Зи Чан – Юг (страница 144)

— Дань Хун, не узнаешь меня? — посмотрев на него, спросил парень.

— Молодой мастер Ли, что вы здесь делаете? — увидев этого молодого человека, Дань Хун сильно побледнел, покрываясь холодным потом. Как-никак этот парень, одетый в костюм от именитого дизайнера, был не кем иным, как сыном мэра города Наньнин.

Как известно, в город Гуйнин бежало правительство города Наньнин — столицы провинции Гаунси, поэтому помимо мэрии Гуйнина администрация Наньнина также обладала большой властью. Само собой, мэр Наньнина Ли Цзюмин и был главным руководителем этой фракции и, обладая огромной властью, являлся одним из самых высокопоставленных людей города. По этой причине, увидев сына мэра Ли, Дань Хун покрылся потом.

— Дань Хун! — посмотрев на него диким взглядом, в гневе закричал молодой Ли Хун, — Раз ты знаешь меня, то поторопись помочь мне разобраться с группировкой Цин-Ши! Или ты хочешь, чтобы мой отец живьем с тебя шкуру спустил?

После апокалипсиса вместе с разрушившимся порядком пропал и контроль со стороны общественности, поэтому многие дети высокопоставленных чиновников сегодня обладали правом казнить и миловать, из-за чего естественно они становились высокомерными до крайности. Вот Ли Хун и был ярким представителем такой золотой молодежи.

Подвергшись брани со стороны молодого человека, Дань Хун побледнел уже от злости. Он сам был далеко не низким чиновником, поэтому такое бранное отношение поставило его в очень неловкое положение. Тем не менее, его статус не мог сравниться с могуществом Ли Цзюмина, поэтому ему пришлось стерпеть.

Однако, только вспомнив о Юэ Чжуне, как в его сердце мелькнул страх — если тот вернется, то сам Дань Хун просто умрет без погребения.

— Ли Хун, я нахожусь при исполнении должностных обязанностей, так что прошу прощения! — собрав все свои силы, Дань Хун, стиснув зубы, повторно отдал приказ, — Арестовать всех!

По его команде десятки полицейских начали приближаться к толпе бойцов группировки Тянь-Лун. В то же время молодой Ли Хун с исказившимся от злости лицом громко крикнул:

— Как вы смеете? Я сын мэра Наньнина Ли Цзюмина — Ли Хун!

Узнав, кто перед ними стоит, полицейские заколебались и, остановившись, посмотрели на него. На сегодняшний день власть и влияние настолько крупного деятеля, а также его сына были безграничны. Полицейские, конечно, могут сейчас задержать всех этих людей, но через некоторое время их выпустят из тюрьмы, но сами служители закона могут и не дожить до завтрашнего дня.

— Кто отважился тронуть моего младшего брата Ли Хуна? — внезапно раздался рев.

Это прокричал коротковолосый, крепкий и плечистый молодой человек, одетый в форму китайской армии, следом за которым шел отряд до зубов вооруженных солдат.

«Черт, так и знал, что не смогу помочь Юэ Чжуну, даже показавшись здесь. Это конец!» — увидев отряд солдат, Дань Хун содрогнулся, а его лицо приняло пепельный цвет.

— Брат Чан, рад, что ты пришел! — поприветствовал подошедшего парня Ли Хун, широко улыбаясь.

Этого офицера звали Чан Юйфэн и, будучи командиром роты, он был другом Ли Хуна, поэтому и привел свое подразделение, чтобы поддержать его.

— Подумать только, это вы хотите тронуть моего младшего брата? — посмотрев на Дань Хуна, холодно улыбнулся Чан Юйфэн, после чего приказал своим людям, — Вперед, взять его, если отважится сопротивляться — убить!

Получив приказ, из отряда выскочило два элитных солдата, рысью бросившихся к Дань Хуну.

Отряд полицейских, видя вооруженных автоматами солдат, начали переглядываться и, отступив, позволили пройти к Дань Хуну. Все-таки пистолеты полицейских не шли в сравнение с вооружением армии, да и уровень их подготовки был гораздо ниже, так что городская полиция ничего не могла сделать с военными, в противном случае их просто бы расстреляли на месте.

— Я сотрудник правительства! Как вы смеете?! — будучи схваченным, прокричал Дань Хун.

— Сотрудник правительства? — с холодной усмешкой переспросил Ли Хун, — Тут я верховная власть и закон! Ты просто офицер небольшого полицейского департамента, и раз сопротивляешься, значит, просто торопишься на тот свет! Уведите его и расстреляйте!

— Не убивайте меня! Не убивайте! — закричал смертельно-побледневший Дань Хун.

Тем не менее, скрутив ему руки, два солдата потащили его к небольшому переулку, в то время как полицейские смотрели на это со страхом, опасаясь действовать, так как их могла бы ждать та же участь.

Глава 424. Начало боевых действий

— Это не очень хорошо, кажется, Дань Хуна сейчас ликвидируют, — нахмурившись, констатировал Шань Лун, стоявший у окна и следивший за развитием событий.

