Злой Слон – Небесный странник (страница 19)
В проёме двери застыла мама, что также была привлечена звуками песни.
Слова были необычными для этого языка. Да и построение куплетов отличалось от привычных для слуха, привыкших к попсовой музыке голонета, мамы и брата. К слову, о ней. Музыка ДДГ была очень богатой на различные жанры, но «всеобщий» накладывал очень сильные ограничения на красоту текстов для большинства языков различных рас. На Татуине, я, по мере сил, вносил частичку рока в эту дыру:
Детским голоском мне было тяжело передать завораживающий баритон исполнителя, но я старался. Когда последний аккорд покинул гитару, Энакин, спустя пару секунд, завопил:
— Я не злобный гений!
— Уверен? — с хитрой улыбкой посмотрел на его возмущённую мордашку.
— Да!
— Тогда поменяю слова на «танец доброго гения», — легко согласился на небольшую редакцию текста.
— Хм-м-м, — задумался братец. — «Злобный» звучит лучше.
— Это всего лишь песня, Эни, — покачал я головой. — Всего лишь песня.
— А почему ты загрустил? У нас же пока всё получается, — недоумённо спросил он.
— Да так, — чуть мотнул головой. — Потом расскажу.
После плотного ужина, мы до поздней ночи провозились в мастерской, поэтому на утро вид имели крайне своеобразный. Энакин своим взглядом и вовсе пугал меня, ведь тот был похож на незабвенного Эмметта Брауна из «Назад в Будущее».
— Пора, бро! — его глаза все время метались по пространству нашего дома.
— Всё готово, — решил его чуть успокоить. — Осталось дождаться момента пока мама уйдёт, и операция «Жопа дракона» выйдет на финишную прямую!
— Агась, — к взгляду братца прибавилась совершенно безумная и предвкушающая улыбка.
«Балутар», с прицепленными к его бокам грузовыми отсеками и купленной у джав гравиплатформой, что болталась позади, бодро пожирал расстояние до цели. В задней части байка мы с братом установили дополнительную конструкцию, что, помимо кронштейна, позволявшего закрепить датапад управления дронами, была дополнена держателем М-45, установленным так же сзади в стиле незабвенных тачанок батьки Махно, хоть надпись «Хрен догонишь!» рисуй.
— Эни, братец, а ты уверен в своих игрушках? А то теория — оно, конечно, прекрасно, но натурные испытания крайне необходимы! В общем, предлагаю проверить твои анальные шарики на тускенах! — выдвинул рациональное предложение.
— Мои, что, прости? — немного ошарашено переспросил он.
— Ну, дроны с гранатами, — пояснил ему.
— Нет, — мотнул он головой. — Как ты их там назвал?
— Неважно, — отмахнулся. — Годика через два-три сам посмотришь в галанете. Но только в режиме инкогнито, чтобы мама не спалила.
— Хм-м-м, — задумчиво протянул Энакин. — А ты там часто зависаешь?
— Ну-у-у, — начал увиливать от прямого ответа. С его чувствительностью к Силе просто так ему хрен соврёшь, да и не хотел я этого. — Когда как. Изучаю… Хм-м-м. Забудь, что я тебе сейчас сказал!
— Поздно, братец, — коварно донеслось от него в ответ.
Испытания нашим новым «вундервафлям» прошли весьма интересно. Сферической формы дроны были покрашены в разные цвета. Плазменные — красные, осколочно-фугасные — жёлтые, светошумовые — синие (единственные, которые могли открываться на манер яиц «Киндер-Сюрприз»), ну и с газовыми гранатами — зелёненькие.
Сами дроны летали кластерами по пять штук, во главе которых был управляющий дрон, с камерами и системой привязки к себе остальных «летающих анальных карателей». Хотя, для наказания хуманов размерчик явно был великоват. Ведь устройства получились весьма объёмными — двадцать пять сантиметров в диаметре. В нижней части дрона был репульсор, а внутри гироскоп и примитивная система позиционирования, ну и граната.
(главный дрон в кластере)
Четыре дрона следовали за главным, повторяя его траектории движения. Тот управлялся с датапада по заданным алгоритмам или же вручную. «Вундервафля» была ещё сырой разработкой, летала недалеко и недолго, но Энакин обещал в будущем решить эти вопросы. И я точно знал, что этот техно-маньяк точно их доработает.
