Злата Косолапова – Мне её не забыть (страница 2)
– Ты вообще зачем её позвала сюда? – грубо бросаю Алине, начиная ерзать на месте и нервно одёргивать манжеты пиджака.
– Ну, мне очень нужно было договора важные перевести на английский… А Самохина лучшая в переводах.
Алина пожимает плечами и быстром взмахом подзывает официанта.
– И что? – ровно спрашиваю я, но внутри как-то все замирает. – Она уже перевела всё?
– Да, перевела.
– И как?
– На высоте, как всегда. Несмотря на всё, что было…хм, раньше, я с ней связь держу именно из-за этого – она реально очень круто переводит. Но в этот раз она деньги наличкой попросила… – Алина переплетает наманикюренные пальчики и склоняется ко мне: – Я так понимаю, боится, что бывший отследит её… Ты не представляешь, как я хочу узнать, кто он, да вот всё руки не доходят! Но я обязательно займусь этим. Ой, ш-ш-ш, Катя идёт…
Не успев сконтролировать себя, оборачиваюсь.
Она заходит в кафе. Замираю, и непроизвольно втягиваю воздух: ощущаю свежий ветер, аромат корицы и цветов.
Обычная девушка. Серая масса. Даже самая серая из всей массы. Пройдёшь мимо и сразу забудешь.
Разве что сразу замечаешь, что большие серые глаза горят пресловутой эмпатией, но ничего больше интересного в этой мыши нет.
Черты лица ровные, правильные – лицо миловидное, но не более.
Рост не очень высокий, но фигурка – да, стройная.
Бросающихся в глаза изъянов нет, но и никаких внушительных форм, яркости, роковой красоты и прочего тоже нет.
Вообще ни грамма.
Алина жеманно улыбается Кате. Та подходит к нашему столику, кивает и легко устраивается с торца.
Смотрит на Алину, переводит взгляд на меня.
Завораживающий.
Мысленно морщусь и ругаю себя за это слово по отношению к мыши.
– Привет, – тихо роняет она, и понимаю, что голос у неё тоже всё такой же – тихий, ласковый, вкрадчивый.
Она нежно улыбается мне.
Чувствую, как в груди колет огненной иглой, и по нутру тут же разливается тепло и довольство.
Даже гордость. За себя.
Уверен, она сохнет по мне. Улыбка её кажется слишком ласковой, и глаза так искренне блестят…
Хотя у Самохиной они всегда так блестят.
"Да нет, не всегда! – усмехаюсь про себя. – Что себя обесценивать-то?…"
Сто пудов уже вся растаяла, завидев меня спустя столько времени.
Она-то всё такая же, а вот только больше похорошел с выпуска, чего скромничать.
Самодовольно улыбаюсь, но Катя едва ли это замечает, хмуро смотрит в дешёвенький телефон, брякнувший уведомлением, и тут же поворачивается к Алине.
Они быстро переговариваются.
Пытаюсь услышать о чём, но шум собственных мыслей не даёт прислушаться.
Улавливаю только благодарности и замечаю, как Алина передает Кате конверт, затем Алина предлагает взять Самохиной кофе, но та, скромно качнув головой, отказывается.
Пф!
У самой-то небось и копейки лишней нет. Даже на чашку кофе.
Знакомая мелодия заставляет вздрогнуть.
Отвлекаюсь на бестолковый звонок из офиса, который длится буквально пару минут.
Когда снова поворачиваюсь к столику, с удивлением обнаруживаю, что Самохина уже ушла.
– Ну что? Поехали? – звонко спрашивает Алина и томно улыбается. – Нас ждёт классный вечер! Романтика, море шампанского и всякое горяченькое....
Смотрю на неё и раздраженно поджимаю губы. С трудом сдерживаю себя, чтобы не ответить что-то резкое.
Нет, у меня явно нервяк перед свадьбой, и надо начинать себя контролировать, если я не хочу всё испортить.
Опускаю глаза и ловлю взглядом округлости в глубоком вырезе блузки Алины. Тихо выдыхаю и на мгновение прикрываю глаза. Да. Приятный вечер.
Надо и правда настроиться на хорошее времяпрепровождение с очень красивой девушкой – со своей невестой.
Сейчас самое время отдохнуть и освободить голову от всякой ерунды…
Вот только мы ссоримся с Алиной чуть ли не с порога нашей съемной квартиры.
Она продолжает трещать по поводу свадьбы, цветов, платья, костюма, гостей, концепта…
Меня это бесит, и я сейчас вообще не хочу про это не то, что говорить, а даже думать.
Молчу. Я и так сдерживался всю дорогу, но в прихожей, уже сквозь зубы прошу перевести тему, потому что реально надоело уже.
Она злится и раздражается. Укалывает меня, заявляя про мою незаинтересованность и полное безучастие, и тогда всё…
У меня срывает резьбу, и я психую.
Ору так, что стены дрожат.
Вообще я не люблю людей, которые не умеют контролировать свои эмоции и свой голос, и выясняют отношения на повышенных тонах.
Алина разделяет мое мнение.
И у нас таких ссор никогда не было…
Именно поэтому она сейчас смотрит на меня круглыми глазами, а её губы дрожат.
Свечи, розы, бутылка игристого и кружевное бельё остаются за тяжёлой дверью, которой я хлопаю, уходя из квартиры.
Выхожу из подъезда и глубоко вдыхаю, пытаясь успокоиться.
Небо над головой всё быстрее скрывается за наплывающими тучами. Его вид полностью отражает мое настроение.
Сажусь в машину, рывком завожу мотор и уезжаю в соседний двор.
Всё бесит, и мне надо успокоиться.
Через час тревожных мыслей, в тумане которых я плаваю, начинаю сожалеть о том, что вспылил. Так нельзя, в конце концов…
Перед глазами снова возникает образ скромницы Самохиной, которая улыбнулась мне сегодня в знак приветствия, а потом почти сразу исчезла из поля зрения…
Тут же вспоминаю слова Алины про неё: сбежала от абьюзера, снимает комнату, подрабатывает няней…
Хм. Интересно было бы взглянуть на её мужика…
Кто позарился на такое "чудо"?
Наверняка алкаш какой-то.