Злата Тур – Убежать от тирана (страница 23)

Привычка ходить бесшумно, как ниндзя, принесла неожиданный результат. Не слыша моего приближения, Милка что-то озабоченно строчила в телефоне.

Алкоголь располагал к расслабленности, но тем не менее, этот факт меня как-то поднапряг.

Как обычно, мозг еще не успел подумать, а язык уже опередил. Я не подозревал ее в каком-то злом умысле, просто получилось как у чукчей «Что вижу, о том пою».

- Милка, ты же мне говорила, что одна – одинешенька и не к кому обратиться с проблемой. А кому это ты сейчас поэму строчишь?

От неожиданности она вздрогнула и инстинктивно убрала за спину телефон, будто опасаясь, что я могу потребовать его отдать. Мне даже не по себе стало – неужели она обо мне такого мнения плохого?

- Пока выбирала белье, которым хотела тебя сразить, я и забыла про консультации перед экзаменом. Теперь с девчонками списалась, чтоб не пропустить.

- Студентка ты моя, - по привычке я погладил ее по волосам и, поймав себя на мысли о неуместности такого обращения, чуть не отдернул руку.

Достав альбом с полки, я вернулся на кухню и попытался в мыслях вернуться в то время. И, несмотря на то, что Японию вспомнил из-за Лады, а значит душевный релакс был бы обеспечен, я сидел в полном раздрае. Конечно, порвавшийся презерватив позитива не добавлял, но меня грызла еще какая-то мелочь.

Глава 18 

Свободной минутки у меня не было ни в детстве, ни в юности. Расписано было все: что читать, что смотреть, но я все-таки умудрялась кое-что из запрещенного почитать. Детективы, фантастику.

И сейчас в голове вызревал самый настоящий план захвата чужой собственности. Причем с реальным риском получить по голове, а то и еще чего хуже. Но если не рискнуть, то все будет гораздо плачевней, в этом я не сомневалась.

Вспомнив, как поступали герои, когда нужно было что-то изъять незаконным путем, я затаилась, как кошка в засаде, выжидая удобного момента.

Моя первая цель – добыть слепок ключа от стола. Затем задача усложнялась – нужно найти мастера, который, не задавая лишних вопросов, сделал бы дубликат. И третья – непосредственно достать дневник и перефотографировать все записи.

Все ключи Омара висели на одном кольце, и если он был дома, то лежали они в кабинете на столе. Значит, нужно было выбрать момент, когда он или в бассейне плавал, или когда к нему кто-то приходил, как в прошлый раз, когда я увидела дневник.

Пластилин я позаимствовала из Анюткиного набора - когда-то мы с ней с упоением лепили зверюшек. Опасаясь, что Омар заметит мои топорщащиеся карманы, я взяла небольшой брусочек, надеясь, что не придется делать слепки всех ключей. Нужный мне был небольшого размера, к обычному мебельному замку.

Сначала я, как только Омар уехал по делам, замерила замочную скважину линейкой, ведь времени, чтобы потом перепробовать все ключи, у меня не будет.

Три дня он почти не бывал дома, а когда появлялся, демонстративно меня игнорировал. Но радоваться я не могла, потому что прекрасно знала, чем он дышит. И сейчас, я уверена, он продумывал карательные меры, поэтому, как только появилась возможность, я метнулась в кабинет и выполнила первую часть плана. Правда, пришлось сделать слепки трех ключей, чтобы наверняка. Меня трясло, как в лихорадке, я чувствовала, как холодный пот струился по позвоночнику, но через полминуты я уже влетела в туалет – единственное место, где он не мог меня потревожить.

Мне нужно было прийти в себя, потом выпить успокоительное, которого у меня было в избытке. Иначе виноватым взглядом я могла выдать себя. А вызвать подозрение у Омара – это все равно, что попасть в гестапо.

По интернету я нашла мастера, который позиционировал себя как человека, которому под силу заказы любой сложности. Практически ювелир в своем деле.

Еще день ушел на изготовление ключей.

Сказать, что я боялась, значит - ничего не сказать. Мои детективные и авантюрные способности исчерпались на идее дневника. Но стоит меня прижать к стенке, как я выдам все пароли и явки. Я совершенно не умею врать, и «шапка на вору горит» - это обо мне.

Меня трясет от мысли, что стоит положить изготовленные ключи даже куда – нибудь в свое белье, то Омар захочет и туда полезть.

Он, как свинья трюфели, находил улики чуть ли не под землей. Однажды Анютка разбила дорогую вазу, и я, зная, что этой вазы он не хватится, если не увидит осколкой, сама решила вынести черепки в мусорный контейнер. Так под предлогом посмотреть, не слишком ли истрепалась моя сумка, он перехватил меня по дороге и вытряс правду. Получили мы обе.

Анютка – изоляцию, я синяки.

Но, очевидно, Вселенная уже сжалилась надо мной, и я, наконец, заполучила доступ к «секретным материалам» мужа.

