Зина Кузнецова – 175 дней на счастье (страница 12)

Вспорхнула птица где-то неподалеку.

Послышались тихие девчачьи голоса. Запел и мальчик, который сидел рядом с Лелей, она слышала его хрипотцу.

Когда закончилась песня, все ненадолго замолчали. Леля подняла глаза от грифа гитары и посмотрела сначала на директора, довольного своей выходкой, потом – на одноклассников.

– Какую еще песню сыграть? – спросила она с улыбкой.

– О, Федь, а у тебя конкурент появился, – сказала Аля, девочка с длинной косой, как у царевен в старых мультфильмах.

– Да пожалуйста, – беззлобно отозвался Федя, – с пятого класса вас гитарой этой развлекаю. Задолбался уже тренькать.

Все посмеялись.

Попели еще минут пятнадцать и стали собираться домой – подул пробирающий до костей ветер, и даже чай в термосе не спасал. Леля помогала собрать весь мусор в пакет, который держала Аля.

– Слушай, – спросила Леля, чувствуя, что сейчас ей уже ответят без злости, – а где Соня, не знаешь? Заболела?

– Сонечка? – отозвалась Аля. – А она на такие пикники никогда не ходит. Ей мать денег не дает, а просто так, не скидываясь, ей стыдно.

– Да? Надо же…

Распрощались все около первой же остановки, решив, что глупо возвращаться к школе. Леля хотела вызвать такси или позвонить папе, но Аля, перекинув косу на другое плечо, спросила у Лели, в какой стороне она живет. Оказалось, им по пути. Домой пошли вместе, не торопясь.

Каркали вороны над их головами и садились на голые ветки берез.

В понедельник встать в школу, на удивление, было легче, чем обычно. Леля не лежала до последнего в кровати, надеясь, что получится спрятаться от беспощадно надвигающегося учебного дня, а напротив, бодро подскочила и, пританцовывая, умылась.

– Доброе утро, тетя Таня, – сказала Леля, спустившись в столовую. Прямо посередине комнаты спал Филя, и тетя Таня, готовя завтрак, осторожно всякий раз через него переступала.

– Доброе, Лелечка, доброе, девочка моя! Папа твой уже убежал, так я хоть тебя покормлю.

Леля тыкнула в экран телефона и посмотрела на часы.

– В полвосьмого? Рано он сегодня.

– Да, – зачем-то шепотом сказала тетя Таня, – я из разговоров поняла только то, что на заводе ситуация какая-то сложная. Ты слышала, что производство хотят поближе к Москве переносить? А тут, говорят, только маленькую часть заказов оставят. Ой, что будет, что будет…

– Так завод же здесь – градообразующее предприятие.

– Ой, Лелька, не поймут люди! Что ни делай, как ни пытайся сохранить рабочие места, а все равно и сокращения будут, и зарплаты урежут. Ой, разозлятся заводчане, что будет!.. – покачала головой тетя Таня.

Леля вдруг с тревогой вспомнила, как папа спрашивал, нет ли у нее проблем в школе из-за его работы. Вот, наверное, где истоки этого вопроса…

В класс Леля зашла задумчивая, и когда Аля ее окликнула с первой парты, Леля вздрогнула.

– Что? – спросила она рассеянно.

– Привет, говорю.

– Да, привет, – Леля улыбнулась.

Пока она шла к своей любимой последней парте третьего ряда, с ней поздоровались еще четверо.

Маша, заметив Лелю, громко сказала:

– Думаешь, спела пару песенок и все? А я твою дрянную натуру все равно вижу!

Но Машины слова Лелю не волновали. Один человек из двадцати – это мелочь.

Во время обеденного перерыва, который Леля привыкла проводить в одиночестве, Аля помахала ей и предложила сесть с их компанией. Девочки были разными. У Али толстая длинная коса, у Леры строгое каре по мочки ушей и красный маникюр, у Кати – рыжие упругие кудри.

– Спасибо, что пригласили сесть с вами, – улыбнулась Леля.

Леля сделала глоток сладкого чая.

– Лель, – неуверенно начала Катя, теребя завиток волос.

– Да?

– Ты не подумай, что мы тебя со злым умыслом позвали, чтобы что-то выведать, совсем нет, но я просто волнуюсь, а ты можешь знать…

Леля забеспокоилась.

– Что?

– Хватит сопли жевать, Кать, – твердо сказала Лера, – надо смотреть страху в глаза. Лучше четко знать и быть ко всему готовыми.

– Да, – тихо согласилась Катя, наматывая кудрявую прядь на палец, – в общем, ты не знаешь случайно о том, что правительство хочет прикрыть завод? Я вчера слышала, что родители переживали из-за ипотеки. Мы как раз в квартиру побольше переехали, у меня комната своя появилась… Ты не знаешь чего?

