Жорж Колюмбов – Обретение стаи (страница 24)

Торик тоже встал, тяжело вздохнул, пнул в сердцах жестяную банку, стоявшую неподалеку, и зашагал по аллее к выходу. И тут…

Да! Сердце забилось чаще. Это была она, та самая брюнетка! И сегодня она гуляла здесь одна, без подруги. Сегодня она казалась немного растерянной. К его удивлению, девушка, только увидев, сразу узнала его, кивнула, слегка улыбнулась и неспешно спросила:

— А вы случайно Катю мою не видели?

— Нет, не видел.

Все произошло так быстро, что Торик даже испугаться не успел. Сам собой затеялся разговор, будто они уже сто лет знакомы. Ничего себе!

Разговорились. Эту девушку тоже звали Катя. Дружат две Кати давно, с того дня, как поступили учиться на провизоров. Одногруппницы тут же окрестили их «катионами». Логично же — и Кати, и «она», и все вокруг посвящено химии. Хотя характеры совсем разные. «Противоположности притягиваются», — сказала Катя и улыбнулась. Улыбка у нее была очень приятная — открытая и без жеманства. Сегодня две Кати снова договорились тут встретиться. Но, видимо, у второй что-то не сложилось — на радость Торику.

— А вас как зовут?

— Анатолий. Но мне ближе форма «Торик».

— Торик? — Катя словно катала новое имя на губах, пробуя, и звучало оно у нее замечательно. — А мне нравится.

«А мне нравишься ты», — чуть было не брякнул Торик, остро осознав, что так оно и есть. Но благоразумно промолчал, а вместо этого сказал:

— Посидим?

— Сегодня прохладно. Лучше прогуляемся, да?

Больше вторую Катю в этот день не вспоминали. Говорили о том, о сем. Катя тоже любила читать, правда, совсем другие книги. Она любила всю серию «Анжелики», читала любовные романы (только не эти, глупые, хорошо, когда с подоплекой, с историей). Нашли даже общее в прочитанном — это оказался цикл «Колдовской мир» Андре Нортон. Они обнаружили общий пласт интересов в химии, а еще Катя любила музыку. Но только слушать, а не петь или играть самой. Все оказалось куда проще, чем Торику представлялось. И даже первый шаг не понадобился.

Телефонами обмениваться не стали. Зато Катя обронила, что работает «вон в той синенькой аптеке». Вообще-то здание аптеки было серое, но с яркой сине-зеленой вывеской. Хотя какая разница? Торик предложил встретиться в воскресенье в этом же парке.

— В субботу? — предложила в ответ Катя. — В воскресенье, скорее всего, меня работать заставят.

Торик энергично согласился. Его радовала эта ее манера — не ссориться, не спорить, не настаивать, а спокойно предлагать свое. Да и сама Катя нравилась ему все больше.

* * *

Май 1995 года, Город, 30 лет

А суеты на работе все прибавлялось. Торик теперь иногда ездил в компьютерную фирму, где закупали оборудование. К своему удивлению, подружился с ребятами оттуда — столько общих интересов! Особенно близко сошлись с Владом.

Вечером, после работы, Торик снова заехал к ребятам, и они показали, как легко собираются и разбираются новые компьютеры. По сути — тот же конструктор, только на выходе получались не бессмысленные монстры, а вполне работоспособная техника.

Встрепенулись и расправили крылья прежние мечты о собственном компьютере дома. Теперь все стало даже реальней. Купить компьютер по-прежнему немыслимо: они стоили очень дорого. Зато, если с каждой зарплаты покупать что-нибудь из комплектующих, со временем можно дойти до полной конструкции. Вот только монитор дорогой, и его не разделишь на части. Ладно, там видно будет. А пока Торик купил себе графическую карту — первый кирпичик для будущего компьютера.

* * *

На работе он теперь сидел на месте Филина, в самом углу. Под рукой — телефон, напоминающий о чудесном мире интернета, потерянном навсегда.

Бухгалтерши перестали стесняться, разговаривали свободно и громко. Чтобы хоть как-то сосредотачиваться на разработке программ, Торик купил себе маленькие наушники и пару компакт-дисков с музыкой. Очень кстати на новом сервере, за которым он теперь сидел, обнаружился привод компакт-диска с регулятором громкости, дырочкой под наушники и даже с кнопками, как на плеере. Торик теперь работал и слушал музыку «без отрыва от производства».

Один из дисков, «Баллады на испанском» группы Roxette, выручал чаще всего. Сначала Торик просто отгораживался музыкой от шума, но постепенно сроднился с каждой песней альбома, выучил наизусть каждую интонацию Мари и Пера, каждый музыкальный пассаж, и все равно хотел слушать эти песни снова и снова. Они спасали его, вытягивая из суеты окружающего мира.