Боясь, что Омар может вернуться за чем-то и застать меня на месте преступления, я находилась в полуобморочном состоянии. Сердце очумелым зайцем билось о грудную клетку, а руки тряслись, как у запойного алкоголика.

Я надеялась, что качество фотографий будет нормальным, потому что у меня самой перед глазами все расплывалось от волнения. Я щелкала страницу за страницей, а в мозг уже сверлом вбуравливался следующий страх – куда отправить фотографии, чтобы избежать малейшего риска. Вдруг Омар захочет проверить телефон – ведь он уже приревновал, и на этой волне вполне себе может устроить тотальный контроль. Как вариант, я должна их быстренько прочитать и удалить. О том, чтобы переслать Данилу, не может быть и речи. Вдруг там еще похлеще есть скелеты? А он в порыве гнева может необдуманно натворить беды.

С Омаром нужно действовать наверняка.

И еще я опасалась, что Лидия могла за мной шпионить, поэтому надеяться, что мне удастся спрятать концы в воду, нельзя было.

Положив компромат на место, я закрыла стол и пулей вылетела из кабинета, заставляя себя на ходу соображать, что делать дальше.

Дальше… снять с себя подозрения. Я ничего не делала предосудительного в кабинете. Я просто зашла … э-э-э. Мне показалось, что что-то упало или окно стукнуло. Прокрутив несколько вариантов, я немного успокоилась.

Пройдя на кухню, сделала себе какао, попросила Лидию к ужину приготовить острый салат из тыквы. А поскольку у нас тыквы дома точно нет, то пусть сбегает в магазин здорового питания, а меня оставит в одиночестве.

Не обращая внимания на недовольное кудахтанье поварихи, я невозмутимо уселась на свое любимое место, делая вид, что растягиваю удовольствие и поэтому любуюсь чашкой, поворачивая ее и так, и эдак, отпиваю маленькими глоточками, наслаждаясь насыщенным вкусом. И только лишь когда хлопнула входная дверь, я залпом проглотила бодрящий эликсир для мозга. Кто ж не знает, что какао для мозгов полезно?!

Убедив себя, что так оно и есть, я начала перебирать в голове варианты, кому бы можно было послать тайны Омара. К сожалению, я не обзавелась личным нотариусом, которому уместно прислать письмо с пометкой «Вскрыть в случае моей кончины ». Не было подруг, друзей, родственников.

Но ведь у меня есть я сама! От гениальной в своей простоте идеи я чуть не подпрыгнула на радостях. Бегом помчалась в свою комнату, открыла комп, создала новый почтовый ящик, на секунду зависнув на пароле. «Дуя на воду» я уже представляла, как лучшие хакеры, нанятые мужем, с красными от бессонницы глазами пытаются взломать этот ящик, но ничего не получается, потому что есть вещи, которые не знает никто. Ну конечно, это дата нашего свидания с Данилом и еще буквы. Какие? Я переплела наши имена DlAaNdIal так тесно, как хотелось бы переплести наши тела.

Перекинув фотки с телефона, я тут же подчистила следы преступления и немного выдохнула. Теперь я могу спокойно поехать в торговый центр и за чашечкой кофе спокойно все прочитать, не опасаясь быть пойманной.

Отправив мужу смс-ку «Я в «Вегасе» (всегда сообщала, где я буду находиться), вызвала такси. И почему я до сих пор не получила права? Когда – то заикнулась о желании научиться водить машину, но Омар резко оборвал тему, так что мне не хотелось больше и заикаться об этом. Наверно, водительские права – это своего рода один из сертификатов женской независимости. Как например, свое дело, свой собственный бизнес. Путь даже какой-нибудь на первый взгляд несерьезный. Типа интернетного «Эйвона». Об этом я тоже заговаривала, но получала жесткий отказ.

Как ни запрещала я себе думать о свободе, но такие мысли с упорством тараканов все равно вылезали на свет.

Правда, только до того момента, как я села за столик в кафе и заказала кофе с десертом. Волшебный запах щекотал ноздри. Любимый тирамису ублажал взгляд, даря иллюзию свободы и довольства жизнью.

Однако, открыв записи, ради которых я сюда и приехала, я забыла обо всем – открывшаяся правда окончательно ввергла меня в панику.

Мой муж не просто садист, он убийца!

«Какое волшебное чувство – чувство власти. Когда ты держишь чужую жизнь в руках. Наслаждаешься этим и с любопытством рассматриваешь лицо друга, осознавая, что только ты решаешь, когда наступит его последняя минута.

Когда я узнал тайну Беркутова, зависть, пожиравшая меня много лет, сытой удовлетворенной змеей отползла в сторону.

С любопытством энтомолога я наблюдал за семейным счастьем друга. Мне уже не приходилось сдерживать желчные высказывания, которые раньше каждую минуту готовы были сорваться с языка. Сейчас я откровенно кайфовал. Я всесилен. Теперь я понимаю, почему в паре Шерлок Холмс – Мориарти я всегда восхищался Мориарти. Потому что он реально владел миром и мог сделать все, что угодно. Холмс же только способен на то, чтобы догнать мысль гения.