Зигмунд Крафт – Хейтер из рода Стужевых. Том 7 (страница 5)

Ксения забыла, как дышать, её глаза округлились от шока. Она и сама знала, что Алексей не участвует в первом туре, а сразу проходит во второй. Но таких почти сотня человек, это не что-то уникальное. Скорее, остатки двух третей совсем слабаки. Но подмастерье второй звезды? Это вообще реально в их возрасте?

— Понимаю, — ответила она едва слышно, а отец погладил её по волосам.

— За самыми перспективными участниками турнира скоро начнётся охота, — продолжил отец медленно, внимательно смотря на неё при этом. — Или даже уже началась. Влиятельные роды предпочитают присматривать перспективных людей заранее, до того, как те сами начинают выбирать. У тебя есть преимущество — вы знакомы. Используй это.

Ксения слушала и не верила своим ушам. Неужели она всё правильно понимает? Нет, нужно уточнить.

— Ты говоришь о том, чтобы привязать его к нашему роду?.. Или… — короткая пауза. — Есть ли вероятность, что в будущем он мог бы стать моим мужем?

Ксения ощутила, как сердце пропустило удар. Она была очень напугана, что осмелилась сказать такие мысли вслух. И всё же, взгляд отца стал чуть пристальнее, но в нём не появилось осуждения либо злости. Это обнадёживало.

Василий Фёдорович не спешил отвечать, будто обдумывал её слова. Ксения выдержала его взгляд спокойно, хотя далось ей это не без усилия.

— Если он войдёт в род Юсуповых, — сказал он наконец, — то — да, это может стать неплохим исходом для нас. Но рано пока думать о таких вещах, турнир ещё не начался, и никто не успел себя показать воочию. Чем выше он поднимется в турнирной сетке, тем ценнее станет, причём не только для нас.

Ксения не шелохнулась, она не могла до конца осознать, что внезапно провинциальный баронишка мог стать ей ровней. Так ещё и подмастерьем второй звезды, когда она сама была лишь неофитом третьей и считала себя особенной из-за такого ощутимого прогресса.

Отец внимательно смотрел на внутренние терзания дочери, после чего решил добавить:

— Но так же это не значит, что нам нужен именно брак, тут решать только тебе. Это раньше ты могла помочь нам лишь выгодным браком, сейчас же всё изменилось. У тебя хороший потенциал и есть все задатки, чтобы стать не меньшей опорой рода, чем твои братья. Ты ведь именно этого хотела всегда, верно?

— Да, папочка, спасибо большое, — ответила она, словно очнувшись от дрёмы и прижала ладонь к груди. — Я очень, очень благодарна тебе за доверие.

— Отдыхай. Завтра тяжёлый день, открытие турнира.

Василий Фёдорович поднялся и поцеловал дочь в макушку, прямо в полотенце. После чего развернулся и вышел, пожелав напоследок спокойной ночи. Дверь за ним тихо закрылась.

Ксения ещё несколько секунд сидела без движений, осмысливая итоги разговора с отцом.

«Если он войдёт в род Юсуповых» — эта фраза всплывала в голове раз за разом. Девушка слышала её много раз применительно к абстрактным, гипотетическим людям, которых отец периодически упоминал в разговорах о политике и союзах. Это всегда звучало как сугубо деловой ход, один из благоприятных исходов партии. Но сейчас, когда это прозвучало в отношении Алексея, она не могла поверить своему счастью.

Невообразимо! Сама мысль о том, что она могла бы быть с ним, не вопреки всему, а с согласия отца, с согласия рода, казалась абсурдной и нереалистичной. Ксения уже давно похоронила саму мысль о том, что её могло связывать с Алексеем нечто большее, чем дружба. Точнее, даже не дала ей развиться, задушив на корню. Не одного поля они ягоды, на орбитах разных планет крутились. Их встреча лишь нелепая случайность, не более, и тут внезапная надежда.

Она горько ухмыльнулась и покачала головой. Войти в чужой род, стать в нём лишь очередной пешкой в играх других людей? Эта концепция несовместима с человеком, которого она знала. Стужев был самостоятельным до мозга костей, он всего желал добиться сам, своими силами. Войти в княжеский род, даже это откроет перед ним любые двери? Ну уж нет, скорее он сам постарается выбить их ногой.

С другой стороны, а смог бы он жениться на ней и сменить род не из-за соображений выгоды? Вот только… а смотрел ли он на неё вообще как-нибудь иначе, чем на однокурсницу, которую уважает? Она для него просто подруга, знакомая, или он допускал когда-нибудь что-то большее? Увы, Ксения не могла ответить однозначно на этот вопрос.

Смартфон на одеяле завибрировал. Ксения посмотрела на экран — Алексей ответил на её сообщение — коротко, как обычно. Согласился на вечернюю прогулку.

Она смотрела на эти несколько слов задумавшись. Вздохнула и подошла к трюмо, чтобы наконец воспользоваться феном.

