Жорж Бор – Инициация (страница 5)

— Здесь вам предстоит жить в период пребывания в нашем офисе, — произнёс шонг, — Питание трижды в день или по запросу. Располагайтесь. Через час придёт глава исследовательской группы и расскажет о вашем расписании.

— Спасибо, — сказал Таваль, но Шорб уже ушёл. Щелкнула дверь и индикатор замка сменил цвет с зелёного на красный. Напарник хмыкнул и негромко произнёс, — Доверяй, но проверяй, значит. Не удивлён…

Я, занятый осмотром, не обратил на слова компаньона внимания. В том, что свободно передвигаться мы не сможем, я даже не сомневался. Наше временное жилище впечатляло. Я уже привык к тесным каютам, поэтому несколько больших комнат сильно меня удивили. Зачем столько места для двух разумных? К тому же заполненных таким количеством мебели!

— Как думаешь, — спросил я у Таваля, — сколько тут обычно живёт народа?

— Нисколько, — хмуро ответил человек, — Эти помещения специально для нас подготовили, мой любопытный друг. Вернее для тебя, так как я сюда попасть был не должен. Кстати, спасибо, что все же поднял эту тему на переговорах.

— Да не за что, — улыбнулся я, — Куда же я без всезнающего полковника лок Трингера!

Таваль быстро приблизился и навис надо мной. Я почувствовал запах гормонов и бушующую ярость в эмоциях компаньона.

— Никогда, — прошипел человек, — Слышишь, шонг? Никогда не называй меня так! Полковник лок Трингер умер. Сдох на орбите Струмэ. Вместе со своими подчинёнными. Нет его больше.

Я напрягся в ожидании удара, но его не последовало. Таваль резко выдохнул и ушёл, скрывшись за одной из дверей. Вскоре оттуда послышался шум льющейся воды. Я передернулся, представив, что напарник добровольно занимается подобными вещами, и достал из кармана прихваченную из кабинета господина Юргена плитку рациона.

— А ещё меня безумцем называет, — пробурчал я с набитым ртом, — Сам не лучше…

Доедая паек я вдруг задумался о своём состоянии во время переговоров. Вспышка ярости напарника была очень яркой, почти осязаемой. Во время беседы с главой корпорации оба человека тоже должны были испытывать эмоции, но тогда я их почему-то не почувствовал, хотя некоторые отчётливо видел в движениях и мимике. Сбой моего организма или что-то другое? Может у корпорации есть средства защиты от подобных способностей? Данный вопрос, к сожалению, так и остался без ответа.

Вскоре пришёл улыбчивый пожилой человек в белом костюме странного покроя. К этому моменту напарник уже вернулся и занял одно из свободных кресел.

— Я очень рад, что вы согласились принять участие в моих исследованиях, господа, — тараторил человек, — Меня зовут профессор Коул, можно просто профессор или Ганс, кому как удобно. Нас ждёт много увлекательных экспериментов и я с нетерпением жду начала исследований.

Надо сказать, что эмоции Коула соответствовали его словам на сто процентов. Вспышки радости и нетерпения следовали одна за другой.

— Фанатик, — тихо буркнул Таваль, но значения этого слова я не знал.

— Что от меня требуется, профессор Коул? — спросил я.

— О, я так рад, что вы задали этот вопрос! — всплеснул руками человек, — Первоначально нам нужно провести анализ всех жидкостей и тканей вашего организма, затем мы проведём несколько экспериментов с разными видами излучения, затем…

— Погодите, Ганс, — поднял руку я, внезапно поняв, что уже устал от этого деятельного старика, — Просто скажите куда идти и что делать. Я готов начать прямо сейчас.

— Как это прекрасно, юноша! — воскликнул Ганс, — Идемте скорее в лабораторию и приступим.

Через несколько часов я уже проклял свое решение совершить сделку. Меня кололи иглами в самые неожиданные места, отковыривали куски кожи, срезал волосы, царапали зубы. К вечеру я был настолько измучен, что едва добрел до нашего временного жилья. Сопровождавший меня профессор, всю дорогу причитал, что очень огорчён тем фактом, что за сегодняшний день успели так мало.

Я завыл бы от радости, когда за моей спиной, отсекая болтливого старика, закрылась дверь, но сил хватило только на то, чтобы доползти до дивана.

— Что значит «фанатик», Таваль? — неразборчиво спросил я уткнувшись лицом в подушку.

— Это значит, мой любознательный друг, что разумный настолько увлечён своей работой, что может достать ей кого угодно.

Остаток фразы я не услышал, потому что банально уснул. Следующие два дня превратились в настоящий кошмар. Я побывал в невероятном количестве оборудования. Куда-то я залезал сам, куда-то меня затаскивали на специальных носилках.

