Журнал следопыт» – Уральский следопыт, 1961-07 (страница 9)
Никогда не унывающий дядя Гриша и тот сегодня приутих. Раза два смотрел на Мишу долгим, внимательным взглядом. Серьезно смотрел, у него редко так бывает…
Впрочем, вот он и сам вылезает из кабины. Усадив Мишу рядом с собой на палубе, заводит разговор издалека:
– Чего школьники больше всего боятся?
Миша не знает, что и ответить. Верней, не знает, какую каверзу готовит веселый дядя Гриша. Он такой…
– Молчишь? Так я сам скажу. Больше всего школьники боятся экзаменов. Зато помнят их долго. И то, что учили к экзаменам, тоже долго помнят. Вот я тебе и решил экзамен устроить. Согласен? А даже если и не согласен – экзамен все равно будет.
Часа полтора после этого лазали по всему катеру. Когда Миша показал и рассказал все, что знал, дядя Гриша задал новый вопрос:
– А как, по-твоему, у какого движителя коэффициент полезного действия больше: у винтового или водометного?
Миша успел по-настоящему полюбить катер и поэтому не стал раздумывать с ответом – для него маленькое водометное суденышко могло иметь только достоинства. Но оказалось, что не совсем так. Трение воды о трубу снижает коэффициент полезного действия. Винтовые суда в этом отношении выгодней.
Но дядя Гриша был никак не меньшим поклонником водометных судов. Он тут же начал доказывать их преимущества. Из его рассказа Миша понял, что было бы неправильно создавать водометные катера как соперники винтовым. Нет, в обычных условиях винтовые суда лучше. Но только в обычных условиях. А для мелководья, для сильно заросших и засоренных рек «водометы»-суда бывают незаменимы. И не удивительно, что ими заинтересовались прежде всего сплавщики. Миша сам убедился, как может им помочь даже один катер.
– С восемнадцатого века началась история создания водометного движителя, – рассказывал дядя Гриша. – Много поработали и русские инженеры. Перед Отечественной войной инженер Хренников создал в Красноярске удачную конструкцию водометного судна. А вскоре после войны профессор Александр Поли-карпович Кужма, живущий сейчас в Перми, сконструировал катер, на котором мы плаваем.
– Этот самый? – переспросил Миша, легонько потопав ногой по палубе.
– Ну, конечно, не этот самый, – улыбнулся дядя Гриша. – Он придумал и разработал конструкцию, а на заводе по его чертежам стали изготовлять катера. Вот один из них и достался нам.
Александр Поликарпович вообще большой энтузиаст таких судов. Сейчас работает над конструкцией водометного бульдозера.
Опять Мише пришлось удивляться. Он видел бульдозеры – мощные тракторы с большими и тяжелыми ножами впереди. Что же такой неуклюжей машине делать на воде?
Дядя Гриша пояснил: на водометном катере укрепляют бульдозерный нож. Им катер толкает древесину, сгружает ее, гонит к сортировочным сеткам. Кроме того, он может и дно на полметра углубить, и как обыкновенный буксирный катер работать. Интересная машина!
…На несколько километров протянулся длинный прямой плес. Когда миновали верхний островок, река сделала поворот. На берегу показалась небольшая избушка.
– Долганиха, – сказал отец.
– Заночуем? – спросил Иван Александрович. Отец согласился.
Когда после ужина была убрана посуда, все собрались у костра. Долго сидели молча, любуясь открывшейся красотой. Менее чем в десяти километрах громоздилась серая каменистая громада Тулымского Камня, самой высокой точки в Пермской области. В этот вечерний час в седловинах между вершинами стояли облака. Они были синими, с белыми краями, а снизу заходящее солнце подкрашивало их розовым. Выше облаков, на фоне прозрачного неба четко выделялась причудливо очерченная, изломанная линия вершин Тулыма.
Миша не прислушивался к негромкому разговору взрослых. Он думал о том, что рассказывал сегодня дядя Гриша, о том, как это непросто – искать и находить. Вспомнились и слова Ивана Александровича:
– По-моему, на север идут только беспокойные люди. Здесь природа такая, что лентяев не терпит.
Беспокойные люди… Мише нравились эти слова. И здесь, у костра, на вишерском берегу, ему впервые захотелось стать настоящим, беспокойным человеком. Идти на север.
Поиски, находки, открытия
КТО ТАКОЙ АНДРЕЙ БАБАЕВ?
В условиях подполья, когда Я. М. Свердлову, как и другим революционерам, приходилось на каждом шагу опасаться агентов царской охранки, он скрывал свое подлинное имя псевдонимами: «товарищ Андрей», «Михалыч», Известно, что Я. М. Свердлов проживал в Перми под именем студента Льва Герца, а в Москве – по паспорту на имя Смирнова. Недавно мне посчастливилось раскрыть еще один псевдоним Я. М. Свердлова.
