Жорж Бор – Земли мертвых (страница 27)

— И тут обманул, тварь, — задыхающимся от ненависти голосом произнес Искра, — И жив до сих пор, отродье мерзкое. Как его только земля носит, паскуду такую?

— Думаю, что мы сейчас оба говорим об одном и том же человеке, — негромко произнес я, — Почему Храбра никто не остановил? Ну ведь понятно же, что я не буду разрушать святилище рода. Я же сам при этом подохну.

— Страх в княжеском тереме поселился перед силой твоей черной, княжич, — вздохнул Искра, — Сперва столица сменилась, а затем и сруб родовой перестал быть. Сложно было к разуму родичей воззвать. Кто изначально Храбра не поддерживал, то со страху на его сторону встал. А остальные и так рады стараться были. Этому змею только того и надо было. Сейчас уже только понимаю, что изначально он род сгубить собирался. Кабы не ты, то еще на плечах остатков войска отца твоего Валдис в Смоленск ворвался.

— Поясни, — попросил я. Ситуация выглядела очень странно. Хотя бы потому, что Храбр сам был членом Смоленского рода. То есть он бы тоже погиб из-за уничтожения святилища. По крайней мере, мне говорили именно так.

— Редко, но и такое бывает, что из рода в род люди переходят, — тяжело ответил Искра, — Ежели загодя об этом сговориться, то можно ряд особый заключить. Только обычно о том оба рода знают. И тот что отдает, и тот что принимает.

— И если первый вымер под корень, то и предупреждать никого не надо, — понятливо произнес я, — Хреново дело, что такое под носом у вас творилось, а вы ни сном, ни духом.

К этому моменту от ближайшего перелеска вернулся один из гридней. К нам спешили и другие, но этот ещё издали начал размахивать руками.

— Есть место удобное, светлый князь, — подъехав ближе, воскликнул дружинник, — Ручей добрый и место укромное в балке. Коли будет на то твоя воля, там и заночевать можно.

— Светлый князь? — растерянно пробормотал Искра, — Неужто…

— Нам многое надо обсудить, Искра, — тяжело ответил я, — Смоленск-то мы отбить успели, да поздно было уже. И для родичей всех, и для княгини. Кстати, насчет неё ты прав был. Печенеги её под контролем держали. Но вовремя до нас добраться не успели.

— Ещё и эта напасть? — подавлено пробормотал старик.

— С этой напастью князь разобрался уже, старче, — произнес Прохор, — Давай верхом сесть помогу. Чай сил не осталось совсем. Едва на ногах стоишь.

Минут через пятнадцать мы добрались до найденного дружинником места. Для стоянки оно действительно подходило отлично. Со стороны дороги возвышался небольшой холм с густой рощей наверху. В низине нашлось место для всего отряда и даже для лошадей. Никита назначил дозорных, а подчиненные Марьи быстро развели костер и принялись что-то готовить.

Искра настороженно следил за поляницами и временами вопросительно косился на моих военачальников. Старик отлично знал повадки амазонок и старался не болтать при них лишнего. Наверное поэтому он так нервно отреагировал, когда один из гридней сцепился с парой амазонок в споре о заточке мечей. В понимании старца, на этом должен был закончиться земной путь этого наглеца.

— Поведаешь мне о приключениях своих, светлый князь? — осторожно спросил Искра, — Воины твои чудеса меж собой всякие обсуждают, да верится мне с трудом во всё это?

— Это правильно, — улыбнулся я, — Ты им не верь, Искра. Наплетут с три короба и даже не поморщатся. Я иногда сам удивляюсь, когда такие рассказы слышу.

— Прям всё врут? — слегка прищурился старец и я с облегчением увидел в нем тень того человека, которого знал.

— Может и не всё, — пожал плечами я, — Но раздуют раз в десять точно. А что рассказывают?

— Что ты в одиночку лешего победил и дитя у него отобрал, — произнес Искра, — А потом его воспитал, как сына родного.

— Эмм… — протянул я, — Не совсем так, но близко. Это не сын тому лешему был. Скорее просто дальний родственник. Я не успел узнать. Я тогда еще язык леших не понимал.

— И тут, значит, молва не врет, — удивленно покачал головой старик, — Что с нечистью ты дружбу водишь и даже представления ей на потеху устраиваешь…

— Стоп! — недовольно произнес я, — Во-первых, это было не представление, а полноценный аукцион. Между прочим, весьма прибыльный. Во-вторых, я далеко не со всеми древними дружу. Только с лешими, да и то у нас чисто деловые отношения. А в-третьих, откуда ты это всё знаешь? Ты же с нами всего двадцать минут как встретился и за это время никто из гридней даже рта не открыл?

— Земля слухами полнится, светлый князь, — кротко ответил старик.

— Это не ответ, — покачал головой я, — Ты пойми, Искра, я твою клятву слышал, но вокруг такая хрень творится, что я уже ничему не удивлюсь. Даже прямому обману предков и богов.

