Злой Слон – Небесный странник (страница 33)

— Ты прав, Эйдан, я пришёл не просто так, — серые глаза Ларса сосредоточили всё своё внимание на мне. Просканировав меня несколько мгновений, он демонстративно перевёл свой взор на Энакина, который даже замер от такого. — Я пришёл просить у вас руки вашей матери. Вы — защитники её чести. Мой народ ценит таких, как вы. Шми — достойная женщина, сильная и телом, и разумом, и душой. Для меня, как представителя клана Ордо, будет честью быть её вечным спутником и защитником.

Сказать, что мы с братом ах… сильно удивились — ничего не сказать!

— А «ху-ху» не «хо-хо»⁈ — аж подпрыгнул на месте я от возмущения на такую просьбу. — Стоп-стоп, — замахал руками, а потом скрестил их. — Попридержи бант, Мандо! Ты сейчас серьёзно? Не рановато ли?

Ларс спокойно стоял и смотрел на нас пару секунд, после чего начал поочерёдно отвечать на мои вопросы:

— Предельно. Нет, не рановато. Может, присядем? Разговор не простой и не быстрый.

— Ну-у-у ла-адно-о, — протянул Энакин. — Кидай задницу на диван, а я кафа заварю.

— Благодарю, — продолжая оставаться нерушимой глыбой спокойствия, сказал Ларс, когда брат принёс нам всем по кружке этого замечательного напитка.

Этот представить клана Ордо с удобством сидел на нашем небольшом диванчике, умудряясь при этом сохранять идеально ровную и горделивую осанку и, стоит отметить, выглядел впечатляюще. Здоровый, мускулистый, уверенный в себе. Да и его отношение к нам, как к равным собеседникам, без этих всех скидок на наш возраст, если честно, импонировало. Иногда меня просто бесило то, как некоторые взрослые смотрели на меня, как не неразумное дитё. Не спорю, порой я давал маху, да и возраст действительно был детский, но коробило всё равно. А этот мандолорец изначально воспринимал нас как равных собеседников. Да, было видно, что он отчётливо отдаёт себе отчёт в том, что мы с братом ещё, по факту, дети, но как-либо из-за этого принижать наши интеллектуальные способности он не спешил. В общем, в этом плане ему от меня был огромный «респект». Ещё бы на нашу маму не зарился и ручки свои загребущие при себе держал, так цены бы ему не было.

— Для начала, давайте я вам кое-что проясню, — сделав глоток довольно крепкого по его просьбе напитка, начал говорить он. — В основе нашей культуры и общества лежит особое отношение к войне. В ней мы ищем славу, а с помощью битв закаляем нашу железную кожу бескар’гам. Мандалорцы больше, чем просто народ или армия. Мы — культура. Мы — идея. «Путь мандо’аде» — священен для настоящего мандолорца. Я найдёныш, но воспитанный в лучших традициях клана Ордо и в соответствии с сутью «Пути»…

— Всё это, конечно, круто, но нельзя ли покороче? — нагло перебил его я, тоже отпив из своей кружки. У нас с Энакином каф был послабее и подслащённый. По секрету, мой брательник, этот баловень Силы, был тем ещё сладкоежкой. Да и меня подсадил на это. — Уж больно издали ты зашёл, — покосился на Ларса, но тот продолжал сохранять спокойствие. Лишь в глазах на мгновение мелькнуло веселье. — Как ты пришёл к тому факту, что она твоя «единственная и неповторимая»?

— Спешка нужна лишь при ловле вомп-крыс, Эйдан, — кончики его губ чуть дёрнулись вверх в подобии улыбки, но он умело скрыл это, сделав глоток напитка. — А пришёл я к такому выводу довольно просто. Но сначала, дай мне, всё же, закончить пояснение. Есть шесть положений, которым нужно следовать, чтобы быть мандалорцем. Они известны как «Шесть деяний»: носить доспехи, говорить на мандо’а, защищать себя и свою семью, растить детей как мандалорцев, помогать своему клану и являться по призыву Мандалора, — очередной глоток позволил ему сделать небольшую паузу. — Семья играет в мандалорском обществе важную роль. Если сравнивать с другими культурами, представления о семье у мандалорцев несколько иные. Для нас не играют роль происхождение женщины, для нас играет большое значение личность, а также характер будущей жены. Ваша мама, — тут я впервые увидел, как в его холодных стальных глазах появился тёплый взгляд, обращённый куда-то в никуда, а на губах появилась мечтательная улыбка. — Она удивительна! Она храбрая, очень сильная, умная, добрая… Для меня она — всё.

С каждым его словом я чувствовал… Да, я чувствовал, что он не врёт. Сила говорила мне об этом. По лицу брата было видно, что и он ощущает правдивость его слов. И, словно зная, что мы оба чувствуем, Ларс продолжил:

— Вы оба по нашим меркам уже взрослые. И вместе с тем вы — её дети. Да и не простые к тому же. Вы Джети — чувствительные к силе. Вы умеете чувствовать души других. Умеете отличить правду от лжи. И я знаю, что вы всё время знали о моих чувствах к ней.

— Знали, — тихо ответил Энакин и опустил взгляд на содержимое своей кружки, которую держал двумя руками.

— Я так понимаю, что этот разговор вы затеяли вдвоём с ней? — сделал предположение, допив свой каф одним глотком и поставив пустую кружку на небольшой столик, что стоял рядом.

