Зорислав Ярцев – Звёздный свет. Врата за пределы (страница 18)

Айрис отвернулась от озера, навсегда прощаясь с ним и этим Миром. Слегка откинув капюшон, она тепло взглянула на Айнора, а затем обвела тем же взглядом остальных. На миг люди почувствовали себя частью той Силы, что объединяет всё сущее, той Силы, осознание и безусловное принятие которой делает элгранов одной семьёй. Когда девушка вновь надвинула капюшон, ощущение в душах Ждана и Таяны ослабло. Ослабло, но не исчезло до конца. Они вдруг поняли, что тоже знакомы с этим состоянием. Просто в людской традиции земных магов эпохи Звёздного конгломерата, подобная общность собирается из частичек индивидуальностей всего коллектива. Каждый вносит свою долю, которую складывают воедино все в группе. Чаще всего этим занимаются маги процесса. Общность правильно подобранных и слаженных частичек рождает целое. А вот элграны буквально сияют полным спектром Вселенской Силы. Её энергия бьёт ключом и буквально возникает в них самих. Их общность больше похожа на общность самодостаточных вселенных, порождая уже вообще нечто запредельное. С человеческой точки зрения, разумеется. Потому что сами элграны считали такое нормой.

Айнор шагнул к сестре, обнял её, но через мгновение отпустил и мягко произнёс:

– Нам пора.

Она согласно кивнула, и спутники отправились дальше в полном молчании, продлившемся до самого корабля.

Глава 10

Оказавшись на борту «Тумана», элграны принялись отдавать команды раньше, чем в зал управления вернулся капитан. Это было связано с необходимостью как можно скорее поднять корабль и улетать. Ждан с Таяной на несколько минут задержались в шлюзовом отсеке, снимая скафандры. А элграны лишь встряхнули свои плащи, от чего по плотной ткани пробежала едва заметная белая волна. На том они сочли их вполне чистыми, а себя – готовыми пройти дальше во внутренние отсеки. По-этой причине «Туман» уже оторвался от поверхности, медленно набирая высоту, когда свои полётные кресла заняли капитан со связистом.

Спустя ещё полтора часа Оксана поставила транспортник на автопилот, направив его по указанному Айнором курсу. Всё это время элгран, как и в первый раз, простоял за спинкой пилотского кресла. Его спокойный голос звучал, словно маяк в кромешной тьме. Пилот почти с самого начала предпочла не думать, а довериться этому проводнику. Потому что Айнор то и дело отдавал совершенно непредсказуемые команды, несколько раз вообще меняя курс и разворачивая корабль чуть ли ни в противоположную сторону, но быстро возвращая его на путь, ведущий прочь от гибнущей планеты.

Оксана сама себе честно признавалась, что, при всём своём мастерстве, без помощи элграна, скорее всего не справилась бы и разбила их транспортник. Пару раз она вообще закрывала глаза, чтобы не видеть, в каком плотном крошеве и невозможно перекрученном пространстве они летят. В эти моменты на её плечо ложилась уверенная рука Айнора. Его присутствие заставляло ум девушки отключаться, распахивая в сознании только одно безусловное и всеобъемлющее ощущение даже не безопасного, а просто свободного прохода. Это пугало и восхищало Оксану. Ей хотелось визжать от противоречивых чувств. Но всё та же непостижимая сила удерживала молодого пилота в русле спокойного движения. И было уже совсем не важно, что пылинки яркими облаками сгорают в покрывале защитных полей, а осколки покрупнее пролетают на расстоянии вытянутой руки от обшивки. Элгран буквально творил из ничего свободный проход там, где, как казалось Оксане, его только что не было.

А уж о том, каким чудом он там вообще стоял, девушка и думать боялась. Да, компенсаторы и искусственная гравитация гасила почти всё. И даже полёт на боку всё же оставлял вектор притяжения обращённым в пол. Но инерция и завалы оставались вполне ощутимыми. Плюс, головокружительная чехарда на обзорных экранах. Сама Оксана точно не удержалась бы на ногах. А он стоял и почти не менял позы.

Если бы пилот знала, что в привычную разминочную полосу элгранов уровня Айнора входила, например, балансирная дорожка, то она бы не удивлялась. Сами попробуйте пробежать по платформе шириной в метр и длиной во все двадцать, при условии, что платформа эта, как балансир или неваляшка, стремиться завалиться набок при малейшем шаге. Элграны, конечно, не были садистами, так что падать было меньше метра и в мягкий шелковистый песок. Но падение – означало сход с полосы, и говорило упавшему о том, что равновесие его внутреннего огня нарушено. А сейчас пламя Айнора сияло ровно, в безупречной нулевой точке. Так что он даже не задумывался над устойчивостью собственного тела. Если бы установка искусственной гравитации дала сбой, вот тогда стало бы сложно. Наверное. Даже сам Айнор не смог бы точно ответить на этот вопрос, потому что прямо в здесь и сейчас корабельная искусственная гравитация тоже являлась продолжением его собственного внутреннего равновесия. Такова уж была их природа – существ, иногда ещё именуемых творцами.