Я исследовал дела из фонда помощника начальника Пермского губернского жандармского управления по Екатеринбургскому уезду за 1905 – 1909 годы. В одном из дел оказалась «розыскная ведомость» на екатеринбургских социал-демократов большевиков. В ней указаны имя, отчество, фамилия и партийная принадлежность разыскиваемого, его приметы и сведения, «могущие содействовать розыску».
Данная «розыскная ведомость», составленная в начале января 1906 года, привлекла внимание потому, что в ней перечислялись видные члены Екатеринбургского комитета РСДРП, руководившие борьбой пролетариев нашего города в период наивысшего подъема первой русской революции. Среди них начальник боевых дружин Ф. Ф. Сыромолотов, соратник и жена Я. М. Свердлова К. Т. Новгородцева, замечательная подпольщица М. О. Авейде.
А где же Я. М. Свердлов? Жандармы не могли не обратить на него внимания хотя бы по одному тому, что он в так называемые «дни свобод» часто выступал на массовых митингах.
Снова внимательно перечитываю все фамилии разыскиваемых по этому циркуляру. И вот под N 4 значится:
«Бабаев Андрей, иззестный под кличкой «товарищ Андрей». Личность не установленная. Социал-демократ, формировал Екатеринбургский комитет Российской социал-демократической рабочей партии».
Я насторожился. Среди социал-демократов большевиков в Екатеринбурге в то время партийную кличку «товарищ Андрей» имел только Я. М. Свердлов. Именно он в октябре 1905 года, то есть сразу же после своего приезда в Екатеринбург, организовал и возглавил или, как писали жандармы, «формировал» местный комитет большевиков. Царским властям в Екатеринбурге, однако, не были известны подлинные имя и фамилия Свердлова.
Читаю относящиеся к «Бабаеву» следующие графы. В графе «приметы» значится, что он «роста ниже среднего, имеет небольшой горб, хороший оратор, брюнет». В графе «сведения, могущие содействовать розыску» (где обычно отмечалось местожительство родных и друзей разыскиваемого), жандармы ничего не могли добавить, ибо не знали, кто он в действительности. Но зато в этой графе имеются дополнительные данные о внешности «Бабаева», а именно: «усы черные, бороду бреет, носит очки, ходит нагнувшись вперед».
Большинство названных примет свидетельствует о том, что речь идет в данном случае именно о Я. М. Свердлове. Горбом (которого в действительности не было) филер называл, видимо, сильно выступавшие лопатки. Усы же тогда у Я. М. Свердлова еще только пробивались.
Есть, как видно, много доводов за то, что «Бабаев Андрей» есть не кто иной, как Я. М. Свердлов. Но в подобных случаях спешить с выводами нельзя. Нужна тщательная проверка этой находки, и я начинаю искать новые данные о «Бабаеве».
Один документ нашелся в судебных делах. Активный участник революции 1905 – 1907 гг., большевик Михаил Герцман в своих показаниях следователю о нападении 19 октября 1905 года «черной сотни» на митинг, организованный большевиками на Кафедральной площади (ныне площадь имени 1905 года), пишет, что «первым на этом митинге выступил Андрей Бабаев». А так как старые коммунисты – участники этого митинга – в своих мемуарах, изданных уже после Великой Октябрьской социалистической революции, единодушно указывают, что первым оратором на этом митинге был Я. М. Свердлов, следовательно, этот документ подтверждает, что «Андрей Бабаев» и Я. М. Свердлов – одно и то же лицо,
Прошло еще несколько дней кропотливых поисков. Внимательно, с помощью лупы, просматриваю очередное дело.
Вот и последние листы. Ничего! Ан, нет! На последнем листе – приказ начальника Пермского губернского жандармского управления своему помощнику в Екатеринбургском уезде от 24 марта 1909 года. Уточнить, «подлежит ли розыску упоминаемый в списке «Андрей Бабаев». Кто-то из екатеринбургских жандармов поставил после слова «Бабаев» крестик и в левом углу этого документа подле такого же крестика черными чернилами четко и ясно написал: «Яковъ Михайловъ Свердловъ» (см. фото). Выше и ниже этих слов другой жандарм значительно позднее (судя по тексту, в 1910 – 1912 гг.) написал фиолетовым карандашом: «В 1905 – 1906 гг. ораторствовал на собр (аниях) под псев (дони-мом) «тов. Андрей». Отбыл крепость в Екатеринбургской тюрьме до 21 сентября 1908 г. [1] и отправлен был в Пермское городское полиц (ейское) управление, в январе 1910 г. арестован в Москве».
Таким образом, сами жандармы подтвердили документально, что Бабаев и Свердлов – одно и то же лицо.
Любопытно отметить, что эта истина «дошла» до тугоумных царских опричников с большим опозданием: Я. М. Свердлов был ими арестован в Перми еще 10 июня 1906 г., а они почти три года после этого продолжали розыск «Андрея Бабаева».