— Нет, — отрицательно качнул головой он. — Это полностью моя инициатива. Я пришёл просить руки вашей матери у вас, мужчин семьи Скайуокер.

— Дани, — позвал меня Энакин, но я его перебил.

— Погоди, брат. Дай уложить это в голове! — уже другим голосом произнёс это. А после… Не знаю, что на меня нашло в тот момент, но как позже рассказывал Энакин, у меня даже глаза засветились синим светом и голос вибрировал, заставляя волоски на коже вставать дыбом. — Я не против этого, Ларс Ордо. Но запомни один момент, — мои глаза встретились с его крайне серьёзными серыми, — обидишь мою мать, предашь её, и я в тот же миг лишу тебя жизни. Тебя не спасут от моего гнева ни доспехи, ни умения. Но перед этим, я добьюсь того, чтобы ты тысячу раз пожалел об этом моменте. Ты понял меня, Ларс из клана Ордо?

— Понял, — выдержал он взгляд и, не прерывая контакта, кивнул. — Но угрозы — лишнее, Эйдан. Мандолорцы убьют любого за малейшую угрозу семье, но самое главное, мы воспитаны в глубоком почтении к нашим жёнам. Поэтому поиск спутницы по жизни у нас растянут на годы. Мы выбираем своих женщин не только сердцем, но и умом.

— Я сказал, ты услышал. Мама — единственная и лучшая женщина во всей этой сумасшедшей галактике и вселенной. Она дала нам жизнь, свою любовь, заботу, а также кров и защиту. Мы платим ей тем же. Любая угроза, Ларс, — я расправил плечи и тоже горделиво выпрямил спину. — Любая, и ты сдохнешь, а она будет жить.

— Слова настоящего мандо’аде, — хмыкнул в ответ мандолорец. — Я даю вам в этом своё слово, Эйдан, Энакин.

С тех пор у нас началась новая веха в жизни. Не сказал бы, что мирная и беззаботная, наоборот, весьма напряжённая, но крайне нужная для нас. Я бы даже сказал, жизненно необходимая.

План, что мы с семьёй придумали после моего пробуждения, пришлось доработать и включить в него новые реалии, связанные с «железным дровосеком Ларсом». Но главное — мама. Получив наше с братом добро, окрылённый Ларс поспешил обрадовать её. Скажу честно, я маму такой счастливой ещё не видел. Она словно звёздочка радовала всех своей яркой улыбкой, и это окончательно успокоило нашу с братом ревность.

Свадьбу сыграли спустя два месяца ускоренной подготовки. Гуляли и гудели так, что она вошла в анналы истории Татуина на долгие годы. Нам с братом удалась небольшая проказа, и мы споили большую часть гостей, заодно протестировав новый вид нашей «бормотухи». Было весело. Ларс же после этого поистине эпохального события полностью переехал к нам, прихватив по пути свою сестричку-стервочку.

К нашему с братом ужасу, взрослые пришли к выводу, что у нас слишком много свободного времени, которое неплохо было бы забить чем-то полезным. Самое обидное, что мы с Энакином так не считали, а спросить нашего мнения никто не удосужился. В общем, нас просто поставили перед фактом, что, мол, пора бы нам уже научиться пользоваться не стилем «по-яйцам-но-дзюцу» и не распространённым на Татуине «уличная Бакланка», а научиться приемлемо махаться в боевом стиле самых крутых воинов галактики — Мандолорцев.

И тогда мы познали ад! Ведь наши обычные занятия с дроидами и Уотто никто не отменял, как не отменял и помощи маме в кантине или мастерской. Коварный Ларс, видимо мстя нам за проказы, подключил к делу обучения свою сестру Рину, девушку во всех смыслах шикарную. Всё же оценить вид тренированного женского тела с третьим размером груди, подтянутой попкой и милым личиком, смог бы каждый. Единственное, что препятствовало этому для остальных, Кодекс, который обязывал Мандо тягать свои доспехи везде, кроме дома, а также слава самой Рины. Её не зря называли — «Рина вырви глаз», «Один снаряд, один труп», «Бешенная сука», ну и ещё много других прозвищ, но стиль и посыл один: не лезь, она без жалости отстрелит тебе яйца!

Наглая кареглазая брюнетка, своим временным домом избрала наш, где могла позволить себе ходить чуть ли не голышом, вгоняя не только меня, но и Энакина в краску. М-да-с-с…

(Рина Ордо)

Сама Рина оказалась язвительной, дерзкой, местами очень грубой, а зачастую и просто стервозной девицей. Вместе с тем она была очень образованной, умной, храброй, сексуальной, но, самое главное, она была высококлассным профессионалом своего дела. Воином.

К вопросу «обучить двух детей воинскому делу» она подошла с умом. Вначале Рина заставила нас развивать более полезные в данный момент ловкость и выносливость, а уже после стала передавать практические навыки рукопашного боя. Естественно, всё это проходило через обидные шуточки, подколки и сравнения, а также через боль, ушибы, растяжения и синяки на наших смазливых лицах. За семь месяцев её уроков, мы с братом существенно вытянулись в росте и даже, о чудо, стали обрастать какой-никакой, а мыщцой. Но, Сила, как же это было трудно. И это только база!