Новая сеть работала гораздо стабильней, и теперь Торик недоумевал: зачем же они столько мучились, если можно было сразу сделать все как надо? Ответ простой: ситуация должна дозреть. Стать не просто чуть хуже, а слишком плохой, невыносимой, чтобы захотелось изменить положение дел.

В конце одного из рабочих дней он наконец дописал свою огромную программу для товарной группы и снял наушники. В комнате сидела только Кузенька и ожесточенно стучала по клавишам, что-то бормоча себе под нос. Дверь открылась и вошла Жанна, приветливо кивнула Торику и сделала большие глаза, глядя на Кузеньку.

— Рабочий день его почти уже закончен, — вдруг сказала она строчкой из популярной песни.

— А дебет с кредитом остался не сведен! — в тон ей пропела Кузенька.

Обе прыснули. Торик не удержался:

— Такое впечатление, что я живу внутри мюзикла!

Девушки рассмеялись уже в голос.

— Пошли уже, великая комбинаторша. Завтра сведешь.

* * *

Июль 1995 года, Город, 30 лет

Жизнь переменилась: Торик с Катей стали встречаться, не слишком часто, но регулярно. Она была разной — то радостной, то озабоченной проблемами, то усталой, то просто спокойной и уверенной. Последнее состояние Торику нравилось больше всего. Он и сам был флегматиком, только сейчас очень замученным и задерганным. А рядом с ней он ощущал… созвучность? Гармонию? Словно они настроены на одну волну.

Кате исполнилось двадцать пять, она жила с родителями, но у себя в комнате была полной хозяйкой: слушала музыку, неплохо рисовала, собирала библиотечку любимых книг. В общем, первое впечатление не обмануло: Катя оказалась девушкой вполне приятной и самодостаточной. Было у нее несколько подруг. А парня не было, чему Торик удивлялся — ну как на такую симпатичную и милую девушку никто не обратил внимания? Лишь однажды она вскользь упомянула, что один парень был, но потом у них что-то там не сложилось. На деталях акцентироваться не хотелось, и больше эту тему не затрагивали.

Июльским вечером они шли по бульвару и болтали обо всем на свете.

— Недостатки бывают у всех, — вещал Торик. — Плохо, когда они неисправимые.

— И какие у тебя могут быть неисправимые недостатки? — хихикнула Катя и легонько толкнула его в бок.

— Я социопаД, — ответил Торик, выделив последнюю «Д»

— Может, социопат?

— И это тоже, но я не ошибся. Как только я попадаю в общество, у меня тут же падает настроение. Мне хочется немедленно уйти и забиться глубоко в свою нору. На неделю, не менфе! — добавил он голосом Кролика из мультика про Винни-Пуха.

Катя тихонько рассмеялась и наклонила голову. Волнистые каштановые волосы рассыпались веером.

— Тогда и я тоже — социопаД! Обожаю забиваться в норку! А… можно мне к тебе? Пустишь меня в свою жизнь?

— Приходи, — улыбнулся он в ответ.

* * *

Тучи на работе продолжали сгущаться. В сентябре президент созвал общее собрание и объявил, что в следующем месяце будет много нововведений.

Бухгалтерши стали нервными, разговоры — резкими и краткими. Светлане все чаще приходилось гасить мелкие конфликты, а то и просто вставать и по-детсадовски успокаивать подчиненных:

— Де-воч-ки, не надо кричать. Спокойно работаем до конца месяца. От нас ничего не зависит. Они уже все решили.

* * *

Сентябрь 1995 года, Город, 30 лет

Торика эти новости не слишком волновали. Увольнять единственного в фирме программиста вряд ли будут, снижать зарплату уже некуда. Так что формально ничего ужасного ему не грозило. Больше пугало другое. Зарплатники решили, что пора наконец заняться их программой. И вот там действительно оказался полный швах.

Экономические правила в стране были запутанными и противоречивыми, да еще и менялись чуть ли не каждый месяц. Люди в отделе зарплаты оказались сложными и склочными, но, что хуже всего, они знать не хотели никаких сроков. Программа должна быть написана «вчера, и то уже поздно». Никаких других задач у Торика быть не должно, только они, зарплатники, во всем главные и единственные. В общем, все грустно и беспросветно.

Но ведь не зря говорят, что если где-то прибыло, то рядом непременно убудет. И наоборот: если сильно прижало, значит, близится рассвет и скоро отпустит. А вот с какой стороны — не угадать.

Случилось так, что на складе внезапно и очень кстати вышел из строя монитор. Его удалось списать, а потом Торик сам отвез его к ребятам и починил, уже за свой счет. А еще у ребят от старого компьютера остался свободный корпус, и они подарили его Торику, как активному клиенту. Осталось докупить только материнскую плату и винчестер. Недостижимая мечта — домашний компьютер — с каждым месяцем становилась все реальней!

Глава 13. Новая метла

Октябрь 1995 года, Кедринск, 30 лет