Зоряна Лемешенко – Дикая кошка мастера Дуэйна (страница 16)

Быстро добравшись до нужжного места, Сель опустила голову и принялась вынюхивать. Сразу ей попадались незнакомые следы, вероятно, охрана герцога знатно натоптала. Почти отчаявшись найти знакомый запах, оборотница вдруг почуяла что-то знакомое… Это был не Дуэйн Дуглас, но запах напоминал его очень сильно и был знаком. Точно! Она же знала Эвана! Он часто приходил к старшему брату, и она даже видела их несколько тренировок. Молчаливый, но приятный парень — такое мнение сложилось у Селены насчёт него. Но что он мог здесь делать?

И ответ внезапно ударил в нос знакомым до боли ароматом. Сердце тоскливо сжалось от ворвавшихся в голову воспоминаний. Она слишком хорошо запомнила этот запах, она пропиталась им, он въелся ей в кожу и гораздо глубже — до самого сердца. Здесь был Дуэйн.

Какого лешега он крутится вокруг её дома? Может быть он приходил к отцу, насчёт невыполненной части договора? Селена пыталась разузнать у отца, за что он купил мастера Дугласа? Но отец лишь строго посмотрел на неё и пространно ответил, что сделка была равноценной.

Пантера стояла ошеломлённая посреди ночного леса, но, когда над ней промелькнула огромная тень, она быстро сориентировалась и уже понимала, кто к ней нагрянул.

Огромный хищник сложил за спиной крылья и медленно надвигался на пантеру. Она не принимала человеческую форму — не хватало сейчас в пустом лесу перед ним сверкать наготой! Он тоже не спешил оборачиваться. Приблизившись вплотную, он зажмурил свои синие глаза и с силой потёрся о растерявшуюся Селену головой. Она даже едва не упала от такой звериной ласки. Герцог понюхал воздух и землю поблизости, видимо, чтоб удостовериться, что поблизости нет никого, а потом стал вылизывать Сели морду, шерсть за ушами и шею. Он бы продвинулся и дальше, но она сделала шаг назад, на что Астан предупреждающе зарычал. Что ж, пока он не делает ничего, выходящего за рамки… Но вскоре ему стало явно мало вылизывания шерсти, и он попытался схватить Сель за шею. Она отшатнулась и громко зашипела, но хищника это не остановило.

Пантера, чтоб избежать драки и не покалечить случайно королевского сына, рванула с места и бежала так быстро, как могла. Но с крыльями не так-то просто посоперничать, поэтому очень скоро она увидела над собой ту же тень и перевернулась на спину как раз в момент, когда оборотень пытался схватить её лапами. Если бы ему удалось сесть на спину и схватить Сель за холку, то у него бы очень быстро получилось исполнить супружеский долг, поскольку кошка была бы почти обездвижена. Но она выставила вперёд лапы и повалить Астана в бок на землю, где он обернулся человеком.

— Кошечка моя, я люблю поиграть, но вообще-то это было больно!

Он был зол и возбуждён, его мужское достоинство так и притягивало взгляд, который Сель усиленно отводила.

— Ты обернёшься? Мне в общем всё равно, как тебя брать… — он решительно шагнул в её сторону, а Сель ударила лапой возле его ноги, показывая, чтоб не подходил, — Э! Я начинаю нервничать, Селена!

Нет, этот озабоченный не поймёт ни черта. И, тяжело вздохнув, девушка обернулась, тут же сев на листья, набросив на грудь чёрные блестящие волосы и прикрыв себя ногой. Но герцогу было достаточно времени, чтоб увидеть девичьи прелести.

— Ммм, радость моя, ты меня волнуешь в любой ипостаси. Какой всё же папа молодец!

— Я тебе не жена ещё, Астан!

Герцог остановился и прищурил глаза, будто не веря в то, что услышал:

— Ты серьёзно? — девушка кивнула, — ты правда считаешь, что может что-то измениться за пару дней?

— Не считаю, поэтому что тебе стоит потерпеть эти пару дней? — пожала плечами оборотница.

— А что тебе стоит не отказать мне?

— Это будет для меня впервые, я хочу, чтоб это случилось после свадьбы…

— Зачем тебе это? — герцог вышагивал перед Селеной туда-обратно, был бы хвост в этом обличии, то непременно хлестал бы себя по бокам.

— Так требуют традиции…

— Кто их соблюдает?

— Я! — девушка вообще не понимала такой реакции Астана.

Конечно, он рассчитывал на то, что Сель прыгнет сама в его объятия, ведь он понимал, насколько хорош, и привык к тому, что оборотницы сами падали к его ногам. Но в чём заключалась трагедия того, что они лягут в постель уже после того, как станут мужем и женой? Она уже обожглась, поэтому соблюдала осторожность, да и пара дней никакой роли не играли.

— Что ж, хорошо, будем блюсти традиции, — сказал, будто выплюнул, герцог и, в мгновение ока обернувшись крылатым зверем, взмыл в небо.

А Селена вздохнула и тоже приняла звериный облик. Спустя полчаса она уже укладывалась в постель и думала, что просто хочет отдохнуть от всех сердечных и телесных переживаний.

Глава 20

— Селена, посмотри на меня! — потребовала Маргарита на следующее утро, — между вами точно ничего не произошло?

