Злата Косолапова – Король и служанка (страница 12)

Король вдруг развернулся и направился к камину. Остановившись возле него, он задумчиво уставился на огонь. Он думал о том, что сейчас видел. Вспоминал лицо Агаты, счастье и скорбь на её лице, её плавные движения. Её радость, её горе. Её наслаждение музыкой и словами песни.

Лиза, уже давно осознавшая, что Ренери не остановил пение Агаты, рассматривала короля с неподдельным удивлением. В любой другой момент она бы подумала, что Ренери таким образом унизил её и её сестру, дав не умеющей петь служанке закончить её отвратительные завывания, но не сейчас.

Лиза, как и её сестра, видела, как Ренери слушал Агату. Обе воспитанницы леди Осткард сразу заметили несказанное ошеломление на красивом лице короля, которое дало им понять, что что-то в пении служанки его поразило. Лиза не могла ничего подумать кроме того, что Ренери просто ненормальный. Её сестра Анна разделяла мысли сестры, однако же, впервые в своей жизни дослушав песню Агаты до конца, она подумала, что у служанки, пусть она и совсем отвратительно поёт, поистине прекрасно получается сделать песню живой. Интересно, как? Анна добивалась этого очень много времени, но успеха так и не достигла.

– Ваше Величество….

Король Ренери по-прежнему безмолвно взирал на огонь. Всё это удивительно и очень интересно. Теперь он не мог и на секунду допустить мысль, что не будет слышать песен в исполнении этой девчонки. И не будет видеть того, как она поёт… Нет-нет, ему это нужно, потому что он уже очень давно искал такое пение. А значит, именно поэтому он не может отпустить её. Даже если она этого попросит.

– Ваше Величество, – прочистив горло, произнёс бард. – Песня спета…

– Что? – всё ещё глядя в огонь, нахмурился Ренери. – Ах, да…

Юноша развернулся и направился обратно к девушкам. Агата вдруг разом осознала, что она прошла испытание, и удивленно замерла, не веря происходящему.

– Как твоё имя? – спросил Ренери, обращаясь к служанке.

Девушка испуганно посмотрела на короля в ответ.

– Агата, Ваше Величество.

– Агата, – словно пробуя имя на вкус, произнес Ренери.

Он хмурился, казался чересчур задумчивым, даже мрачным. Некоторое время в комнате царило молчание, прерываемое лишь треском горящих в камине поленьев и грохотом тягучих громовых раскатов за окном.

Юноша сложил руки на груди и чуть склонил голову. Он смотрел на Агату, изучая её. Его интерес, казалось бы, носил даже некий научный характер.

– Что ж, Агата, – наконец произнес Ренери. – Ты исполнила песню, и я дослушал её до конца. Это значит, что ты прошла испытание, и теперь ты можешь просить у меня исполнить одно твоё желание. Я исполню его, но с условием.

– Условием? – испуганно переспросила Агата.

– Именно, – подтвердил король. – Я исполню твое желание, только если ты навсегда останешься у меня в плену и будешь петь мне всегда, когда я тебя попрошу об этом.

Глава 4

Всё замерло, стихло, потерялось. Агате показалось, что её маленькое сердечко, которое с такой неистовой силой колотилось в груди, вдруг замолкло и остановилось. Служанка почувствовала, как онемели её тонкие пальцы, и как пересохло во рту.

«Я больше никогда не увижу отца, – подумала она. – Никогда так и не узнаю, что такое свобода. Я буду петь… Но что за жизнь будет ждать меня здесь? Не те ли горести и скорби, что мучили меня под властью леди Осткард?»

– Итак? – поторопил Ренери.

– Разве у меня есть выбор? – выпалила служанка и тут же пожалела – не слишком ли она дерзка? Тем не менее юноша лишь усмехнулся.

– Нет, выбора у тебя нет, – ответил он. Грациозно поведя плечом, он добавил: – Хотя… Это как посмотреть. Ты можешь отказаться от всей этой затеи, и я казню тебя вместе с другими пленницами.

Агата вздрогнула и тут же покачала головой. Нет, ни за что! Она выбирает жизнь, как бы там ни было.

Служанка коротко посмотрела в сторону Лизы и Анны, и сердце её сжалось – обе выглядели так несчастно, как никогда. Девушки молчали, не в силах произнести и слова.

– Хорошо, Ваше Величество, я согласна на ваше условие.

