Ни за морем, ни за горой.
Она всегда и всюду рядом —
Вот только душу ей открой.
«Я не поверю в жизни никому…»
Я не поверю в жизни никому,
Кто о деревьях правды знать не будет.
Они сказали сердцу моему
Гораздо больше, чем сказали люди.
Они мудрее нас с тобой стократ.
Нам остаётся только молча слушать
Вот тех, кто бессловесно говорят,
Как говорить умеют только души.
«Высокие души, безмолвные души…»
Высокие души, безмолвные души.
Деревья иль люди, не всё ли равно?
Вы только лишь небо умеете слушать,
И вам отвечает лишь небо одно.
Высокие души, прекрасные души,
От вас растекается жизни волна,
И если мир этот тела ваши рушит,
В пустоты бесшумно втекает она.
Высокие души, любимые души —
Иконные лики, деревья мои,
Ваш взгляд и ваш шелест мне слёзы осушат,
И слёз благодатных польются ручьи…
«Еловый тёмный ствол и золотой сосновый…»
Еловый тёмный ствол и золотой сосновый,
Зелёный цвет листвы, небес голубизна.
Бог что-то говорит. Всё это – Божье слово,
Которое душа сейчас понять должна.
Услышать и понять, всем существом внимая.
Вмолчаться в тишину и всей собой понять,
Что, что же говорит вот эта ель немая
И сплетшаяся с ней кленовых листьев прядь.
Еловый тёмный ствол всех строже и всех выше,
Но что-то там, над ним, светлеет вдалеке.
И если я пойму и если я услышу,
То я заговорю на Божьем языке.
«А на небе розовые пятна…»
А на небе розовые пятна
На деревьях оставляют блик.
Как душе слова Твои понятны,
Как мне внятен божеский язык.
На слова людские не похожий —
Взгляд безмолвный, песня, а не спор.
Я любовью отвечаю, Боже.
Та к и длится тихий разговор.
«И это всё не просто так…»
И это всё не просто так —
Всё, что вокруг, есть жест и знак.
Всё каждый день свежо и ново,
И каждый луч – Господне слово.
Ты к миру этому привык
И ждёшь, чтобы на наш язык
Бог перешёл, а Бог ведь ждёт,
Когда же ты освоишь тот,
Другой, где всё есть речь и знак
И всё совсем не просто так.
«Как души живут? Да вот так, как цветы…»
Как души живут? Да вот так, как цветы.
А может быть, так, как деревья
И как облака, посреди высоты
Вершащие в небе кочевья.
А может быть, так, как большая гора
В вечернем разлившемся свете, 