Короче, испытание плазменной гранаты показало — «Много!». Группа тускенов, паливших по нам с верхушки скалы, испарилась вместе с верхушкой. А вот осколочно-фугасные оказались в самый раз, тушки рейдеров живописно украсили подножие скалы, только украшение продержалось недолго — пришедший на шум мелкий дракончик быстро нашёл им применение. Заодно выяснилось, что драконы вполне себе страдают медвежьей болезнью, а светошумовая граната — прекрасный способ получить сведения о содержимом кишечника крайт-дракона… мда…
Многие бы сейчас сказали, что это, мол, жестоко, да и не детям этим заниматься. Вот только все они будут неправы. Татуин обучал любого ребёнка буквально с первого вдоха: «Эта планета не для слабаков». Бандиты, проститутки, воры, убийцы и остальные маргинальные личности. Всё это разбавлялось агрессивной фауной, жестким климатом и беззаконием.
Любой ребёнок тут крайне быстро взрослел и приобретал те ориентиры, которые помогали выжить в этой галактике. Ну, или быстро погибал. Дураков эти пески не любили. Жестоко? Несомненно, да. Но таковы были реалии этого мира.
Убийство мерзких рейдеров легло на меня. Ведь я не колебался. А вот Энакин… Ему было неприятно это. Просто неприятно. Не было тех ломающих душу мук, когда погибал кто-то разумный рядом с чувствительным к Силе одарённым. Однако и понимание простой истины, что если тебя хотят убить и более того предпринимают попытки это сотворить, то не стоит испытывать чувства сострадания к врагам, присутствовало в нас.
Энакин не был той флегмой с шилом в жопе, что был показан Лукасом в фильме. Уже сейчас это был совсем другой ребёнок. Шило было, это я признаю, но помимо этого братец был начитан, образован, более развит и умел думать своей головой. Да пока как ребёнок, но ребёнок далеко не простой. Думаю «Палпи» сильно удивится, встретившись с ним в будущем. То, что это рано или поздно произойдёт — я не сомневался.
Очередной сумасшедший заезд по каньону среди нападающих мелких крайтов, на которых удалось протестировать М-45, был весьма захватывающим для меня. На тяжелый бластер пришлось подбирать универсальные картриджи под боеприпасы. Их мы раздобыли уже утром в лавке Уотто, где взяли и его «Ружбайку». Выстрелов они давали мало, всего шестнадцать в одной обойме. Но вот результат… Крайтов, разносило с одного попадания. Шкура мелких представителей не могла блокировать весь урон от попадания из тяжелого бластера, и посему результат был очень нелицеприятным.
— Веди ровнее, — попенял Энакину. — Я мазать начинаю, когда ты рулём дрыгаешь!
— Можешь сам за руль сесть, — огрызнулся он в ответ. — Я, между прочим, тоже популять из этой штуки хотел!
— На обратном пути я за рулём, а ты за М-45, — тут же предложил компромисс. — Идёт?
— Идёт.
Место падения многообещающего корабля встретило нас пустотой и тишиной. Мерзкая драконья морда закопалась в песок и совершенно не желала предъявлять себя восторженной публике, то есть нам.
Арена была в следах от прошлых игр в салки с драконом. Тут и там были видны взрытые траншеи на песке от массивной туши твари. Мы притаились рядом со входом, ведь лезть туда, пока мы не завалим дракошу, было бы нерациональным.
— Ну что там? — спросил брат, пытаясь обнаружить дракона раньше, вооруженного электронным биноклем, меня.
— Тишина, — подражая великому советскому актёру с косоглазием, ответил я. — И только мёртвые с косами стоят.
— Чего? Какие мёртвые? Что за косы? — не понял отсылки Энакин.
— Не бери в голову, бро, — отмахнулся от его вопросов. — В общем, есть два варианта, Эни. Первый — это бахнуть светошумовыми, а второй — подождать. И мой здравый смысл голосует за второй.
— Твой что? — брательник покосился на меня с сомнением. — Твои тараканы всё-таки сумели о чём-то договориться?
— Обидны слова твои, брат, — перенял я манеру общения одного зелёного чебуратора и великого магистра в одном лице. — Короче — ждём.