– Тем лучше – меньше грязной работы, – Ренери чуть склонил голову к плечу, пристальнее вглядываясь в лицо служанки. – Ну а теперь, если мы всё решили, тогда скажи мне, чего же хочешь ты, Агата?

Служанка опустила голову и на мгновение закрыла глаза.

Перед ней расстилались тысячи возможностей. Она не могла попросить о том, чего желала больше всего – не могла просить о свободе, но король Ренери мог подарить ей новую жизнь. Он мог, к примеру, даровать ей титул, подарить сундук золота, содержимое которого служанка могла потратить на осуществление тысячи дел и обретение тысячи возможностей. Она могла просить дать ей возможность побыть на море или научиться воинскому искусству: сражаться на мечах или стрелять из лука. Она могла бы совершить путешествие в любую точку мира, попросить устроить её жизнь безбедно и счастливо, впредь не боясь, что кто-то хоть раз в жизни сможет причинить ей боль… Но нет.

Агата выдохнула и, подняв взгляд на короля, ответила ему:

– Прошу вас, Ваше Величество, велите доставить воспитанниц леди Осткард домой в полном здравии и сохранности.

Повернувшись к служанке, Ренери не стал скрывать ошеломления.

– Прости, что?.. – переспросил король таким тоном, словно бы он действительно не расслышал того, что сказала ему Агата.

Служанка мигом опустила лицо.

– Это моё желание, Ваше Величество, – тихо произнесла она. – Пусть девочек отвезут домой.

– Агата… – поражённо выдохнула Анна.

Она повернулась к служанке, и та печально улыбнулась ей в ответ.

Через мгновение Агата, взволнованная и едва держащаяся на ногах от слабости, снова посмотрела на Ренери. Тот молча наблюдал за ней, и девушка вдруг почувствовала, как стремительно краснеет.

– Ты серьёзно?

Ренери вопросительно изогнул бровь. Агата кивнула.

– Абсолютно, Ваше Величество. Разве это желание является невыполнимым?..

– Дело совсем не в этом. – Король фыркнул и чуть прищурился, глядя на Агату. – Меня просто кое-что заинтересовало: скажи мне, девчонка, эти две… шестёрки Изабеллы Осткард когда-нибудь били тебя?

Агата опустила взгляд. Внутри всё стянуло от жгучей тоски.

– Да.

– Унижали?

– Да.

Ренери холодно хмыкнул.

– И ведь наверняка издевались?

– Да, Ваше Величество, – тихо ответила Агата.

Снаружи снова громыхнуло, и служанка посмотрела в окно. Там бушевало море, и ветер, завывая, волновал шелестящие зеленью кроны могучих деревьев. Вдруг всё вокруг показалось Агате донельзя несущественным, маленьким. Ничтожным даже. Что все эти минуты и события, творящиеся здесь, по сравнению с вечным ветром, который останется на этой земле, когда их уже не будет? С этими деревьями и скалами, которые их переживут?..

– И сейчас ты хочешь сказать мне, что из всего возможного, о чем ты можешь меня попросить, ты просишь отпустить этих двух девок и благополучно доставить их домой? – спросил король Ренери, словно и правда не верил тому, что Агата просит его сделать.

– Да, – очень надеясь, что это был последний вопрос, ответила Агата.

Юноша снова хмыкнул. Одним махом допил вино и швырнул кубок на столик. Резко повернувшись к Агате, он испытующе посмотрел на неё.

– Ты же можешь попросить у меня все, чего только пожелаешь, девчонка, – словно объясняя что-то очевидное неразумному ребенку, процедил Ренери. – Избить их, обрить, подарить им столько плетей, сколько хочешь…

– Прошу вас, Ваше Величество…

Агата закрыла глаза и отвернулась.

– Ладно, плевать на них, – взмахнул руками Ренери. – Но ты же можешь попросить у меня… Пф, золота, мешок золота, два, три… Собственное поместье. Титул, в конце концов. Да всё что угодно! А ты просишь меня их спасти?..

Агата снова кивнула.

– Да, ваше величество.

– Ты уверена в своём решении?

– Абсолютно.

Ренери помолчал. Положил руку на лоб, недоуменно качнул головой и наконец произнес то, что Агата уже давно мечтала услышать:

– Хорошо. Будь по-твоему.

Девушка выдохнула с огромным облегчением. Сдержать улыбку ей так и не удалось.

– Благодарю вас, Ваше Величество.