Женя Шуменко – Простивший не знает правды (страница 6)
– Их след простыл.
Росана залпом выпила содержимое стакана, прекрасно понимая, что сейчас произойдет. И словно в воду глядела: в ресторан вошло около десяти милиционеров, одетых в темно-серую форму, с оружием в руках. Музыка перестала играть. Гости в недоумении застыли.
– Граждане, сохраняем спокойствие! Обычная проверка документов, – показал удостоверение один из них, по-видимому, самый главный.
– Какие тебе документы, мент позорный?! – выкрикнул кто-то из-за стола. – Пришел тут, ксивой машешь, праздник людям портишь!
– Добавляем к проверке документов осмотр личных вещей. И в дальнейшем я бы попросил не пререкаться. А то еще чего-нибудь проверим, – с издевкой ответил милиционер.
– Черт! Им-то что тут надо?! – спихнул Вара с себя танцовщицу и повернулся к Яше:
– Кто пропустил? Иди разберись немедленно!
– Да куда я сейчас пойду? Они вход-выход заблокировали! – тихо пробормотал в ответ тот.
– Ладно, мальчики, мне пора, – затушила сигарету о белое блюдце Росана и влезла в рукава шубы. Затем она расстегнула сумочку, повернулась к Женьке и прошептала:
– Немец, что сидишь со стеклянным лицом? Пистолет мне в сумку кидай быстрее, увезут ведь менты тебя.
– Откуда ты знаешь, что у меня… – дотронулся до пиджака он.
– Я наблюдательная. У тебя времени несколько секунд. Сдал вас кто-то. Кто-то из своих.
Женька в одно мгновение вытащил пистолет и закинул в ее сумку. Вишня молниеносно застегнула замок…
– Валите отсюда, мусора! – заорал кто-то из толпы пьяным голосом.
– Мочи их! – раздалось в поддержку с другой стороны зала.
– А ну все на пол легли! – поднял главный из ментов пистолет и произвел предупредительный выстрел в потолок. – Никому не двигаться.
Гостям ничего не оставалось, как подчиниться и упасть на пол.
Вишня с железным лицом поднялась из-за стола, накинула сумку на плечо. Медленным шагом, с поднятыми вверх руками, она пошла в сторону выхода.
– Приказано не двигаться! – сказал один из милиционеров и наставил на нее пистолет.
– Теплицкий, ты опять? – остановилась она в нескольких метрах от главного, не обращая никакого внимания на то, что она находилась под прицелом. – Ты меня уже сегодня в «Русском» проверял. Больше я тебе себя лапать не дам.
– Росана Витальевна. Вы и тут работаете?! Где вы только еще не успели в нашем городе блеснуть своим талантом.
– В цирке.
– В каком цирке? – не понял следователь.
– В цирке ВАШЕМ не успела блеснуть талантом. Там клоунов и без меня хватает, – буркнула она. – Ну так что, я пошла?
– Да, Росана Витальевна, можете идти. К вам вопросов нет. Вас уже сегодня и правда досматривали. – Глаза Теплицкого скользили по ее тонким щиколоткам и длинным, стройным ногам, выглядывающим из разреза шубы, словно раздевали ее. – Только вот…
– Что только вот? – нетерпеливо уставилась она на него.
– Еще увидимся, – пообещал он.
Женька облегченно вздохнул, когда Росана скрылась из вида.
– Ты что, не мог договориться по-нормальному? – повернул он голову в сторону лежащего рядом с ним на холодном полу Вары.
– Так народ выпил, видишь, понесло как… Языки распустили.
– Е-мое, ну что у тебя за охрана! Горе луковое. Теперь торчать здесь до утра будем, пока они не найдут то, что ищут, – горестно вздохнул Женька.
– Откупимся.
– Это смотря сколько и чего они найдут у твоих друзей в карманах.
– Кстати, о карманах… Пистолет еще у тебя? – еле слышно спросил Вара. Лицо его вспотело, покраснело и вообще выглядело более чем обеспокоенно.
– Росана Витальевна твоя успела забрать.
– Вот девка! Огонь! – облегченно выдохнул он.
– Откуда знала, что облава?
– Это ты у нее спроси, – фыркнул Вара. – Вишня, она сама по себе. Смышленая, поэтому до сих пор ни под кем не ходит и за крышу никому не платит. Детдомовская она. А у них закалка знаешь какая?!
