Зигмунд Крафт – Хейтер из рода Стужевых – 1 (страница 11)
Я сел на своё место и вдохнул полную грудь этого божественного аромата. Омлет с беконом. Сэндвичи с сыром и ветчиной. Апельсиновый свежевыжатый сок. Я накинулся на это и обомлел, насколько все оказалось вкусно! Да я в жизни ничего вкуснее не ел! Мне стало так хорошо, что я чуть не принялся рыдать от счастья, после всего, что пережил за утро.
– Ешь давай, и отдых до вечера, – где-то сбоку сказал Аркадий Петрович с явным пренебрежением, и я вздрогнул. – На сегодня ругать не буду, но впредь есть ты должен, как полагается по этикету.
– Простите… Отдых до вечера? – не понял я.
– Разумеется, до вечерней тренировки.
О-о-о, нет… Только не это! Я не вынесу… Что мне делать? Нужно же что-то делать, иначе меня тут замучают до смерти и прикопают под кустом сирени! Как пить дать…
Глава 6
– ПОДЪЁМ! – прямо над ухом заорал Аркадий Петрович и, грубо схватив за голень, стащил меня на пол.
Но на этот раз я успел сгруппироваться и подскочить, так что не ударился головой. Вместо этого досталось копчику. Да за что?!
Изверг возвышался надо мной скалой, скрестив руки на груди.
– Опять спишь, барон? – усмехнулся он. – Когда ж ты выспишься, бездарь! Шесть вечера, марш на тренировку! И не вздумай попытаться сбежать, заранее предупреждаю.
Мне было дико обидно и жаль себя. Но что делать, я не имел представления, мозг всё ещё спал. А тело наполнила молочная кислота, казалось – ещё немного, и сдохну. Просто невыносимо!
Кое-как умывшись, я спустился вниз и вышел на пробежку. Тут без вариантов, надо разработать мышцы, чтобы эта боль ушла. Хоть и не хотелось страдать, было лень заниматься физической нагрузкой. Но разве есть варианты? У меня даже времени не было обдумать своё положение! Ещё и есть охота. Опять. По крайней мере, заранее сходил в туалет. А то знаю, какие с этим тут проблемы.
Я за немногим не закончил полноценный круг, оказавшись на заднем дворе поместья. Вот только тут меня поджидало двое мужчин, а не один.
– О, сам додумался размяться? Похвально! – Аркадий Петрович просто сиял самодовольством, когда я приблизился к ним. – Похоже, не всё потеряно. Сюда иди.
Он махнул рукой, и я покорно подошёл к ним.
– Знакомься, это Артемий Валерьевич Фурманов, будет пытаться научить тебя пользоваться огнём. Пусть я и считаю это пустой тратой средств и времени, таково решение твоего отца.
Да ладно… Он еще не забыл о сыночке?! Хоть что-то хорошее за последние сутки случилось.
Артемий этот выглядел лет на шестьдесят, весь седой. Подстрижен коротко, волосы не уложены и немного топорщились. На ногах кирзовые сапоги, черные рубашка, брюки и жилетка. Разве что галстука не хватало.
– Здравствуйте, – я протянул ему руку.
Хоть он ее и пожал, выглядел при этом так, будто ему очень не хотелось этого делать.
– Надеюсь на плодотворное сотрудничество, юный ученик, – сказал он, прокашлявшись.
– Что ж, тогда оставлю вас, – после таких слов Аркадий Петрович действительно ушёл.
– Мы будем заниматься на улице? – удивился я.
– А где ещё? – не понял учитель, осмотревшись. – Погода замечательная. Лучше расскажи, что ты знаешь о теории магии, кратко. Хотелось бы оценить примерный уровень знаний.
Так сходу вспомнить что-то серьезное не получилось. И всё же основу я выдал, чем Артемий Валерьевич остался недоволен. Он что, реально ожидал, что я учебник на зубок расскажу? Странный какой-то.
– М-да, – вздохнул он и продолжил совсем тихо, будто не ко мне обращаясь, – и чего я ожидал, собственно? И так ясно было, что нормальному магу наймут кого-то более благородного. А это так, блажь. Эго потешить.
Что? Он серьёзно? Типа, я не слышу, что он там бормочет? Нашли кого нанять, старого маразматика! Это всё Аркадий Петрович, посмеяться надо мной вздумал. Вот ведь… Дождётесь вы у меня. А я вот научусь! Даже с таким отбросом от мира магии. Научусь.
Тем временем Артемий Валерьевич затих, будто подвиснув. Я тоже уже подумал перед его глазами рукой провести или позвать, как он неожиданно хлопнул в ладоши.
– Что ж. Давай начнём с разминки, – заявил он. – По десять раз присядь, отожмись, боковые наклоны, перекаты на ногах.
Я уставился на него, как на идиота:
– Наху… Кхм, зачем?
– Огонь, молодой человек, любит тепло, – он потёр ладони друг о друга. – Потому тело надо размять, нагреть. Давай-давай. Работай. И представляй, как это тепло, словно волны, перекатывается внутри тела.
Делать нечего, решил подчиниться. Даже начал представлять, но неудачно. Не ощущал я никаких волн.