Когда очередь дошла до изучения возможностей моего тела, то меня привели в огромную пещеру, где располагались различные снаряды. Ненавистный голос профессора давал команды и мне приходилось их беспрекословно выполнять. Если ужасного старика не устраивали результаты, то мне все приходилось делать заново. Моё терпение лопнуло, когда Коул приказал мне лезть в бассейн с водой и пройти его по дну.

— Да вы издеваетесь?! — заорал я в потолок, потому что не знал где стоят камеры, — Я не полезу в эту жижу!

— Это очень важный эксперимент, Гирт, — зачастил профессор, — Его обязательно нужно пройти, иначе у нас будут неточные данные, а этого допустить никак нельзя!

— Да мне плевать на ваши данные, — взорвался я, — Давайте следующее испытание.

Вместо ответа под потолком вспыхнул свет и все объекты вокруг пришли в движение. Препятствия уходили в пол, стены начали сдвигаться. Через пять минут я стоял в узком коридоре. Впереди был бассейн с водой, позади глухая стена.

— Это очень важный эксперимент, Гирт, — снова повторил человек, — Я рассчитываю на твоё понимание.

После его слов стена за моей спиной начала приближаться.

— Вырубите эту хургову хреновину, — заорал я и упёрся руками в стену.

— Отлично, — пробормотал безумный старик, — Заодно выясним экстремальное значение силы.

Бороться со стеной было бессмысленно — на мои усилия она никак не реагировала. Я отскочил к самой кромке воды и затравленно огляделся по сторонам. Бежать было некуда. Будь я в основной форме, то легко забрался бы на стену, она было высотой всего метра четыре, но в теле шонга это было практически невозможно. Практически…

Я рыкнул и сосредоточился. Ногти на руках кольнуло болью. Мышцы ног свело коротким спазмом. Я присел и с места прыгнул вверх почти на два метра, вгоняя когти прямо в поверхность стены. Рывок и я оказался на каменном гребне. Обратная трансформа прошла без проблем, оставив после себя два чувства. Голода и совершенной ошибки.

— Потрясающе… — протянул Коул, — Давай ещё раз. Ник, моделируй схожие условия в других плоскостях. Работаем, работаем.

Остаток дня я скакал по стенам и бегал по потолку. В какой-то момент, я все же ошибся и полетел вниз. Отвратительная жидкость приняла меня в свои жадные объятия. Было ужасно холодно и противно. Я начал биться, пытаясь выбраться на поверхность, но совершенно потерял направление. Мой, полный ужаса, вопль превратился в цепочку пузырей, сознание начало гаснуть.

Как меня вытаскивали из бассейна я не помню. В сознание я пришёл уже в коридоре. Я висел на плечах работников исследовательского центра, а передо мной метался профессор Коул.

— Это удивительно! — бормотал этот псих, — Это просто невероятно! Вы меня поразили в самое сердце, юноша!

Я боролся с дурманящим сознание чувством голода и отчаянным желанием убить своего мучителя и всех его подручных. Страшно даже представить на что способен этот человек и что было бы, попади я в его руки в качестве пленника…

— Еда, — прохрипел я.

— Конечно, конечно, — тут же закивал Коул, — Молодой здоровый организм, тем более после таких нагрузок требует пищи. Скоро вас доставят в ваши апартаменты. Осталось провести ещё пару экспериментов и, на сегодня, мы закончили.

Я рванулся вперёд и схватил человека за отвороты халата. Трансформа глаз произошла сама собой и я увидел притягательный свет вокруг тела профессора.

— Сейчас, — прорычал я.

— Хорошо, Гирт, — быстро сказал Коул, — Пожалуй на сегодня закончим, хоть и выбьемся из графика, но ничего не поделаешь.

Совещание лидеров галактических корпораций в этот раз проходило спокойно. Процесс был запущен и теперь обратного пути не было. Недовольные утихли и включились в общую работу.

— Что удалось узнать, Юрген? — спросил Томаш.

— Много всего, — ответил глава Интронидис, — Не думаю, что тебя интересуют физические параметры нашего подопытного. Одно могу сказать — профессор Коул в восторге.

— Ты все ещё держишь у себя этого психа? — удивлённо спросил андроид.

— Да, — кивнул Юрген, — Но я не выпускаю его с территории исследовательского центра.

Присутствующие сдержанно посмеялись, но по взглядам многих коллег Юрген видел, что его слов недостаточно.

— Тело испытуемого невероятно устойчиво ко многим видам излучений, — начал перечислять человек, — Мы изучили ткани и жидкости его организма, но найти глобальное отличие от обычного шонга так и не смогли.

— Воспроизводить пробовали? — спросил Аркот.

— Конечно, — кивнул Юрген, — В первый же день. И даже успели испытать материал в деле.

— И что? — не выдержав спросил один из присутствующих.

— Ничего, — ответил Юрген, — Ралингот не отреагировал на копию, хотя мои биологи клялись в полной идентичности образцов. Без самого гиртама его запчасти ничего не стоят.

— Жаль, — протянул Томаш, — Это было бы очень изящное решение проблемы…