– Стальная.
– Верно. Она и в глаз может дать, если что не так, сам видел как-то раз в одном из ресторанов: во время выступления полез к ней какой-то пьяный клиент. Была на ней юбка ниже колен, такая черная с желтыми бабочками, ей-богу, как сейчас помню! В общем, подбежал он сзади, юбку ей задрал, а она развернулась и как с размаху дала ему кулаком в глаз, а потом с ноги прямо по яйцам, – вдруг захохотал Вара. – Тот заскулил, словно щенок, и, согнувшись, побежал прочь.
– Ну и что такого смешного я пропустил? – подошел к ним Теплицкий. Наклонился над Женькой и похлопывающими движениями рук обыскал его пиджак и брюки.
– Документов при вас, естественно, нет? – малодушно спросил он, обращаясь к Шарифу.
– Я с собой в кабак паспорт не ношу. Ты и так знаешь, кто я. Не томи, лейтенант, пол тут ледяной. Сколько?
– Вставай, Шариф Магометович, – протянул следователь ему руку и помог подняться с пола. – Ты уж извини, что прямо в твой день рождения завалились. Но приказ свыше пришел. Обходим все культурные заведения. Ствол ищем один. Застрелили из него кое-кого… Пробежал слушок, что спихнули его одному из местных воров в законе. Ничего не слышал? – прищурил он глаза.
– Не слышал, ничего не слышал, – покачал Вара головой. – Да разве вру? Зачем мне ствол, на котором мокруха? На вон, проверь сам, – протянул он ему свой пиджак.
Теплицкий качнул головой и вместо предложенного пиджака взял со стола закрытую бутылку дорого импортного коньяка, подаренного Шарифу Женькой.
– Конфисковываю. Не могу вернуться в отделение к начальству с пустыми руками, – пояснил он.
Вара лишь развел руками – что сказать обнаглевшему менту? Ведь мог попросить денег. Женька, все еще лежа на полу, прикусил губу от разочарования. А Теплицкий с довольным лицом и спокойной совестью отозвал своих людей и отправился на выход.
– Вара, – звонил Женька из телефона-автомата. – Ты слышишь меня, Вара?
– Да слышу, Немец, слышу, – прохрипел тот в ответ.
– С Калиной мириться собираешься?
– Он что, согласился?
– Я с ним поговорил, сказал, что ты хочешь встретиться. Ждет от тебя место встречи и время.
– Тогда завтра, в восемь вечера. У бильярдного клуба «Маяк». И сам тоже приезжай. Шары покатаем, пивка попьем. У меня тут знакомые краба привезли – несколько килограмм. Так с собой возьму.
– Зачем так далеко за городом? Туда пока доберешься… В центре полно бильярдных! И даже в Северном есть одна или две.
– Хозяин «Маяка» мне должен. Устроит нам спецобслуживание.
– Все у вас продумано, Шариф Магометович.
– Еще в тюрьме сюрпризы разлюбил. Все, завтра увидимся. И ты подтягивайся! – продолжал настаивать он.
– Да нужен я вам там. Вы поссорились с Калиной, вот и миритесь сами.
– Нужен, нужен. Ты ведь нас обратно, так сказать, в дружеское русло и переведешь.
На следующий день Женька проснулся очень рано и, посмотрев на спящую рядом жену, бережно накрыл ее одеялом.
Натянув на себя теплое спортивное трико, свитер и носки, он на цыпочках покинул спальню. Прихватив в коридоре кроссовки и дутую куртку, он тихо вышел из квартиры.
Одевшись на лестничной площадке, Штерн побежал по ступенькам вниз.
На улице было темно и немного ветрено. Снег блестел в свете фонарей. В окнах домов начал загораться первый свет. Люди нехотя просыпались и собирались на работу.
Запах свежего мороза, ударившего в нос, заставил его поежиться. Постепенно он перешел на быстрый бег, чтобы избавиться от беспорядочных мыслей: «Полина какая-то странная в последнее время. Калина сегодня должен встретиться с Варой. Если мне придется туда идти, то кому поручить закрыть зал? В видеосалон надо заскочить и все проверить. Вчера ничего не успел…» Пробежав пять километров, он вернулся к своему подъезду и остановился, чтобы отдышаться.