Зигмунд Крафт – Хейтер из рода Стужевых, том 1 (страница 50)

Тот изучил, вернул.

— Свободен.

— Не «ты», а «вы»!

— Свободны, оба!.. Как бы не получилось, что временно.

— Что?

— Шутка, уважаемый. Счастливо!

— Все, поехали, чувачок, — взял решительно приятеля за руку Виталий. — Дело тут глушняк. Будем сами разбираться.

Они направились к байку, Гуляев двинулся следом.

— Ну-ка, дайте я черкану госномер вашей телеги.

— Зачем? — оглянулся Виталий.

— На всякий случай. А вдруг пригодится.

Парни уселись на мотоцикл, двигатель взревел, и машина понеслась по трассе. Гайцы смотрели вслед, пока те не скрылись в общем потоке. Стас удивленно спросил Гуляева:

— Чего ты так с ними?

— Как?

— На пределе. По соседству с хамством.

— Потому что ненавижу сытых, наглых, зажравшихся… У тебя такая тачка когда-нибудь будет?

— Вряд ли.

— Вот и помалкивай в тряпочку. И без замечаний, — Гуляев помолчал, наморщил лоб. — Не помнишь, какая фамилия того, который за рулем?.. Глушко?

— Глушко. Виталий Даниилович Глушко.

— Знакомое что-то. По-моему, крупный шишкарь… А второго?

— Не помню. Зовут Владимиром, фамилия вылетела… А Глушко, знаешь, почему запомнил?.. Первый муж матери тоже был Глушко. Только имя и отчество другие. Во как! — сказал Стас и расхохотался.

Когда парни уехали, Гуляев вернулся на трассу, спустился в кювет, присел на корточки, набрал номер. Довольно долго ждал соединения, спросил:

— Товарищ майор, говорить можете?.. Тут намалевалась одна информация. На пост приезжали два клоуна на крутом байке, интересовались нашим Игорем Лыковым. Но не это самое прикольное, Аркадий Борисович. Один из парней сказал, будто в его дом, где он живет с матерью, прибился какой-то чабан. Причем раненый!.. Как раз тот, который передавал записку Лыкову с номером того самого трейлера. Вот адрес и как зовут сдуру не узнал. Но это не проблема!.. Я записал номер мотоцикла и фамилию байкера. Фамилия?.. Не наша, хохляцкая! Глушко! Виталий Глушко… Нет, не путаю. Вам фамилия знакомая, что ли? Да мне тоже!.. По-моему, крутой перец! Понял, товарищ майор, держу в уме, ни слова на ветер. До побачення, как говорят братья-хохлы.

Стол во дворе особняка Аверьяна был накрыт на веранде. Вокруг ночь — нежная, тихая, спокойная. В траве трещат невидимые жучки-паучки, на изящных столбах мягко тлеют светильники.

Аверьян перемотал запись, в который раз стал смотреть телевизионный репортаж с места расстрела колонны автомобилей. На экране давал интервью Игорь Лыков.

— Представьтесь, пожалуйста.

— Инспектор Госавтоинспекции, младший лейтенант Игорь Лыков.

— Говорите.

— А что говорить? Конечно, жалко людей… Непонятно, за что погибли, пострадали. Никто не думал, что так получится. Такое нельзя прощать. Все должны быть наказаны… Хочу отметить всех сотрудников нашего поста с «Волчьей балки». Боевые офицеры, настоящие… Такими нужно гордиться. Хорошо, что никто из нас не пострадал… Как только началось, все рванули сюда. Вот помогаем, спасаем, стараемся… Дай бог, чтоб было поменьше жертв.

— Как считаете, что явилось причиной нападения на колонну?

— Могу сказать только свое мнение. Трейлер, который я тормознул… короче, он был остановлен мной по подозрению в транспортировке крупной партии наркотиков. А чтоб замести следы, на колонну напали. То есть расстреляли. Но это только предположение. Частное. Во всем должно разобраться следствие.

— Вы, когда останавливали трейлер, знали, что он перевозит наркотики?

— Да, у меня была такая информация.

— От кого вы ее получили?

— Извините, не для телевидения.

— Еще вопрос…

— Все, больше на вопросы не отвечаю.

— Пожалуйста…

— Все!

Аверьян поставил изображение на паузу, помолчал, осмысливая увиденное, повернул голову к майору Полежаеву, вкусно прихлебывающему чай с восточными сладостями.

— Так вот этого гайца поперли?

— Его!.. Лично отвозил вчера рапорт в управление, чтоб турнули этого козла.

— И он больше не на «Волчьей балке»?

— Сказал же, уволили по представлению.

— И где же он теперь?

— А нигде! Бомж со звездочкой!

— А что он мог такого сделать, чтоб выгнали? Вроде герой. Людей спасает, интервью дает.

— За это как раз и уволили, чтоб меньше языком полоскал. Много из себя корчит!

Аверьян потянулся за арахисом в вазочке, с хрустом разжевал пару штук.

— Это ему чабан передал записку?

— Ему!.. Он как раз первым и тормознул трейлер! Потом уже остальная шобла подвалила.

— Мне он понравился, — через паузу произнес Аверьян.

— Кто? — не понял майор.

— Младший лейтенант. — Хозяин посмотрел на Ахмета, традиционно сидевшего в сторонке за кальяном. — Как тебе?

— Хороший парень, — кивнул тот. — Серьезный.

— Вы чего, люди? — крайне удивился Аркадий Борисович. — Конченый тупарь! Всё по закону, всё по уставу, всё под козырек! Ни шагу в сторону. Сотрудники, которые были с ним на «Волчьей балке», стонали… Даже копейку боялись брать с шоферни. Дурел, когда замечал. Разве можно с такой сволочью работать?

— Тебе нельзя, нам можно, — усмехнулся Аверьян. — Где его найти, Аркадий?

— Зачем он тебе?

— Много хочешь знать, майор, мало будешь жить… Он местный?

— Из какого-то райцентра. Из какого — могу навести справки.

— Наведи. Сегодня же.

— Постараюсь. Между прочим, отец тоже из ментов. Вполне реально вытащить из архива про него справочку.

— Не помешает, — Хозяин приподнялся, взглянул на дорогие золотые часы на руке. — Давай, майор, закругляемся.

— Спешишь?

— Через час встреча.