Злой Слон – Небесный странник (страница 22)

Ещё не понимая, что же только что произошло, на непонятном мне уровне я ощущал, что в тот момент случилось что-то настолько значимое и грандиозное, что мне стоило огромных усилий скрыть этот факт, а заодно и чувства волнения, переживания и страха от Энакина.

Хорошо, что я просто не обделался в процессе! Убить Крайт-дракона — было просто «Вау», но это… Это… Это было для меня не менее крутым событием! Я это чувствовал всем сердцем. Во всём нужно видеть положительные моменты! Не так ли?

К слову, о них, о моментах.

«Что-то это всё мне напоминает», — начал вспоминать я про себя. «Кубик этот. Где-то я видел уже похожий, и он там был», — от осознания, в каком фильме я видел похожий кубик и к чему он там привёл главных дебилов, табун мурашек прошёлся по всему позвоночнику. «Не-не-не! Чур меня! Ещё не хватало встретить главного фетишиста сенобита!». Того, который на подушечку для иголок похож! Только там гвозди были. Так и вижу его мрачную рожу, орущую посреди ночи мне в ухо:

— Боль⁈ Да что ты знаешь о боли, опездол⁈ У боли есть лицо, юный имбецил! Разреши представиться, Я… ЕСТЬ… БОЛЬ! А теперь, идём со мной, и я покажу тебе её истинное величие! Покажу тебе внеземные страдания, разбавленные райским наслаждением! Но сначала… Скажи же мне, молилась ли ты на ночь Бездимона⁈

(Сенобит)

А что я ему в ответ, сказать-то должен? Пропищать:

— Где ваши доказательства? А⁈ Нет кубика, нет и претензий!

Или:

— Вы вообще-то вселенной ошиблись, товарищи! Ищите в другой галактике! Тут вам не там! Это там вам «здравствуйте, я вежливый лось», а здесь вам «или Сила, или бластер в рыло»!

А может, стоит сенобиту просто намекнуть на техническую неисправность типа: в кубике-головоломке сели батарейки? Да, точно! Мой кубик, походу, явно был с «Алика» и сломался. Контрафактный, видимо, хрупкий.

(Кубик-артефакт)

Впрочем, не удивительно, что он так быстро рассыпался — в руках у бывшего русского побывал, как-никак. А у нас, как известно, всё или ломается, или крайне технично теряется. Ну как в том анекдоте про инопланетян и троих пленных с титановыми шариками. Впрочем, не всегда! Да! Бывали случаи и обратного! Русский народ всегда умел удивлять.

И какие только в голову странные мысли не лезут, когда в твоей жизни происходит очередная неведомая хрень! Но тут уже явно был мой косяк. Нехер голыми ручками трогать чего попало, иначе резко можно козлёночком стать! Интересно, когда рожки у меня расти начнут?

— Ау-у-у⁈ Дани⁈ Ты долго ещё тут залипать собираешься? — ворчливо спросил у меня брат, тыкая фонариком чуть ли в нос. За это время он успел собрать всё самое ценное из сейфа и даже обследовать оставшиеся уголки каюты капитана. — У нас там туша на жаре скоро портиться начнёт, — две светлые, чуть обессвеченные под солнцами Татуина солнцами брови на его лице сошлись на переносице. — Жалко, аж жуть. Пропадёт ведь. Столько хорошего мяса…

— А ты я погляжу у нас гурман, Эни, — не удержался и фыркнул на это заявление. — Так и тянет на свежатинку? Колись уже, придумал куда мясцо пристроить?

— Дык, — шмыгнул и утёр нос будущая заноза в заднице галактики, с хитринкой поглядывая на всё ещё задумчивого меня. — Помнится, ты предлагал расширить наше меню в кантине? Блюдо ещё такое странное придумал, замудрёное. Шаверма… Шау́рма… Шаварма… — нахмурившись пуще прежнего, Энакин попробовал вспомнить незнакомое слово. — Пофиг. Прикинь, сколько её наделать можно с туши ящура?

— И ты предлагаешь мутить шавуху из Крайт-дракона⁈ — его предложение начисто выбило все переживания и тревожные мысли из моей головы. — Энакин Скайуокер! Где твоя совесть⁈ Галакты нас не поймут!

— Ну-у-у, — замялся он в ответ и выдал, — да. Почему нет? Ты же сам говорил, что в это блюдо добавляют любое мясо и оно всё равно жуть какое вкусное получается! — уверенно продолжил склонять меня на тёмную сторону брат. — А совесть? — этот актёр погорелого театра картинно обернулся и даже порылся в карманах. — Ну, она у меня есть. Точнее была. Я в этом точно уверен! И у тебя, — тут эта белобрысая язва замолкла, пристально на меня посмотрела и с сомнением протянула. — Хотя-а-а, у тебя она абсолютно чистая, ты ей всё равно не пользуешься.

— Нет на тебя Гринписи, — возмутился на эту инсинуацию я. — Изверг! Не любишь ты животных, Эни, и это плохо.

— Почему это⁈ — настала очередь возмущаться моего брата. И делала он это от всей души. — Люблю! Очень люблю! Особенно кушать я их люблю. Шашлычок там… Люляшу…

— Люляшу? — загыгыкал я, стараясь сдержать смех. — Люляшу-лоляшу… Ну ты и сказанул! Кота́ тебе завести, что ли? Запомни уже наконец, живность не вся в еду употребляется! Вомп-крыс ты ведь не ешь.