— Даже военные подтянулись, да? — поморщился Чжэн Минхэ, также увидевший прибывшее подкрепление, — Группировка Тянь-Лун действительно не проста.

В тот момент, когда схваченного Дань Хуна почти довели до переулка, там внезапно появились два костяных лезвия, наотмашь отрубивших головы конвоирам и заливших все вокруг кровью, чем сильно шокировали всех свидетелей.

— А-а-а! — увидев две отлетевшие головы, наиболее малодушные члены группировки Тянь-Лун не могли не отступить на шаг и не вскрикнуть.

В большинстве своем люди группировки Тянь-Лун были обычными выжившими, которым не приходилось лицезреть столь откровенных сцен, как отрубание головы, отчего они и были так испуганы. Пронзительные крики привлекли всеобщее внимание к переулку, откуда медленно вышел Юэ Чжун в сопровождении Ху И и других экспертов группировки Цин-Ши.

— Спасибо большое за спасение жизни! Огромное спасибо, Юэ Чжун! — со слезами на глазах благодарил Дань Хун, — Впредь моя жизнь принадлежит вам, босс Юэ Чжун!

— До тех пор, пока ты работаешь на меня, я не буду относиться к тебе плохо, — спокойно проговорил Юэ Чжун.

Естественно, он не верил ни одному слову Дань Хуна, как-никак на дворе современность, а не древняя эпоха — современные люди в большинстве своем клянутся также легко, как дышат. Только доброта и строгость обладает силой, способной заставить людей работать на вас.

Если бы Юэ Чжун не сделал свою группировку столь мощной, то не смог бы поглотить столько мастеров.

— Так ты и есть Юэ Чжун — лидер группировки Цин-Ши? — смерив его презрительным взглядом, сын мэра Ли Хун ухмыльнулся и хладнокровно приказал, — Полицейские, вы что, остолбенели? Немедленно схватить его, или хотите, чтобы с вас тоже живьем шкуру спустили?

Полицейские, подвергшись ругательству, как ранее и Дань Хун, также изменились в лице, тем не менее, хоть в сердце они и были недовольны, им все же пришлось начать двигаться в сторону Юэ Чжуна.

Все-таки в такое время стать полицейским для обычного человека — это выдающееся достижение, ведь не будь у них этого статуса, то они ничем не будут отличаться от рядовых, практически бесправных выживших. Поэтому под такими угрозами, даже если они и испытывали гнев, им приходилось подчиняться.

Злорадно посмотрев на Юэ Чжуна Ли Хун начал пятиться, скрываясь в толпе бойцов группировки Тянь-Лун.

Полицейские являются представителями властей города, поэтому если Юэ Чжун отважиться бросить им вызов, то администрация города Гуйнин вынуждена будет накинуться на него всей своей силой. В то же время если он не окажет сопротивления, то, как только попадет в руки правительства, станет полной добычей Ли Хуна.

— Юэ Чжун, сдавайся! Вставай на колени и целуй сапоги молодого мастера Ли, и тогда, быть может, он пощадит твою жизнь! В противном случае, твои семья и друзья должны будут умереть вместе с тобой! — громко глумился Шэн Хуайгуан.

— Юэ Чжун, предложи своих женщин братьям, и тогда мы, может быть, заступимся за тебя перед мастером Ли, чтобы он пощадил твою собачью жизнь! Ха-ха!

— …

Столь вульгарные шутки раздавались со стороны группировки Тянь-Лун, большинство членов которой были довольно низкими людьми, поэтому они без стеснения ругались и покрывали матами Юэ Чжуна, от души радуясь возможности поглумиться над слабым.

— Убить всех! — Юэ Чжун достал рацию и, смотря на глумящихся людей безжалостными глазами, отдал приказ.

Через мгновение во всех окнах штаб-квартиры группировки Цин-Ши показались бойцы, вооруженные автоматами m4, которые немедленно открыли шквальный огонь по собравшейся перед зданием толпой группировки Тянь-Лун, роте военных и отряду полицейских.

— А-а-а!

— Помогите!

— Ай, больно!

— Спасите!

— …

Не успев принять меры предосторожности, под таким градом пуль множество людей падали на землю в лужи собственной крови. Далеко не все сразу погибали, поэтому на всю округу разлетались стоны и жалобные крики.

В то же время Юэ Чжун, достав автомат «Тип 05», открыл быстрый прицельный огонь по солдатам роты Чан Юйфэна, которых застали врасплох, отчего они понесли большие потери — почти три десятка человек погибли на месте.

Никто даже представить не мог, что Юэ Чжун вдруг откроет огонь на поражение, продемонстрировав тем самым свою беспощадность и решительность — не сказав ни слова, он просто отдал приказ начать расстрел.

Почти в то же самое время в толпу военных ворвался скелет, который выпуская во все стороны костяные лезвия, крошил и рубил головы солдатам Чан Юйфэна.

Члены группировки Тянь-Лун, будучи собранными в плотную группу, также несли огромные потери от шквального огня, поэтому видя это, они начали немедленно разбегаться и бежать прочь от столь опасного места.