Злата Реут – Дорожные приключения трёх подруг (страница 4)

– Ты права, я вижу Джека возле часов, протягивающего руку Роуз, – сказала Нина и романтично улыбнулась уголками рта.

– Мальвина Хелен Корнелл, Натан Голдсмит, пройдемте на палубу в этот прекрасный морозный апрельский вечер, – сказала театрально Элизабет, взяв девушек под руку с важным видом.

– Непременно, мистер Уильям Эрнест Картер, – с важным тоном ответили девушки, проходя мимо лестницы. Компания оказалась на воссозданной палубе «Титаника». Тускло светящие лампочки, отражали свет от начищенного деревянного пола. Холод был как в роковую ночь одна тысяча девятьсот двенадцатого года. Искусственный огни холодного свечения за бортом, реалистично имитировали звездное небо.

– А вот и убийца, – сказала Нина, подходя к большому голубому айсбергу, от которого веяло холодом, трагедией и смертью, – всё, я насмотрелась, подожду вас у выхода. Вчера нас чуть не убили преступники, сегодня мы гибнем на Титанике, шикарно развлекаемся! – эмоционально сказала Нина и пошла в сторону выхода.

– Ну что в каюты? – предложила Гвен глядя на Элизабет.

Спустя пятнадцать минут девушки встретились у выхода и приступили к сканированию билетов, для выяснения, кто выжил, а кто погиб.

– Уильям Эрнест Картер, выжил! – весело сказала Элизабет, глядя на экран монитора.

– Мальвина Хелен Корнелл, я тоже спаслась! – радостно сказала Нина, с облегчением выдохнув, будто сбросив с себя груз эмоций этой экскурсии.

– Натан Голдсмит, увы и ах, я погиб! – сказала Гвен, сканируя свой билет.

– Сочувствую, – сказала Нина, со скорбью в глазах глядя на Гвен.

– Все там будем, – философски заметила Гвен и девушки покинули выставку.

– Сходим поесть, а как повечереет в музей неона? – предложила Элизабет, не зная, как назвать этот приём пищи, так как для обеда было поздно, а для ужина рано.

Зайдя в ближайший стейк хаус, девушки заказали еду.

– Мне не хватало этого, – сказала Элизабет, с аппетитом кусая бургер и не давая расплавленному сыру убежать, собирая его пальцем.

– Да, вкусно, – ответила Нина, внимательно глядя в экран своего телефона.

– Кто пишет? – спросила Гвен, пытаясь заглянуть в телефон к Нине.

– Чейз, извиняется за произошедшее. Говорит, что будет завтра в Вегасе, и предлагает мне встретиться с ним за завтраком, – озадаченно сказала Нина, отвлекаясь от телефона.

– Ты согласилась? – спросила Элизабет, рассуждая о том, насколько Нина преданна своему слову.

– Почему бы и нет, – ответила Нина, сильно желая этой встречи, но смущённая тем что произошло.

– Сотрясение уже вылечила? – язвительно спросила Элизабет, вспоминая слова Нины, сказанные напоследок Чейзу. Элизабет не одобряла, что Нина хочет оставить подруг одних в их совместной поездке, когда на горизонте появился мужчина.

– Да, я выжила на Титанике, что мне какое-то там сотрясение, – отшутилась Нина, понимая, к чему клонит Элизабет.

– Напитки возьмём с собой? – спросил Гвен с набитым ртом, кивая на кассу заведения и резко перестав жевать, глядя на странную мимику на лице Элизабет, которая пыталась о чем-то сказать подругам.

– Что? – спросили девушки Элизабет, которая взяла свой телефон и написала сообщение, показав девушкам: «за столиком сзади нас сидит моя школьная учительница, и мужчина рядом с ней, не похож на её мужа». Гвен стирая сообщение Элизабет, написала: «это Вегас, что было тут, останется тут, но мы можем выйти незамеченными, если ты хочешь избежать неловкостей с ней». Элизабет встала спиной и направилась к выходу, девушки пошли следом, загораживая её. Выйдя на улицу, Элизабет рассмеялась данной ситуации, она не могла поверить, что может стать свидетелем учительского адюльтера, тем более отъехав так далеко от дома.

– Неловко, – сказала Нина, и поджала губы. Пройдясь немного по улицам девушки направились в Музей неона.

– Ночь, пустыня, неон, – мы будто в фильме «от заката до рассвета», костра не хватает, – весело сказала Гвен, заходя в музей под открытым небом. Вокруг было множество неоновых ретро вывесок, разных цветов, изображений и надписей. Все они были рабочими и служили отличными декорации для прогулки среди тысяч зажжённых лампочек.

– Главное, чтобы без вампиров, – сказала Нина и надела солнечные очки из-за слепящих в ночи огней.

– Мой перфекционист пищит от ужаса, – сказала Элизабет, глядя на множество уникальных олдскульных вывесок расставленных друг на друга, – я бы навела тут порядок, расставив каждый экспонат отдельно друг от друга, вытерла бы пыль, натерла лампочки, а так словно я на барахолке, – продолжила девушка, думая о том, что это преступление, так хранить экспонаты.

