Зоман Чейнани – Школа Добра и Зла (страница 40)
Пустынные холмы испещрили надгробия цвета унылого неба. Из дыры хлынули к ней дрожащие одноклассники.
— Гдееее ээттттооо мы? — пролепетала она, стуча зубами.
— Сад… Добра и Зла, — дрожа, сказала Дот, грызя шоколадную ящерицу.
— По-моему, саааавсееем на сад не похоже, — простучала зубами в ответ Софи.
Юба своим волшебным посохом разжег несколько небольших костров, и Софи сразу же почувствовала, как стало теплее. Она со своими одноклассниками с облегчением выдохнули.
— Через несколько недель вы все будете разобщены, чтобы продемонстрировать заклинания, — сказал гном, взволнованно хихикая. — Но заклинания не могут заменить навыков выживания. Возле могил живут Торфяные черви, и они могут помочь вам выжить, когда не будет еды. Сегодня вы будете их искать и есть!
Софи схватилась за живот.
— Вперед! Делимся на пары! — скомандовал гном. — Та, команда, которая съест большее количество червей — побеждает! — Он сверкнул глазами в сторону Софи. — Возможно, наша паршивая овца сможет снискать искупление.
— Паршивая овца вряд ли сможет что-нибудь снискать без своей
Софи затравленно смотрела, как он вставал в пару с Беатрикс.
— Давай же, — сказала Дот, потянув Софи к земле. — Мы сможем их победить.
Неожиданно получив мотивацию, Софи стала осматриваться с Дот в поисках червей, стараясь оставаться поближе к огню.
— А как выглядят торфяные черви?
— Как черви, — ответила Дот.
Софи обдумывала возражение, когда заметила в отдалении на вершине холма фигуру. Это был великан с длинной черной бородой, толстыми косами и темно-синей кожей. На нем была надета только небольшая коричневая набедренная повязка. Он рыл могилы.
— Он сам все делает, Хранитель склепа, — сказала Дот Софи. — Вот, почему здесь такой завал.
Софи перевела взгляд на двухмильный ряд тел и гробов позади Хранителя склепа, в ожидании своих похорон. Она сразу же заметила контраст между темными каменными гробами Несчастливцев и гробами Счастливцев, сделанных из стекла и золота. Но были и такие тела, которые лежали сами по себе, на виду, заброшенные, и над ними кружили стервятники.
— Почему ему никто не поможет? — с отвращением спросила она.
— Потому что никто не может вмешиваться в систему Хранителя склепа, — тихонько сказал Хорт. — Мой отец ждал своей очереди два года. — Его голос надломился. — Убитый самим Питером Пэном, мой отец. Он заслужил быть похороненным надлежащим образом.
Теперь вся группа наблюдала за тем как Хранитель склепа рыл могилы, а потом вытащил большую книгу из копны своих волос и внимательно пролистал её. Затем великан поднял золотой гроб с красавцем-принцем внутри и бросил его в пустую яму. Он прошел дальше вдоль тел, ожидающих своей очереди, поднял хрустальный гроб с прекрасной принцессой и опустил его рядом с гробом принца в ту же могилу.
— Анастасия и Якоб. Умерли от голода во время медового месяца. Смерть можно было бы предотвратить, если бы они были более внимательны на уроках, — резко высказался Юба.
Поворчав, ученики вновь вернулись к поиску Торфяных червей, но Софи продолжала глазеть на Хранителя склепа, который снова изучил свою книгу, прежде чем схватить огра, который валялся на земле сам по себе, без гроба, и положил его в следующую могилу. Вернулся к книге, а потом положил ослепительный серебряный гроб королевы рядом с её королем.
Софи обвела взглядом кладбище и увидела одну и ту же картину, что на холмах, что в долине. Счастливцы были похоронены вместе, под двойным надгробием — мальчик и девочка, муж и жена, принц и принцесса, вместе в жизни и в смерти. Несчастливцы в одиночестве.
Софи замерла. Она знала ответ на загадку Школьного директора.
— Возможно нам нужно поискать Трупный хребет, — вздохнул Юба. — Давайте, ученички…
— Прикрой меня, — прошептала Софи Дот.
Дот резко обернулась.
— Куда это ты…стой! Мы же…
Но Софи уже бежала со всех ног через надгробия к выходу из Цветника.
— Команда, — с обидой в голосе закончила Дот.
Спустя короткое время, в Синем лесу, пять стимфов оторвались от поедания своих козлов, чтобы увидеть, как Софи размахивает перед ними яйцом.
— Ну что, попытаемся еще разок, а?
Агата чувствовала очередную волну бессильного страха. Она не могла просто сидеть здесь, пока Софи пытают…
Снаружи раздался крик. Она повернулась и увидела Софи, которую зашвырнула через окно летящая стимфа.
— Любовь, — задыхаясь выпалила Софи.
— Ты жива! Твои
— Любовь — то, чего никогда не будет у злодея, но герои не представляют своей жизни.
— Но, что они… как ты…
— Я права или нет?
Агата заметила, что Софи не собиралась обсуждать то, что было с ней в Пыточной.
— Почти. — Она ткнула пальцем в картины на стена с изображением героев с героинями, застывшие в объятьях и прижимающиеся губами друг к другу.
— Поцелуй истинной любви, — выдохнула Софи.
— Если тебя поцелует истинная любовь, то ты не можешь быть злодейкой, — сказала Агата.
— А если ты не найдешь любовь, то ты не можешь быть принцессой, — продолжила Софи.
— И мы отправимся домой. — Агата сглотнула. — Моя часть обеспечена. А вот с твоей-то не так просто.
— О, да я тебя умоляю. Я могу заставить любого из этих мальчишек-Несчастливцев влюбиться в меня. Дай мне всего каких-то пять минут, и пустой чулан, и…
— Софи, существует только одна, — сказала Агата, раздраженным голосом. — Для каждого Счастливца существует только одна истинная любовь.
Софи встретилась с ней взглядом. А потом рухнула на постель.
— Тедрос.
Агата слабо кивнула. Их дорога домой вела к человеку, который мог все погубить.
— Тедрос… поцелует меня? — спросила Софи, уставившись в пространство.
— И он не может сделать это обманом, по принуждению или каким-нибудь трюком. Он должен этого хотеть.
— Но как? Он считает меня злодейкой! Он меня ненавидит! Агги, он сын короля. Он прекрасен, он само совершенство, а взгляни на меня… — Она схватилась за обстриженные волосы и рваную школьную форму. — Я… я…
— Все еще принцесса.
Софи взглянула на неё.
— И есть только один способ вернуть нас домой, — сказала Агата, вымучено улыбаясь. — Поэтому мы должны сделать так, чтобы этот поцелуй состоялся.
— Мы? — переспросила Софи.
— Мы, — резко сказала Агата.
Софи крепко её обняла.
— Мы отправимся домой, Агги.
Но в её объятьях Агата почувствовала что-то еще. Нечто такое, что Пыточная забрала с собой у её подруги больше, чем просто волосы. Агата подавила свои сомнения и крепче обняла Софи.