Зинаида Гаврик – Разрешите вас одурачить (страница 4)

В нём не было ни суеты, ни демонстративной угрозы. Он не шипел, не скалился, не выпускал когти и не пытался произвести впечатление. Ему не требовалось ничего делать. Комната вдруг показалась несуразно маленькой, а воздух уплотнился до предела. Огонь свечей заметался, будто тоже пытался сбежать, не в силах выдержать ауру высшего вампира.

Он был ужасен.

И великолепен.

Настолько прекрасен, что на него больно было смотреть. Настолько страшен, что невозможно было отвести взгляд.

Идеальные черты лица не смягчали впечатление, а только делали Амириана ещё более жутким. Слишком совершенный. Красота, доведённая до той грани, за которой начинается не восхищение, а первобытный ужас.

Вот, значит, как выглядит чистая власть. Не та, которой угрожают, а та, которой подчиняются прежде, чем успевают осознать, что происходит. Потому что не подчиниться невозможно.

Красавчик побелел. Хотя, казалось бы, куда уж бледнее вампиру?

– Господин… – выдавил он.

Его голос сорвался. Не дрогнул, не стал тише, а именно сорвался, как у мальчишки.

Я залюбовалась. Не Амирианом даже, хотя им тоже. А тем, насколько стремительно из опасного чудовища Красавчик превратился в жалкое, загнанное существо.

Впрочем, мне нужно было играть свою роль.

Я судорожно вдохнула, вжалась в изголовье кровати и натянула на себя край покрывала, будто только сейчас по-настоящему осознала, где нахожусь и в каком виде.

– Нет… – прошептала я. – Пожалуйста… Не трогайте меня… Я ничего не сделала…

Красавчик дёрнулся, словно получил пощёчину. От очередного потрясения он, кажется, вообще перестал понимать, что происходит.

Только что я улыбалась ему, как маленькое чудовище из кошмара, а теперь дрожала на кровати невинной жертвой, попавшей в лапы мерзавца.

– Она не та, кем кажется! – хрипло каркнул он, отчаянно глянув на босса и тут же опустив глаза. – Господин, она… она…

Амириан посмотрел на меня. Выдержать его взгляд и не сбиться, не выдать себя – это была задача со звёздочкой. Обычная маленькая ведьмочка с ней бы не справилась. И это был мой козырь. Ведь Амириан точно знал, что никто в здравом уме не станет даже и пытаться его обмануть.

– Правда? – Амириан чуть склонил голову и принюхался. – Здесь сильный запах крови многочисленных женщин. А её магическая аура говорит о том, что она очень-очень слабенькая ведьма.

Красавчика била дрожь, а в глазах застыл дикий, уродливый ужас. Но он всё ещё на что-то надеялся, будто не понимал, что уже мёртв.

– Она лжёт! – выкрикнул он. – Она говорила со мной иначе! Она знала! Она…

Амириан медленно, лениво шагнул к нему и положил руку ему на плечо.

Жест получился почти приятельским. Со стороны можно было бы решить, что он собирается успокоить провинившегося подчинённого.

Красавчик вскинул голову и уставился на него с глупой, отчаянной надеждой.

– Умри, – почти ласково приказал Амириан.

Красавчик даже не успел закричать. Он просто рассыпался чёрным пеплом.

Сильный, опасный, жестокий, уверенный в собственной безнаказанности вампир, который ещё недавно считал себя хозяином жизни, в мгновение ока просто превратился в ничто.

Я, признаться, замерла от восторга. Это почти невозможно. Хватило лишь приказа! Так вот что значит – высший вампир!

Ведьмы любят говорить, что слова имеют силу. Но обычно мы имеем в виду совсем другое. Наше слово – это ключ, форма, направление для магии. У него же слово было не ключом. Оно было законом.

Амириан повернулся ко мне.

Я рвано выдохнула и вжалась в подушки.

– Не бойся, – произнёс он, подходя к кровати и присаживаясь на край. Его голос чуть изменил тональность – сейчас он был глубоким, манящим, гипнотизирующим. Он оплетал меня невидимыми верёвками. – Ты ничего этого не вспомнишь.

Ну разумеется. Вот и стирание памяти. Как благородно!

