Зимина Юлия – Охота за моим сердцем (страница 59)
– Меня искал, – подсказывала своему супругу Камила, переступая порог покоев.
– Да, конечно! Конечно искал! – закивал Лер. – Хотел предложить тебе… ну-у…
– Прогуляться? – вновь подсказала она демону, который был на взводе.
– Да! – нервно прочистил он горло, пока мы с Каэлем, как и Мэвис с Алом, прятали улыбки, стараясь выглядеть серьезными.
– Я так и подумала, – кивнула она головой. – И надену, наверное, на прогулку свое новое платье.
– Не надо, – судорожно сглотнул демон.
– Надо!
– Я тут внезапно вспомнил, – затараторил Лестер, бочком обходя девушку, глаза которой убийственно сощурились, – у меня же дело одно неотложное есть.
– Стоять! – рявкнула Ками, стремительно преграждая ему дорогу. – Я почти месяц не спала, столько сил вложила в эту модель, а ты взял и все испортил!
– Я нечаянно, – демон начал медленно отступать назад, – там просто ниточка торчала…
– Ах, там просто ниточка торчала! – зарычала моя сестра. – И пусть бы дальше торчала, начерта ты за нее потянул?!
– Любимая, леди не пристало так выражаться…
– Беги! – зашипела Ками. – Пока можешь!
– Понял, уже! Я даже моргнуть не успела, как темного след простыл.
Не смогла больше сдерживаться, захохотав. Было так забавно наблюдать, как хрупкая Ками, так быстро повзрослевшая, из болтушки превращаясь в саму серьезность, вводит демона в ужас. Хотя он сам виноват. Смеялся над нами, а потом и против своей воли познакомился со словом "любовь".
После всего того, что мы прошли, нам представилась возможность посмотреть на мир другим глазами. Он стал ярче, красочнее, сказочнее. Правильно говорят, что лишь на грани смерти осознаешь, как сильно хочешь жить, но еще больше хочешь, чтобы жили те, кто дорог тебе.
Так и мы с Каэлем.
Мы были готовы рискнуть собой, ради друг друга. Наша любовь, наши сильные, искренние чувства остановили гнев темного божества, который столько веков провел в заточении, не имея возможности выбраться. Правда, пусть он и ушел, но все же забрал с собой тех, кого и обещал. Все, кто знал о нем, постепенно погибли, наводя панику среди знати. Многие начали думать, что это какая-то зараза и только мы знали истинную причину их смерти.
Ректор Сэйсарион и советник Дэнарэн остались живы. Мы с Каэлем, как и ребята, считаем, что Сэласар не тронул их по одной просто причине – эти два демона хотели защитить нас, пойдя на риск.
Нужно было видеть лицо главного советника, когда мы пришли за ним в подземелье. В глазах взрослого демона, повидавшего многое, блестели слезы. Он был рад, действительно рад, что планы покинувшего мир правителя осыпались пеплом.
Я потом долго слушала мольбы о прощении Мэвис. Демоница рыдала, стоя на коленях. Она винила себя, что молчала, что подталкивала меня к смерти, а парни молчаливо поддерживали ее, ходя за мной по пятам. Я не держала на них зла, честно. Мэвис и близнецов можно понять. Им с пеленок внушали одно и то же, что в назначенный час придется подготовить жертву, чтобы темный народ, как и они сами, могли жить дальше.
Я рада, что советник Дэнарэн решил воспротивиться тому ужасу, что творили правители из века в век. Да, шансы на победу были крохотными, но все же, несмотря на это, мы смогли одержать победу.
Мои родители, узнав, что я и Каэль передумали жить в мире ректора, были очень рады. Но еще больше они обрадовались, когда Каэль предложил им жить вместе с нами в замке. Ох и ликовал же тогда Лестер, не сводя глаз с моей сестры, которая быстро взяла его в оборот.