— Сложно это объяснить, Алёша, — вздохнул Искра, — Да и неловко мне о таком говорить. Ежели помнишь, то рассказывал я тебе о прошлом своем.

— Было дело, — кивнул я, — Кстати, по этому поводу у меня тоже вопрос к тебе будет, но он подождет.

— Давно я заподозрил, что Храбр дела темные свои в Смоленске крутит, — произнес старец, — Едва ты город покинул, как неладное что-то твориться начало. То тут человек пропадет, то там дом сгорит… Начал я народ спрашивать и понемногу на след смертопоклонников вышел. Долго кругами ходил, но однажды удалось мне одного из них живьем взять. Он-то мне и поведал, что давно за тобой пригляд идет. Еще после битвы с Валдисом первой. Вести постоянно в Смоленск летят.

— Что-то завираешься ты, старче, — недоверчиво покачала головой Марья, — В жизни не поверю, что кто-то Мертвого разговорить смог. Эту погань хоть на части режь, а ни слова из них не выдавишь.

— Так способы подходящие знать надобно, красавица, — кротко ответил Искра, — Тогда и ответы можно желаемые получить и другое всякое.

— И ты, получается, способы такие знаешь? — прямо спросила Марья.

— Искра служил Эрлик-хану много лет, — негромко произнес Прохор, — Яромир, старейшина наш, о том знал.

Воительница растерянно уставилась на изможденного старика напротив себя и долго пыталась понять врем мы ей все вместе или нет. В итоге просто махнула рукой, не желая ломать себе мозг сложными взаимоотношениями внутри моего семейства.

— Ты отвлекся, — напомнил я старцу о его рассказе, — То есть ты допросил Мертвого…

— Пятерых, — поправил меня Искра.

— Пятерых, — согласно кивнул я, хотя и верилось в это с трудом, — И они тебе рассказали о том, что со мной происходит по дороге.

— Так и есть, княже, — кивнул Искра, — Во всех подробностях поведали. И о сражении с упырями, о дарах поляниц, о путешествии по темному миру, великом истреблении пауков и победе над Лихом. О столице новой основании и о том, что лешего своего ты там за главного оставил. И о нападении поисковых отрядов Валдиса. О том как жители чудные града твоего в бою себя показали.

— И всё? — на всякий случай спросил я.

— На том рассказ их закончился, — кивнул старец, — Про Шумячи еще сказано было, что власть ты там новую поставил.

— Вот дерьмо! — зло воскликнул я и, от избытка чувств, шарахнул кулаком по ладони, — Твоя недоработка, Никита.

— Ты о чем княже? — немедленно напрягся десятник, — Коли повинен в чем, то прощения прошу. Жизнь моя в твоем распоряжении.

— Да что вы все заладили? — недовольно отмахнулся я, — Этого казни, этого казни… А работать мне с кем? Обидно просто, что нас вели как идиотов всю дорогу, а мы и в ус не дули.

— Не пойму я тебя, князь, — честно признался Никита, — Кто кого вел? Куда? И при чем тут Искры рассказ?

— А ты не понимаешь? — всплеснул руками я. Мне действительно было чертовски обидно, что я так безоговорочно доверился своей дружине. Хотя предусмотреть подобное было нереально. Мы ведь и на предмет меток всех проверили. И даже побратались перед финальной атакой упырей, — А ну, собери последовательность действий, о которой Искра говорил.

— Ну, — кивнул десятник.

— И теперь хорошо подумай, Никита, — произнес я, — Откуда слуги Эрлик-хана могли с такой точностью получать настолько свежую информацию, если мы все это время по лесам и полям шатались? Если даже ни в один постоялый двор не заходили, чтобы по пьяни чего-то такого случайным собутыльникам наплести?

Лицо десятника постепенно наливалось кровью. Потом покраснела шея и во все стороны потянулись волны красноватой энергии. Стоявшие поодаль гридни вытянулись в струнку, а я просто шарахнул по подчиненному Гневом Земли.

— Шумячи, — прошипел Никита, — Это предатель остался в Шумячах. Притягивает видать это место всякую погань. Выжечь его, да землю солью засыпать.

— Вот этим на досуге и займешься, — произнес я, — Когда в отпуск отправишься. А сейчас нам другие задачи решать нужно. Искра, если ты обо мне всё вот это вот знал, то на кой хрен поперся в логово Мёртвых?

— А не было у меня другого пути, князь, — тяжело ответил старик, — Род свой отстоять я не смог. Про тебя такого понарассказывали, что у меня последние волосы поседели, а в Смоленске оставаться и на дела Храбра смотреть сил не было. Вот и решил я куда побольнее ударить вражину, покуда силы еще во мне остались.

— Это что получается, — прогудел Прохор, — Ты один пошел храм Эрлик-хана штурмовать?

— Получается так, — кивнул Искра.

— Видишь, Марья? — повернулся к главной полянице воевода, — А ты говорила, что князь наш безрассудный. Всего тридцать воинов с собой взял…