– Небрежный стиль, мне тут нравится, но я бы тоже расширила пространство, составит вывески иначе, чтобы каждую можно было хорошо разглядеть, а так самые яркие и большие затмевают те, что поменьше, хотя у каждого объекта есть своя интересная история, – сказала Гвен, глядя на вывеску в виде большого жёлтого утенка.

– Я думаю, в этом и суть, показать, как всё старое уходит на свалку истории, а ты гуляешь по кладбищу прошлого. Расставив всё как экспонаты в музее, место потеряет свой шарм, – сказала Нина, понимая концепцию этого места по-своему. Девушка остановилась возле вывески «Леди удача» под которой было изображено сердечко с причудливыми вензелями. В эту минуту на скамейку, прямо под сердечко, села парочка и начала целоваться, Нина отвернулась, чтобы не смущать влюблённых. Элизабет же пристально смотрела на парочку, боясь пошевелиться.

– Элизабет? Что ты тут делаешь? – неловко спросила женщина, что целовалась на лавочке, отвлекаясь от партнёра. В незнакомке девушки узнали учительницу Элизабет с любовником из стейк хауса.

– Гуляю, – коротко и гранича с хамством ответила Элизабет пожав плечами. Девушке не понравился тон учителя, она уже была не ученицей и власти ни у кого над ней больше не было. Элизабет была разочарована в учительнице. Та, кто учил её добру, искренности, вежливости и справедливости, изменяет мужу под старой неоновой вывеской Вегаса, даже не поздоровавшись для приличия, будто бы их застукали в спальне, а не общественном месте.

– Приятного вечера, – улыбнувшись сказала Гвен влюблённым и девушки прошли мимо под опешивший вид парочки. Нина и Гвен никого уже не идеализировали, зная, что мир более лицемерен, чем кажется.

– Я хочу выпить, идёмте в бар при каком-нибудь казино поближе к нашему отелю? – спросила Нина, желая наконец-то погрузиться в пучину знаменитой жизни города с напитками, казино и сожалением о принятых решениях.

Зайдя в холл казино, девушки были потрясены величием этого места. Полы были выстелены красными коврами с изобилием причудливых узоров. На потолке было несколько золотых люстр и всё помещение пестрило электроникой в виде игровых автоматов. В казино было множество залов, для игры в покер, блэк-джек, рулетку, зал с огромными экранами, где люди делали ставки на спорт. Это была империя по выкачиванию денег у людей.

– Явно такое место существует не потому что тут постоянно выигрывают, – скептически сказала Нина, осматривая толпы, которые казалось не сочетаются с интерьером. Нина понимала, что построить такое можно лишь на неиссякаемый поток денег, стекающийся в это место со всего мира.

– Говори, что хочешь, а я, ощущаю себя тут практически Вирджинией Хилл, – иронично сказала Гвен, расправив плечи и подняв подбородок, деловито направилась к игровому автомату.

– В какой именно её ипостаси? Любовница всех гангстеров Капоне или главный курьер мафии? – спросила Элизабет, желая поддеть пафос Гвен.

– В той, в честь которой назвали отель! – ответила Гвен, запуская автомат и ожидая выигрыш.

– Если ты о «Фламинго», то это миф, назван он был не в честь её прозвища, – сказала Элизабет, говоря о старой городской байке, в которой мафиози Багси Сигель назван отель в честь прозвища любовницы, полученного из-за её длинных ног.

– А что есть этот город, если не один сплошной миф и сказка? – сказала Гвен, доставая выигрыш в пять сотен долларов и сложив их веером обмахнула себе лицо.

– Пожалуй на этом стоит остановиться, – предложила Нина, рассмеявшись от неожиданного успеха, – умерла на Титанике, но воспрянула Фениксом в городе грехов! – продолжила девушка, не сдерживая удивления.

Девушки направились в сторону бара. Оказавшись в роскошном зале со множеством столиков, роялем на небольшой сцена и леопардовой обивки кресел, подруги поспешили к барной стойке.

– Дежавю, – сказала Нина, садясь на бархатный барный стул, вспоминая их посиделках в баре «Трещащие доски», которые ничем хорошим не закончились. Заказав по коктейлю девушки приступили к смакованию напитков.

– Не помешаю? – уверенно спросил подошедший мужчина лет сорока, присаживаясь за соседний стул. Мужчина был ухожен и по-деловому одет. У него была короткая стрижка, светлые волосы и зелёные глаза с маленькими вкраплениями коричневых точек. Аромат парфюма незнакомца опережал его, заставляя окружающих ощущать весь шарм мужчины.

– Прошу вас, – вежливо и отстраненно ответила Нина, не слишком рада такому соседству, так как придётся говорить с подругами тише и фильтровать сказанное.

– Много проиграли? – с ухмылкой спросил мужчина, обращаясь к девушкам, и выпивая залпом, заказанный виски безо льда.

– Ничего не проиграли, мы приехали не ведомые азартными настроениями, – ответила Нина, так как сидела ближе к незнакомцу. Девушка откинулась на спинку, улучшив обзор видимости мужчины, чтобы подруги тоже участвовали в диалоге.