Когда щелчок автопилота возвестил об успешном окончании этого сумасшедшего полёта, Оксана безвольно растеклась в пилотском кресле. Она почувствовала себя шариком, из которого разом выпустили весь воздух. Сил не было даже на восторг. Чуть погодя, когда способность соображать вернулась к девушке, она поняла, за что так уважают, а порой даже боготворят элгранов в Мирах Звёздного конгломерата и даже во многих Мирах открытого спектра, где эта раса не живёт, но куда периодически заглядывает. Вскоре Оксана даже смогла сформулировать словами своё чувство восторга и восхищения, граничащего с преклонением:

– «Рядом с ними ты, или почувствуешь себя полным ничтожеством, которым и являешься на самом деле, или раскроешь крылья, захочешь стать лучше, больше, открыть для себя новые горизонты. И они вполне могут удовлетворить любой из этих двух твоих запросов – помочь тебе сдохнуть и больше не мучиться или же шагнуть на новую ступень».

Позже, уже на Земле, когда экипаж «Тумана» делился впечатлениями, остальные полностью согласились с пилотом.

Заметив первые шевеления Оксаны, Айнор мягко сжал её плечи. Он вложил в этот жест благодарность, одобрение и поддержку. Девушка судорожно вдохнула, на миг задержала дыхание, а затем резко выдохнула. Мышцы её расслабились, ресницы опустились. По её телу прошла волна облегчения, вслед за которой ушла тяжесть. Выждав несколько секунд, элгран отпустил плечи Оксаны. Он развернулся и направился к дивану, на котором всё это время сидела его сестра. Сдвинув к самому краю их плащи, быстро сброшенные в одну кучу при возвращении в зал управления, он сел рядом и приобнял Айрис. Та вначале положила голову на плечо брата, но усталость быстро побудила девушку лечь. Айнор поудобнее устроил голову Айрис на своих коленях, гладя сестру по волосам, щедро делясь с ней покоем, защищённостью, поддержкой и животворным теплом, которое сами элграны ещё выделяли в энергию чистого блага.

Отношения внутри этой расы вообще отличались особой близостью. Строго говоря, они почти всегда обращались друг к другу: брат или сестра. Так было, даже если между ними не было прямого родства как минимум в пяти-семи ближайших коленах. Вообще, если кто-то не приходился им матерью или отцом, либо праматерью, праотцем, то они почти всегда обращались к нему, называя его братом или сестрой. Единство и целостность рода для них была такой, что в отношении самих себя элграны не разделяли понятия род и народ. Вся их раса была одной семьёй. Впрочем, Айнор и Айрис были братом и сестрой даже в человеческом понимании этих слов.

Экипаж «Тумана», тоже изрядно уставший от впечатлений последних часов, разбрёлся по каютам. И каждый старался делать это как можно тише, чтобы не потревожить придремавших на диване элгранов. Пульты выставили в автоматические режимы, переключив показатели на свои наручные коммуникаторы. На дежурстве в зале управления остался только Ясон. Удобно устроившись в капитанском кресле, он смотрел в бездонную бархатную черноту космоса, размышляя обо всём, чему стал опосредованным свидетелем.

По договорённости со Жданом, камера в скафандре транслировала всё происходящее на его коммуникатор. Так что целитель видел и слышал почти столько же, сколько и сам капитан. Наушник в ухе и коммуникатор, сияние голографического экрана которого было прикрыто подушкой от остальных, позволяли ему вести наблюдение незаметно для команды, оставшейся на корабле вместе с ним.

В академиях, да и в общих школах до того, людей учили многому. Но элграны за несколько часов показали Ясону всю пропасть в знаниях между собой и человеческими магами. Да, о многом он знал, но отрывками, никогда не вникая даже в известное его коллегам, потому что не задумывался обо всей картине в целом. Например, о сути наполнения родников источниками Мира. Это захватило сознание целителя сильнее всего. Так что он пообещал сам себе побольше узнать об этом и обязательно самому на всё посмотреть: «Хорошо бы и остальных уговорить съездить с собой на ближайшие крупные родники», – думал он, мечтательно улыбаясь.

С этими мыслями Ясон и сам не заметил, как вскоре задремал.

***

Спустя пять часов Айнор открыл глаза. Мягко тронул кончиками пальцев сестру за щёку. Та улыбнулась и тоже проснулась, вставая с колен брата и потягиваясь.