Кошка дерзко вскинула брови и спросила:

— А тебе бы чего хотелось, мама?

— Селена!

— Не произошло, поэтому ваш драгоценный герцог и умчался ни свет, ни заря, и даже ручкой не помахал.

Пантера была на взводе, она уже порядком устала от собственных терзаний, и давление со стороны матери никак не способствовало её спокойствию. Маргарита набрала в грудь воздуха и хотела что-то высказать дочери, но тут послышался голос Рональда:

— Молодец, дочь. Кажется герцог забыл, что ты не бесправная крестьянка, безропотно ожидающая его на сеновале, а наследница древнего рода, руку которой для него просил сам король.

Да уж. Её благородство было особенно заметно там в лесу, когда она была с Дуэйном. Сель поджала губы и отвернулась в окно. С самого пробуждения мать устроила ей допрос, почему Астан так рано отбыл, не обидела ли его как-то гонористая пантера?

А Селене самой было пакостно на душе, хотя она и не удивилась тому, как отреагировал герцог Спенсер. Ей изначально говорили, что он слишком избалован женским вниманием, горяч, безрассуден и импульсивен — идеальный выбор для неё.

— Но можно же было как-то мягко отказать, — не сдавалась баронесса Стоун.

— Маргарита, хватит! — повысил голос её муж, — я сегодня дождусь в этом доме завтрак или идти к соседям?

Оборотница насупилась и вышла из гостиной, вероятно, чтоб узнать, как обстоят дела с едой. А Рональд подошёл к дочери и, немного помолчав и поглазев на осенний пейзаж в то же окно, сказал:

— Знаешь, я уже жалею, что на это согласился. Но ты же понимаешь…

— Понимаю, пап.

— В любом случае, ты себя в обиду не давай.

— Вот ещё! Как ты себе представляешь иное? — хмыкнула пантера, а Рональд обнял её за плечи.

— Иногда думаю, какого пса меня дёрнуло отвести тебя в школу боевых искусств? Думал, что это будет полезно, да и экзотично…

— Нууу, в принципе, угадал, — девушка положила голову отцу на грудь.

— Но тогда бы ты не знала ни Дуэйна, ни, возможно, герцога, и жила бы спокойно.

— Значит так суждено. Да, может, не всё так плохо. Потерял от меня голову и повёл себя глупо. С кем не бывает?

— Может и так, дочь, может и так…

Они ещё какое-то время помолчали, пока в комнату не вернулась Маргарита и не оповестила, что стол уже накрыт.

День промчался в сборах и приготовлениях. Неугомонная супруга барона Стоуна, мотивируя тем, что дочерей она не часто замуж за сыновей короля отдаёт, задёргала Селену, заставляя примерять свадебное платье и другие, которые берут с собой, испробовать восемь разных причёсок, макияж, аромат, обувь, украшения…

— Мама, да какая разница? Думаешь, меня не пустят на свою свадьбу, если я вместо этих серёжек надену эти?!

— Ты должна сразу дать понять всем любовницам своего будущего мужа, что они тебе не ровня! И даже думать пусть забудут про его постель!

Селена непроизвольно скривилась, но потом мрачно улыбнулась:

— Тогда я лучше вместо цветов возьму в руки свой боевой топор. Чтоб намёк даже Астан понял.

Маргарита закатила глаза.

— А ещё, Сель, тебе нужно в себе воспитать хоть каплю женской хитрости и мягкости.

— Поздно об этом говорить, мама, после пятнадцати лет муштры в школе Дуэйна.

После упоминания его имени Селена замолчала и отвернулась, давая понять, что примерки окончены. Маргарита ещё что-то говорила насчёт отцовского характера, но вскоре ушла, оставив молодую оборотницу в одиночестве, а она снова и снова задавала себе один и тот же вопрос:

— Что же ты делал возле поместья, мастер Дуглас?

Ночью ей не спалось. Всё казалось, что вот-вот в проёме окна мелькнёт фигура наставника. А что было бы, если бы он явился к ней, попросил прощения, вымаливал его, стоя на коленях и позвал с собой? Простила бы она его за предательство? Сель со злостью ударила по подушке. Такого не может быть, наверняка ему нет дела до неё, а приходил он к отцу. Он же сказал, что должен был вернуть её домой всеми способами. Он и вернул, выбрав для этого самый жестокий и низкий.

Селена встала с кровати и принялась ходить туда-обратно по комнате. Завтра она с родителями должна будет ехать в королевскую резиденцию, и свободного времени не будет совсем, тем более для таких глупостей, которые она собиралась сделать.

Девушка села за стол и достала бумагу и карандаш. Немного погрызла его кончик, всё ещё сомневаясь в своих намерениях. Но потом сделала глубокий вдох и принялась писать. Писала она быстро, потому что из сердца как сквозь пробоину в плотине хлынули эмоции, которые она так старательно душила с того самого момента, как Дуэйн предал неё. И вдруг на бумагу упала капля. Сель удивлённо уставилась на неё и лишь потом поняла, когда еще одна капля упала рядом с первой, что это её слёзы. Будто устыдившись этого, девушка быстро вытерла тыльной стороной ладони щёки и взяла новый лист, а старый скомкала и выбросила в камин — не хватало ещё, чтоб мастер узнал, что она плакала.