— Фу, блин. Скажешь тоже. Вомп-крысы — мерзкие, — скривил лицо он в ответ в истинном отвращении к названным представителям фауны нашей прекрасной планеты. Но тут же его зажглись искренним интересом. — А что за «кота»? Как катары?

— Нет, — покачал головой. — Катары разумны, а эти больше на тука, лот-котов или на фелинксов похожи. Такие же маленькие, пушистые твари, которые, ни хрена не делая, умеют нехило управлять разумом хуманов. Безобидные, но крайне кавайные монстрики.

(Лот-кот)

— Управлять разумом? Как джедаи, что ли? — вот всегда умилялся с его мимики. Так округлить и широко открыть глаза не каждый персонаж аниме смог бы.

— Круче! — фыркнул с пренебрежением к этому заявлению и махнул рукой. — Им поклоняются и почитают не хуже богов!

— Сила, — ошарашено пробормотал своё новое любимое ругательство Энакин. — Бр-р-р, как страшно жить! Нафиг твоих «кота», Дани! Пусть другим мозги делают, — походу он представил себе немного не то, но переубеждать его я не собирался. Он выдохнул и посмотрел на меня. — Тут уже делать нечего, всё ценное я собрал. Давай сгоняем на мостик, проверим, есть там чего интересного или нет, а потом уже мясцом монстры займёмся! Пошевеливайся. Чего вялый-то такой? Туша сама себя не разделает!

Вот тебе и лишнее подтверждение того факта, что дети в ДДГ ментально взрослеют куда быстрее, чем на Земле. Но, помимо этого, они тут куда как жёстче, прагматичнее и грамотнее, чем на моей бывшей родной планете.

— Эх-х-х, — напоказ тяжело вздохнул. — И откуда в тебе такая кровожадность? Вроде вместе росли, с одной кастрюли питались, одних и тех же галактов дубасили. Эни, ты уж чересчур кровожадный и беспощадный! Прям, как Бармалей! Добрее надо быть к миру, брат. Добрее. Иначе вместо джедая мы получим злобного ситха!

— Не-не-не! — тут же замахал на меня руками Энакин. — Сам ты Бармалей, Дани! Я будущий джедай! Не ситх! И вообще, всё зло от тебя, брат! Как ты там говорил: с кем поведёшься, так тебе и надо? Вот-вот, — покивал он сам себе. — Мудрые слова.

Хмыкнув, решил не отвечать. В душе я был крайне благодарен этому непоседе, что смог меня отвлечь от крайне тревожных мыслишек. Пробираясь по разрушенному коридору в носовую часть корабля, мы с ним заочно принялись детально оценивать тушу убитого дракона и заодно подсчитывать пеггаты с продажи всех найденных на разбитом судне «ништяков».

— М-дя-а, — протянул я, смотря на выломанные гермодвери, ведущие к мостику корабля, и здоровенную кучу песка за ними. — Тут нам точно пока делать нечего. Посадка явно была жесткой, зачерпнул носом он песочка знатно.

— Ну, — брат почесал свою светлую «тыковку». — Оно и немудрено. Мостик на Гозанти расположен по классике, впереди фюзеляжа. Скорее всего, от деформации корпуса выбило все бронестёкла и песок попал сюда. Жаль, — расстроенно заключил он. — Столько аппаратуры…

— С другой стороны, песок неплохо консервирует технику на Татуине, — решил помочь ему увидеть в этом «светлую» сторону. — Правда, откапывать придётся долго. Э-х-х, — в который уже раз тяжело вздохнул от открывшихся перспектив, которые и озвучил. — Как бы я не хотел, чтобы мы сами с этим справились, но без помощи мамы и Муха ничего у нас не получится. Слишком уж много работы тут предстоит.

— Да-а-а, — запрокинув голову назад, Энакин окинул взглядом верх коридора. — Ты прав. Ладно, пошли разделывать дракона!

— Вот же, — недовольно цыкнул под короткий смешок брата. — Пошли, изверг!

— И это говоришь мне ты⁈ — тут же возмутился тот, перестав потешаться надо мной. — А кто ему жопу подорвал этими… — он даже пальцами защёлкал, пытаясь вспомнить. — Как ты их там называл, а? «Анальными» шариками?

— В который раз попрошу тебя мистер, давай без инсинуаций! — гордо вскинул голову и выпрямив спину, отвернулся с видом независимым и непричастным. — Это ты их спроектировал и собрал, — решил всё же напомнить. — Я же только инструмент ситуации, не более.

— Какой-то бракованный инструмент у ситуации с драконом получился, — выдал он мне в ответ и тут же рванул к выходу.

— Чё сказал⁈ — на секунду замер от такой предъявы, а затем понался за ним. — А ну, повтори!

— Ничего! Совершенно ничего! Анальный террорист. Бу-га-га! — ржал Энакин, только прибавляя скорости.

— Вот я тебе! — грозно тряс кулаком в воздухе, стараясь его догнать. — Стой, гад! Стой, кому говорят!

Весёлые догонялки по разрушенному кораблю вновь вывели нас под лучи палящих солнц. Мне сразу же показалось, что жара там стояла такая, что у любого другого разумного начисто бы выбило желание работать, но у нас были другие проблемы.