– Отлично, – продолжал учитель. – А теперь в груди жар чувствуешь?
Я кивнул, хотя это было не совсем так. То слабенькое пламя свечи всегда было со мной, и от всех этих разминок никак не изменилось.
– Настоящий маг огня должен уметь управлять дыханием, – продолжал учитель. – Огонь рождается с каждым вдохом. Закрой глаза и сосредоточься. Вдох глубокий – считай до четырёх – и выдох медленный. И так пять раз.
Он считал и повторял свои слова. Я слушался, честно. Отдавал всего себя дыханию, но… в груди едва тлело слабое пламя свечи, которое никак не хотело разгораться. Да что ж такое-то?!
– Получается? Готов?
– Нет, не выходит.
– Дыши глубже, давай.
Я прислушивался к своему дыханию, ощущая, как воздух наполняет легкие и покидает их. Но в остальном – не поменялось ничего. Ну, может, чуть чаще пламя трепетало, но больше не становилось. Повторно спрашивать, чувствую ли я что-то, он не стал. Вместо этого приказал направить энергию в ладонь.
Сделал, как он сказал, тут же открыв глаза. Разумеется, лишь пшик, искры. Как я уже видел не раз. И сразу же накатившая слабость, будто силы забрали.
Артемий Валерьевич скрестил руки на груди и посмотрел на меня исподлобья. Он тяжело дышал и явно был недоволен.
Наконец, спустя секунд десять, он цокнул языком:
– Алексей, ты меня разочаровываешь. Это что, фейерверк на именины? Ты огонь призвать пытаешься или комаров разгоняешь?
Я стиснул зубы, снова вытягивая руку. Повторил с открытыми глазами, без всех этих вдохов: результат прежний.
– Я стараюсь! Но магия огня мне плохо даётся! Будто что-то мешает.
– Знаю я, что тебе мешает, – пробормотал он. – Банальная лень!
– Не все такие умные и гении, чтобы всё получалось с первого раза. Кто-то сразу фаерболами кидается, кому-то приходится выжимать из себя искры, – недовольно заметил я, смотря на него исподлобья.
– Плохо даётся… Ага, – фыркнул он и прищурился. – Думаешь, у меня оно само зажигалось? Да ничего подобного! В армии я магию огня осваивал, уже за двадцать лет! Когда нас, в ком крохи таланта обнаружили, будто новобранцев, гоняли до изнеможения. Сутками у костров сидел, пока пальцы не трескались, пока не научился держать пламя, как надо. Командиры не жалели – не разжёг с первого раза? Голодай. Не смог согреть воду? Замерзай. Не слушается огонь? Значит, не хочешь достаточно сильно. Вот и всё, Алексей. Это сейчас с детками аристократы носятся, а раньше делали через «не могу», и знаешь что? У всех всё получалось в итоге.
Ну, началось, пошли байки о том, что раньше было лучше, трава зеленее, бабы-ровесницы моложе и вот всё это. Я закатил глаза, не удержавшись.
– Ты банально выдумываешь себе отмазки, – уверенно заявил Артемий Валерьевич. – Не можешь почувствовать пламя, потому что боишься боли. А без боли, Алексей, ничего не выйдет. Но не переживай, я знаю, что тебе поможет. Что заставит избавиться от страха боли и прокрастинации.
– Не боюсь я боли, – тихо сказал я, отворачиваясь.
– Что? Не слышу! – он даже ладонь к уху поднёс.
– Я не боюсь! – уже крикнул ему. – И не прокрастинирую! Я хочу обучиться магии огня! Ясно вам?
– Твой настрой мне нравится! – похвалил он и предвкушающе ухмыльнулся, а я прям нутром ощутил, что сейчас будет подлянка.
Внезапно он крепко схватил меня за запястье и провёл двумя пальцами по ладони. Я вздрогнул – кожу пронзил резкий, жгучий укол. Ожог! Я дёрнул руку, но маг уже схватил вторую ладонь, повторяя жест. Острая боль заставила меня стиснуть зубы и зашипеть, а заодно сделать пару шагов назад.
– Что за чёрт? Вы совсем рехнулись?!
А этот хрыч спокойно так:
– Потерпи. Так надо.
Вновь схватил меня за запястье железной хваткой и провёл ладонью над ожогами. Боль тут же схлынула, кожа из красного вновь побелела, даже волдыри не успели образоваться. Я потряс руками, ощущая лишь лёгкое покалывание.
– Теперь ты понял? – сказал Артемий Валерьевич жёстко. – Огонь – это боль. Ты должен привыкнуть к нему. Ты должен чувствовать его, но не давать сжечь себя. Давай ещё раз.
Что?! Да он точно рехнулся!!! Естественно, я дал по тапкам от этого дегройда в сторону поместья. Но старикан быстро догнал меня и подмял под себя на земле, придавив коленом. Он выворачивал руки и жёг их, чтобы тут же исцелять. Я же орал от боли.
– Помогите! Спасите! Убивают! А-а-а!
И никто ведь не выходил! Мне казалось, что за оконными занавесками из тюли собрались слуги и с усмешками наблюдали за мной. По крайней мере, Аркадий Петрович точно там, наслаждается зрелищем. Я просто уверен в этом!