Гостиница для участников турнира была вполне себе приличной, хоть парни и жаловались на тесноту. По крайней мере мне данные условия напоминали наше общежитие в академии с тем нюансом, что каждый жил отдельно и имел свой санузел, хоть тот и маленький. Для примера, тем же простолюдинам и даже дворянам приходилось пользоваться удобствами на несколько комнат, так в каждой ещё и жили по несколько человек — это в общежитии академии. Здесь же — райские условия. Что неудивительно, ведь почти все участники аристократы.

Также академию мне напоминала местная столовка, она же ресторан самообслуживания. Изначально еда входит в цену проживания, просто приходи и ешь, женщины на раздаче ставят на поднос всё, на что укажешь. Удобно, на самом деле, ведь кафешки больше не про еду, а про общение, здесь же всё исключительно функционально.

А вот главный холл гостиницы был просторным, с мраморным полом, живыми растениями в кадках и огромной современной люстрой. Также здесь было выделено пространство для отдыха и встреч с диванами и низкими столиками с журналами. Слева, у самых окон находились автоматы с кофе, газировками и снеками. Именно там я увидел группу молодых парней, создающих много шума. Тон «беседы» был соответствующим, когда говорящий уверен, что ему всё позволено.

Мы с ребятами договорились утром после завтрака выйти на пробежку в парке неподалёку, так что их я и ждал в холле. Через пару часов начинался сам турнир, я собирался и туда заглянуть зрителем позже.

Предчувствуя представление, направился в сторону шумной группы и прислонился к колонне. При этом избирательно фильтровал гнев, которым фонило от этой группы.

Их было шестеро. Трое самых говорливых, судя по внешнему виду, являлись аристократами — дорогие костюмы, расслабленные позы.

Напротив них — трое других, разительная противоположность. Дело даже не в самой одежде, явно из более простых тканей, а скорее в их позах. Двое старательно опускали взгляд, будто боясь смотреть в глаза хамам, сутулились. Выражения лиц потерянные, они точно желали находиться где угодно, но только не здесь.

А вот третий из них выделялся — высокий, короткий ежик недавно бритых волос, он смотрел на аристо волком. Плечи расправленные, кулаки сжаты, позиция устойчивая. Казалось, достаточно мига и он может пойти в наступление, меся кулаками чужие рожи. Другие двое стояли чуть позади него и будто прятались.

— Вы вообще понимаете, куда попали? — один из аристократов, блондин с прилизанными волосами, поигрывал на ладони маленьким вихрем. Воздушник? Но какого чёрта он использует магию? Типа, этого не видно из-за особенности стихии? Как бы по регламенту студентам в общественных местах без крайней необходимости магию нельзя использовать. — Это турнир для магов, а не для каменотёсов и землекопов.

— Мы такие же участники турнира, как и вы, — сдержанно ответил высокий. Я даже удивился его спокойствию, казалось, голос должен звучать резче. — У нас есть допуск, выданный организаторами. Иначе, как бы мы могли заселиться в гостиницу?

— О, смотрите, он ещё и умничает! — второй аристократ, шатен, почти рыжий хохотнул. — Камушек, иди камни ворочай. Не позорься в обществе магов.

— Мы не хотели вас оскорбить, — промямлил один из простолюдинов, — Матвей, да извинись ты уже!

Обращение было к высокому, за которым они прятались. Но тот явно был иного мнения.

— Мне не за что извиняться, — отчеканил он с упрямством. — Я кандидат от Костромы. Имею полное право находиться здесь. Если кого-то что-то не устраивает, то вопросы не ко мне. Ясно?

Двое простолюдин испуганно переглянулись. Один что-то прошептал, второй кивнул.

— Мы, это… — начал тот, что пониже, косо поглядывая на обидчиков. — Мы не с ним. Мы просто мимо шли.

— Вот и идите мимо, — лениво бросил третий аристократ, брюнет с холодными серыми глазами. — Пока не отхватили.

Простолюдины тихо извинились перед Матвеем, бросили жалобные взгляды и поспешили уйти. Прямо мимо меня, всё так же не поднимая глаз. Вину они, похоже, чувствовали, но были слишком трусливы, чтобы отстоять свою точку зрения. Так что я даже немного отстранился, ощущая брезгливость к ним.

Матвей остался один. Трое аристократов подошли ближе, фактически взяв его в полукольцо — за ним окно, по бокам — автоматы.

— Ну что, камушек? — блондин-воздушник положил ему руку на плечо. — Всё ещё уверен, что не хочешь извиниться?

— За что? — Матвей смахнул его руку с себя и стиснул зубы. Я видел, как ходят желваки на его скулах. Руки по-прежнему были опущены, но опасностью от него буквально фонило. Этот взгляд… Но аристократы совершенно его не боялись.

— За наглость, — рыжий вышел ещё на пол шажка вперёд, пытаясь смотреть на него сверху вниз, что сложно, так как был чуть ниже и немного приподнялся на носках. — За то, что посмел сесть рядом с нами, словно равный.