– Вы… – прошептала я, глядя на него широко распахнутыми глазами. – Вы спасли меня…

Судорожно вздохнув, я резко подалась вперёд и обвила его шею руками, а потом выдохнула в плечо:

– О, спасибо вам большое, спасибо...

Он мог увернуться.

Конечно, мог.

Да что там – он мог оторвать мне руки ещё до того, как я успела бы коснуться его. Мог приказать мне не двигаться.

Но не сделал этого.

На кратчайшее мгновение он позволил мне оказаться слишком близко.

Мои пальцы как бы случайно коснулись чувствительного места под ухом, а в следующий момент я влила туда крохотную искорку силы.

Амириан застыл.

Его тело стало абсолютно неподвижным, будто окаменело.

Заклятие было простым и надёжным, но слабым. Оно не могло продержаться долго. Но мне нужно было только выиграть несколько минут.

Чистая психология. Он наверняка никого и никогда не подпускает так близко. Но раз ему так важно было запретить нападения на девушек и нарушил этот приказ именно его ближайший помощник, он чувствовал ответственность.

Я отстранилась.

Что ж, а вот теперь начнутся настоящие переговоры. Надеюсь, по окончании меня оставят в живых. Всё зависит от того, насколько правильно мне удастся подобрать слова.

– Прости. Я воспользовалась твоими благородством. И хоть я всячески одобряю твоё стремление защищать женщин, но, боюсь, других слабостей у тебя нет. Понимаю, ты в ярости. И, возможно, захочешь разорвать меня на части, а также больше никогда не позволишь заманить себя в подобную ловушку, но... мне нужна твоя помощь.

Ох, его взгляд был таким, что у меня ни осталось сомнений: он уже разорвал меня на части. Просто я этого ещё не поняла. Но вот-вот пойму. Поймать высшего вампира в ловушку невозможно. А если случилось чудо, то он сделает все, чтобы об этом не осталось упоминаний. И чтобы история никогда больше не повторилась.

Именно поэтому застать его врасплох можно лишь раз. И обычно это последнее, что ты сделаешь в жизни.

Ещё никогда раньше я не рисковала так сильно.

– Попали две молодые ведьмочки, – быстро заговорила я. – Никому нет до них дела. Следствие не просто игнорирует расследование, оно, наоборот, как будто старается сбить со следа. Это совсем юные девчонки, в которых только-только пробудилась сила. Я прибыла в этот город, чтобы найти их. Если я права, и улики прячут не просто так, значит, возможно, в исчезновении замешаны влиятельные персоны. И бросить им вызов не побоишься только ты. Я не прошу вмешиваться, но если ты располагаешь хоть какой-то информацией или можешь её достать...

Взгляд слегка изменился. Правда, я так и не поняла, что это значит. Высший вампир не хуже, а то и лучше меня умел прятать эмоции.

А в следующий миг заклятие лопнуло и рассыпалось само собой.

Ого, как это так? Я была уверена, что эти простые чары абсолютно надёжны и планировала ещё какое-то время проводить аргументы.

– Ни одно заклятие не может удержать меня дольше минуты, – зловеще пояснил он, медленно и жутко наклоняясь вперёд.

Наверное, только в этот момент я в полной мере осознала, что значит высший вампир. А ещё осознала, что мне конец.

– Значит, решила поиграть со мной, ведьмочка?

Ох, он определённо очень зол...

Его рука легла на мою шею. Пальцы чуть сжались.

Какие же страшные у него глаза! Я тонула в них, отчётливо осознавая, что если он сейчас прикажет мне умереть, я не смогу ослушаться. Либо он может ещё немного сжать пальцы и одной ведьмой станет меньше. Сейчас я полностью была в его власти.

В таких ситуациях, когда нельзя задействовать силу и весьма опасно хитрить, единственным оружием становится беспомощность. И это оружие не стоит недооценивать.

Поэтому единственное, что я делала, это старалась казаться ещё более беспомощной, чем была на самом деле.

Пауза затянулась. Он специально заставлял меня вариться в этих эмоциях и гадать, станет ли следующий миг последним. Это была его месть за ловушку.

Что ж, полагаю, если бы он планировал от меня избавиться, то не стал бы тратить время на игры.