Леля задумалась. То, что утром сказала ей тетя Таня, ведь просто слухи, домыслы. Стоит ли из-за них беспокоить девочек?

– Девочки, – помедлив начала Леля. Она говорила небыстро, боясь сболтнуть лишнего и неправильного, – папа мне ничего такого не говорил. И я думаю, что нет смысла назначать нового директора с целью увеличить показатели, чтобы потом просто прикрыть лавочку.

– Да, надеюсь, что так, – вздохнула Катя.

Леля видела, что легче ей от ее слов не стало и добавила:

– Ты знаешь, мой папа хороший и умный человек. Я думаю, что он в любом случае будет стараться все решить выгодным для всех путем.

– Да кого вы слушаете! – раздался звонкий насмешливый голос рядом. Это Маша, сидевшая за соседним столом, повернулась к ним. – Хороший человек, – передразнила она. – Да обычный он директор, которому наплевать на работников. Меньше всего его волнуют ваши семейные неурядицы. Если у него будет задача сократить, он сократит. Лишь бы самому места не лишиться. Мы живем в рыночных отношениях, девочки, всем наплевать на ипотеки ваших родителей и на то, что зарплаты хватает только на продукты. Смиритесь!

Катя совсем расстроилась. Леля не знала, что сказать. Розовых очков она была лишена и понимала, что папа не волшебник и не Робин Гуд. Он действительно мыслит показателями эффективности и действительно будет руководствоваться логикой и здравым смыслом, а не жалостью.

– Ну и зачем ты это сказала? – разозлилась Лера на Машу. – Смотри, ты Катю почти до слез довела.

– А это просто правда.

– А правду можно и при себе оставить, если тебя о ней не спрашивали.

– И что рыночные отношения, – негромко добавила Аля, – человечность же никто не отменял. Все понимают, что у нас город просто умрет без завода. И куда людям деться? Не могут так поступить с нами. И ведь Леля своего папу лучше знает. Если она говорит, что он хороший человек, значит, действительно постарается все по-доброму решить. Да, Лель?

Леля кивнула, чувствуя, что дала какое-то очень важное обещание, сдержать которое не в ее власти.

– Ну увидите, как все в итоге получится, – с особой злобой, которая приносила ей удовольствие, сказала Маша и отвернулась.

Она только напоказ была такой бодрой и веселой, на самом же деле, будучи по натуре смелой реалисткой, она понимала, что грядут трудные времена, и всю ночь промучилась, пытаясь просчитать, сколько она сумеет сэкономить, если не будет обедать в школе, и сколько заработает, если устроится бариста по выходным. Она набрала достаточно баллов на региональном этапе олимпиады, чтобы ехать на Всеросс. Теперь нужно было серьезно и много готовиться с репетитором. Но очевидно, если папу или маму сократят, им придется трудно, и родители, которые никогда не ценили высшее образование, считая его скорее привилегией, чем правом, с легкостью уберут из статьи расходов подготовку к олимпиаде.

Девочки стали говорить о домашнем задании, а Леля осталась сидеть задумчивая. Она хотела обо всем расспросить папу вечером, но в тот день он задерживался на работе допоздна, что еще больше встревожило Лелю. Не зная, куда деться от странных неспокойных чувств, Леля взяла Филю и отправилась с ним гулять по набережной.

Температура стояла плюсовая, но слякоть ощущалась холоднее, чем зимний мороз. Леля шла и натягивала на руки без перчаток рукава свитера. Филя медленно топал рядом, покачивая седой мордой и тяжело вздыхая.

Леля остановилась на секунду и глубоко вдохнула ноябрьский воздух. Когда же уже пойдет снег? Сколько можно, в конце концов!

Вдруг прямо под теплым светом фонаря Леля увидела женщину в черном пальто. Она, сгорбившись, держалась за фонарный столб. Первое, что с раздражением подумала Леля, – пьяница. А потом что-то, наверное, смелость, которую Леля обретала, когда рядом с ней был большой сенбернар Филя, заставило ее приглядеться. Женщина держала руку на выпуклом животе.

Людей на набережной не было, сложно было перекинуть все на плечи какого-нибудь сознательного взрослого, который мог бы помочь ей, поэтому Леля спросила издалека:

– С вами все в порядке?

Женщина вскинула голову и прищурилась, пытаясь разглядеть, кто к ней обращается.

– Все хорошо, спасибо, – ответила она со вздохом, – просто ребенок пинается и слабость накатила…

– Хотите, я помогу вам дойти до скамейки?

– О, это было бы… – Женщина покосилась на Филю, голова которого доходила миниатюрной Леле до талии.

– Он не кусается, если не требуется, – беспечно ответила Леля и, быстро подойдя к женщине, взяла ее под локоть.