Коронация Каэля прошла спустя неделю после "ухода" правителя на отдых. Всем было сказано, что именно он решил отправиться в мир ректора, к хрустальным водопадам, которыми так восхищался. К слову, его действительно трогало то, что Сэйсарион не позволяет ступить в свой мир. Глава академии во всеуслышание подтвердил нашу ложь, становясь совершенно другим. Как оказалось, барьер, который он удерживал над озером, высасывал немало сил, и демону было тяжко нести эту ношу всю свою жизнь. Но сейчас он освободился от оков, поражая адептов своими улыбками и хохотом на всю академию.
Мы с Каэлем не стали откладывать со свадьбой, как и Мэвис с Алистером. Государство Леаль гудело, словно пчелиный улей, а потом, спустя месяц, всех вновь настигла радостная новость, которую мы с Каэлем предсказывали – Лестер добился Камилы, которая фыркала на него, но в итоге все же пала от его очарования.
И сейчас мы наблюдали их семейную разборку, хохоча в свое удовольствие.
– Ну вот, я же вам говорила! – Ками обернулась к нам, недовольно фыркая. – А вы не верили. Это он мне платье испортил, паразит! Весь жемчуг, который я нанизывала, осыпался! Сейчас придется делать все заново!
Сестра с детства увлекалась шитьем. Ей нравилось создавать что-то необычное. Над последним платьем, которое бессердечно испортил Лестер, она просидела почти месяц.
– Любовь – страшная сила, – с важным видом кивнул Ал. – Каким бы олухом не был мой брат, ты все равно его простишь. Ему до меня еще расти и расти, – довольно задвигал бровями он.
– Серьезно? – Мэвис обернулась на своего супруга. – Кто буквально вчера разбил мою любимую вазу?
– Я… так я это…
– Нечаянно? – подсказывала ему Мэв.
– Точно!
– Сейчас и у тебя, как у Лестера, тоже появился неотложное дело? – рассмеялся Каэль, а за ним и я следом.
– Да ну вас, – буркнул демон, – лучше бы заступились, честное слово!
– Сам, – смеялась я от души, – давай-ка сам.
– Вот тебе и друзья! – несчастный вздох слетел с его губ. – Плохие вы! Уйду я от вас!
– Далеко не уходи, – кинула ему вслед Мэвис, – ужин через полчаса. Не вздумай опоздать!
– Да понял я! Эх, девушки, дай вам волю, веревки из мужчин будете вить!
– А я не против, – Каэль посмотрел в мои глаза, улыбаясь.
– Так, ладно, я тоже пойду, – цыкнула Мэвис. – Милуйтесь здесь без меня.
– Знаешь, я так тебя люблю, – выдохнул демон, оплетая мою талию, когда мы остались вдвоем.
– Знаю, – я вскинула руки, запуская их в волосы темного, – и счастлива от этого до безумия!
– Ну как ты здесь? Соскучился? – божество спустилось на третий уровень подземной тюрьмы, медленно, с мерзким скрипом отворяя небольшую клетку, прутья которой напоминали бегущую из жерла вулкана лаву.
– Не трогайте меня, – блеял потрескавшимися до крови губами Эврил-Тэрес Лоуриэн, скуля, вжимаясь в угол.
Его кожа почернела от постоянно повышенной температуры, покрылась язвами и трещинами. Одежда напоминала тряпье, которое даже на помывку пола не сгодится.
Да, вы все правильно поняли, отец Каэля и Мэвис не отдал душу богам, хотя неоднократно мечтал об этом, находясь в заточении Сэласара, которого сам же и мучил.
Сейчас он не выглядел великим и надменным, как раньше. Сломленный, сильно исхудавший, так как его морили голодом. Он превратился в ничтожество, из которого медленно вытягивали энергию, но не давая умереть раньше положенного времени.
Сколько ему придется страдать и мучиться? Неизвестно. Скорее всего, вечность, ведь то, что он творил, заслуживает именно такого наказания.
Конец