Женя Калинина – Диагноз Дьявола (страница 4)

Девушка почувствовала, как безнадежно потеряла контроль над ситуацией, а вместе с этим и остаток сил. Она с каким-то безразличием в голосе рассказала о выпавшем билете, дополнительных вопросах на экзамене и итоговой оценке. Рина, как и любой человек, нуждалась в поддержке, которая не будет выглядеть жалостью. Максим не дал ей ни того, ни другого. Он внимательно слушал, участливо кивал, но в конце сказал, что из-за такой мелочи нет нужды переживать. И посоветовал больше времени уделять подготовке, чтобы потом не плакаться на его плече.

«5 января

Только зашла в комнату и сразу села за дневник. Нет слов, одни эмоции! Даже не знаю, с чего начать…

Да, пока мы сидели с Максимом в кафе, диалог не клеился. Оно и понятно – на него за эти дни столько всего навалилось, а тут я с допросом: “Где был? Почему не звонил?” – и прочие женские придирки и закидоны. Но потом мы спокойно все обсудили, покатались по городу, погуляли по центру и напоследок страстно помирились в машине на берегу реки – романтичное и экстремальное занятие, только неудобно немного.

В процессе всего этого Макс убедил меня, что не стоит переживать из-за пустяков. В жизни всякое случается, и четверка в зачетке – не самое страшное из длинного списка неприятностей. Поначалу казалось, будто ему не плевать лишь на свои проблемы, но потом я поняла: он трепетно относится и к моим чувствам, просто порой не знает, как это выразить.

Короче, нарекаю сегодня себя дурой. Почему? Потому что напридумывала всякого и набросилась с беспочвенными обвинениями на Максима. Но он же не виноват, что из-за стресса и недосыпа я сначала половину разговора по телефону прослушала, а потом в кафе выпадала из реальности и забывала только что сказанное мне. Хорошо, Макс уже взрослый и достаточно опытный, чтобы снисходительно относиться к таким вот заскокам глупой девчонки.

Повезло мне с парнем – терпеливый он».

Эйфория

После неприятного инцидента девушка бросила все силы на оставшиеся экзамены, при этом стараясь как можно больше времени уделять парню. Рина добровольно оказалась между молотом и наковальней, не подозревая, насколько сильными будут удары. Пускай порой ее посещали беспокойство и озадаченность из-за собственной жертвенности, она знала: стоит увидеть синие глаза, полные восхищения и любви, как сразу исчезнут любые сомнения. С таким же успехом, сквозь розовые очки, девушка смотрела на претензии, которых у молодого человека с каждым днем становилось все больше.

В середине сессии Максим в ультимативной форме предложил съездить в гости к Павлу. Рина понимала, что на этот раз не сможет отказаться. И чтобы не омрачать любимому человеку выходные, постаралась скрыть переживания и негативные эмоции, надев надежную и удобную маску беззаботности. Удобную для партнера, но не для себя.

– Привет! – Паша с радушной улыбкой поприветствовал девушку, как только пара переступила порог.

Рыжие волосы, небрежно зачесанные назад, прекрасно сочетались с небольшой щетиной вдоль линии подбородка и вокруг тонких губ; пронзительный взгляд серых глаз, прямой нос и мягкие черты лица. В идеально белой рубашке и темно-синих джинсах Павел одновременно выглядел мужественно и аристократично.

– Добрый вечер, – слегка растерянно отреагировала она.

– Максим не лукавил, когда говорил о твоей красоте, – с искренним восхищением продолжил хозяин квартиры, и Рина как-то невольно плотнее прижалась к возлюбленному, желая скрыться от оценивающего взгляда. – Располагайтесь, скоро приедут остальные, а я пока схожу за напитками.

Квартира оказалась невероятных размеров и больше походила на музей искусств, чем на жилое помещение. Она была богато и со вкусом обставлена, на стенах висели картины и фотографии невероятных форм зданий и стремящихся за горизонт дорог. Главенствующая цветовая гамма дополняла ощущение возвышенности – девственно белый в сочетании с темным золотом и холодным серебром. Молодая пара прошла в зал, где друг напротив друга стояли два широких дивана с бесчисленным количеством маленьких подушек. Посередине располагался овальной формы стол, выполненный под мрамор, у дальней стены мерцал электрический камин.

– Здесь так красиво! Все такое утонченное и изящное! – не скрывая детского восторга, поделилась мыслями Рина.

– Еще бы! Пашка же достаточно известный архитектор и ценитель искусства. Круг общения соответствующий, поэтому я так люблю приезжать к нему в гости, – с улыбкой отозвался Максим и обнял девушку. – Для тебя это прекрасная возможность провести время с правильными людьми, перенять опыт и манеру поведения. Так сказать, просветиться.

