Жюль Пайпер – Поезд до жизни мечты. Психологический роман про поиск счастья, предназначения и смысла (страница 6)

– Каждое утро, когда звонит будильник, – иронизирую в ответ.

Патрик смеется и пристально смотрит мне в глаза, как будто ждет другого, искреннего ответа.

– Откровенно говоря, уже не помню, когда чувствовала нечто подобное. Видимо, это было очень давно, – признаюсь я. Повисает пауза.

– Можешь рассказать мне еще о своих приключениях?

Его глаза загораются.

– Ну конечно. На днях мы впервые пробовали китайскую еду.

– Серьезно? – скептически смотрю на него. Он смеется?

– Не лапшу быстрого приготовления из супермаркета. А то, что действительно едят в Китае.

Смотрю на него, как будто он вдруг начал говорить на китайском, – внутренне улыбаюсь своему каламбуру.

Он продолжает:

– Расскажи я сейчас, что мы ели, ты расстроишься. Или испытаешь отвращение. Я понял, ты вегетарианка.

– Не переживай. Я не из тех, кто читает лекции.

Никогда не понимала, почему люди оправдываются, когда едят собак, ведь свинина кажется им совершенно нормальной. Для меня оба этих животных равнозначны. Но в одних странах их держат в качестве домашних питомцев, а в других употребляют в пищу. Ну что же.

– Ну ла-а-адно, – начинает он осторожно, следя за моей реакцией. – Мы ели свиные уши.

– То есть?.. – спрашиваю, позволяя словам осторожно растаять на языке. Свинья. Ухо. Вижу свиное ухо и громко восклицаю: – Фу-у.

– Говорил же, это не для слабонервных.

– Подловил. Это звучит отвратительнее, чем я думала.

– Все еще хочешь узнать больше?

Не знаю, готова ли. Прикусываю нижнюю губу.

– Давай, – в конце концов стоит выслушать, даже если это никак не пригодится мне в дальнейшем. И слегка отвратительно.

– Утиный язык.

– Ой, все! – у меня вырывается стон. – Этого достаточно. Не надо больше. Лучше расскажи о любом другом приключении.

Пожалуйста, пусть эти картинки исчезнут и больше никогда не всплывают в моем воображении. Он смеется, вскидывая руки.

– Я предупреждал, – подхватывает кружку и наполняет ее новой порцией кофе. – Что еще… Впервые катался верхом.

– На лошади? – недоумеваю.

– Угу. Всегда побаивался их. Такие большие и непредсказуемые. Но каким-то образом они еще и очень умные. Много лет назад я проходил реабилитацию в Линдау. И там была конная прогулка. Как часть терапии. Было впечатляюще.

– Конная прогулка, – повторяю я. – То есть ты гуляешь по парку на лошади?

Патрик смеется:

– Не совсем. Каждому выделили лошадь, ее разрешалось вести на поводке. Если ты не ведешь ее, она ведет тебя. Нужно было обозначить лошади свои границы и отстоять их. Иначе она не признала бы в тебе главного.

– Я бы вряд ли победила. Я кто угодно, только не главная.

– Тут дело не в доминировании. Речь о том, чтобы направлять, быть последовательным, внимательным. Трудно описать. Это частично помогло мне лучше себя понять, осознать некоторые проблемы.

– Зачем для этого становиться главным? – спрашиваю вновь.

– Тебя это зацепило, да? – интересуется он.

– Просто почему всегда находится кто-то, кому надо управлять? Почему бы не побыть на одном уровне? На равных?

– Хороший вопрос. Наверное, потому что иначе все вый-дет из-под контроля?

– Да, но зачем навязывать свои правила лошади? Это же лошадь! – внезапно во мне снова вспыхивает гнев.

– Слушай, ну это все же больше про установку личных границ, а не про доминирование. Я же говорил. Если у всех получится их соблюдать, то уже нет главных. Наверное, я как-то не так рассказал с самого начала. Я чувствовал, что мы с лошадью на равных, понимаешь? Просто соблюдаем взаимоуважение.

Задумчиво отпиваю кофе.

– А можешь рассказать подробнее? Я не до конца поняла.

– Дай подумать. Тогда мне хотелось, чтобы лошадь просто шла рядом. Чтобы никто никого не вел. И это работало, пока мои мысли крутились вокруг животного, а не причин, которые привели меня в клинику.

– А что случилось потом? – я ставлю чашку на стойку.

– Как только я стал думать о плохом, лошадь остановилась и дальше не пошла.

– Значит, вы не были на равных. Ты ведь не хотел останавливаться, значит, лошадь нарушила твои границы.

– Это только поначалу так кажется. Просто, когда у меня возникали негативные мысли, лошадь сразу же реагировала на это. Мне показалось это немного страшным и впечатляющим одновременно. Поскольку животное реагирует на твои переживания, словно человек.

– Угу, – мой высокоинтеллектуальный ответ. Просто «угу».

Немного помолчав, Патрик продолжил:

– Думаю, чтобы в полной мере понять, надо проделать нечто подобное самостоятельно. Как моделирование ситуации. И получится ситуационная мудрость или как-то так.

Необычное словосочетание рассмешило меня, мгновенно вырвав из задумчивости. Надо запомнить. Ситуационная мудрость.

– Давай подумаем, что это могло бы быть. Приходит ли тебе в голову что-нибудь?

– Пробежаться по поезду голышом, – слова вылетают изо рта, как выстрел пистолета. Я тут же испуганно замолкаю.

– Хорошая идея. Уверен, многие пассажиры были бы довольны. Но, к сожалению, это запрещено. И я как железнодорожный служащий не могу тебе этого позволить. Есть другая идея? – криво усмехается он.

Надеюсь, краснота сошла с моего лица, пока Патрик размышляет, ненадолго замолчав.

– Что-то, чего ты раньше никогда не делала… Собственно, а куда ты едешь? Может, там найдется что-то подходящее? Например, весь день прогулять без смартфона в незнакомом месте или что-то похожее.

– Ха! Я и здесь без смартфона. Совершенно забыла об этом.

– Великолепно, – просиял он. – И как?

– В новинку, – мой ответ лаконичен.

Взгляд Патрика призывает меня рассказать больше.

Что изменилось, когда я забыла смартфон? Я бы не выпускала его из рук и сидела в рабочей учетной записи, отвечая на письма. И уж точно не общалась бы тут с официантом. Да и ни с кем другим, пожалуй, тоже.

– Без смартфона я постоянно разговариваю с незнакомцами.

– И это хорошо. Слушай, что они говорят, и найдешь следующее послание.

Глава 4

Решения

– Благослови вас Господь.

Женщина чуть за 40 входит в вагон-ресторан.

Да что у них всех сегодня с Господом? Мы приветствуем ее.

– Есть ли еще кофе? – спрашивает она, а я в это время любуюсь белоснежными крупными бусами у нее на шее. Они идеально подходят к шелковой блузке. А также к черным брюкам, как у успешных деловых особ. По крайней мере, в моем мире все устроено именно так.