагалась где-то внизу живота… Селена всё же не смогла сдержать стон, не понимая толком, чего было больше в этом чувстве: боли или… возбуждения? Конечно, она знала, что метка — не простой укус, ведь её ставят во время соития и только в определённое место, и боль — одна из граней этого явления. Теперь они с Астаном связаны, хоть она и не собирается делить с ним постель, но между ними всегда будет притяжение, продиктованное меткой.

Пантера прогнулась, запрокинув голову на плечо мужа, и часто-часто задышала. От острых ощущений она на какой-то миг будто ослепла и потерялась в пространстве, но быстро вернулась в себя, тут же задохнувшись от возмущения и… удовольствия.

— Я совсем не шутила насчёт перьев! — зашипела она, выпутываясь из рук мужа, который уже всерьёз взялся за её корсет, пытаясь достать из него грудь.

— Не льсти себе, кошечка, твоя невинность мне не нужна… — прорычал он, затихнув, но руки так и не разжал.

— Мне льстит твоя дубина, что давит ниже спины, дорогой мой супруг! — проворчала Сель, пытаясь расцепить железный хват крупных рук с огромными когтями.