Хорошее настроение тут же исчезло вместе с улыбкой Рины. Она сконфуженно пожала плечами и ничего не ответила, решив в тишине полюбоваться огромным аквариумом, встроенным в стену у входа. Вроде бы Макс не сказал ничего обидного, но каким-то образом он принизил достоинство девушки, поставив на ступень ниже остальных. Словно его избранница, которую юноша не так давно боготворил и носил на руках, превратилась в невежественную деревенщину, способную общаться лишь со жвачными животными.

– Не скучаете? – для проформы поинтересовался Павел, заходя в зал.

– Конечно нет, скука – удел глупых, – преувеличенно бодро ответил Максим, чем изрядно удивил присутствующих – фраза получилась грубой и пафосной.

– Вот и славно. – Паша поставил на стол поднос с напитками и легкими закусками и обратился к Рине: – Макс много о тебе рассказывал, – спокойная манера речи могла загипнотизировать кого угодно, а любое внимание с его стороны вызывало легкий румянец. – Ты студентка, я правильно помню?

Девушка не успела разомкнуть уста, так как вместо нее начал отвечать молодой человек:

– Да. Она у меня на красный диплом идет. При этом, как видишь, успевает проводить время со мной. К тому же Арина взялась за несколько научных проектов, чтобы повысить стипендию и уже начать нарабатывать деловые связи. Через пару месяцев компании в очередь выстроятся, чтобы успеть заполучить столь ценного специалиста, – Максим все говорил и говорил, нахваливая Рину, как породистую собаку.

Павел, который не сводил с девушки взгляд, удивленно приподнял бровь, не услышав от собеседницы ни слова.

– А на кого ты учишься? – сделал он очередную попытку завести диалог именно с Риной.

– Давайте выпьем за знакомство! – резко перебил их Макс и поднял бокал. – А после я надеюсь услышать приятную новость о том, что ты достал для меня ту картину.

Серые глаза Павла на мгновение вспыхнули от негодования, ведь поведение друга было не только некрасивым, но и оскорбительным. Лишь его воспитание и напуганный вид девушки принудили юношу вежливо улыбнуться и поддержать предложение. После чего в комнате повисла гнетущая тишина.

Рина сидела как на иголках. Конечно, интерес Паши льстил, но и тяготил из-за поведения Максима: по какой-то причине партнер как бы лишил девушку права голоса, самостоятельно решая, что о ней должны знать окружающие, а что – нет. При этом молодой человек приукрасил правду, отвечая на вопросы. Не было никаких научных проектов, да и очередь работодателей – несбыточная мечта. Вместе с тем создавалось впечатление, будто Макс стеснялся будущей профессии возлюбленной. Видимо, экономист – слишком банально для настолько значимых и возвышенных людей.

– Так, о какой картине идет речь? – нарушил молчание Павел.

– Неужели забыл? – недовольно спросил Максим. Он постарался скрыть раздражение за удивлением, но ему явно не понравилось то, что друг мог не выполнить поручение. – В прошлый раз мы обсуждали выставку одаренной и весьма перспективной художницы. – Парень потер переносицу и поправил браслет часов. – И ты пообещал достать для меня ее картину. Кажется, она называется «Эйфория».

Девушка пила белое вино и не вмешивалась, лишь внимательно наблюдала за течением страной и временами нервной беседы. И от нее не ускользнул тот факт, что последние слова Макса очень озадачили собеседника.

– Подожди, – нахмурился Павел, – я говорил, что постараюсь достать для тебя и Рины билеты на выставку и показать эту картину. Мы, видимо, неправильно поняли друг друга, – в конце фразы он позволил себе расслабиться и улыбнуться.

– Но вот же весит картина, фотографию которой ты тогда тоже показывал. Она с той выставки, и ты ее выкупил, – не унимался Максим. – Если дело в деньгах, я говорил – это не проблема: назовешь сумму, и я тут же переведу, – теперь в его голосе звучала обида и злость, ведь юноша не привык к ситуациям, когда нужно было кого-то уговаривать. Особенно в присутствии Рины.

– Эта картина из другой серии, она даже написана в совершенно ином стиле, и дело вовсе не в деньгах. – Паша вновь строго, как на капризного и упертого ребенка, посмотрел на друга, но заговорил мягче, чтобы снизить накал: – «Эйфория» не продается, так сказала сама художница. В противном случае я бы просто подарил тебе ее, не попросив ничего взамен, – он хотел сказать что-то еще, но в этот момент раздался дверной звонок. – Продолжим позже, нужно встретить гостей.

Как только Павел спешно поднялся и скрылся в коридоре, Рина облегченно выдохнула, а Максим залпом осушил еще один бокал и презрительно усмехнулся:

– Неплохой он парень, вот только врать не умеет. Наивно полагать, будто я поверю в эти сказки о том, что картина не продается. Просто завидует, ведь я могу купить и по достоинству оценить подобные шедевры, – он замолчал, но уже через секунду с силой сжал кулак, придя к неожиданному выводу: – Скорее всего, для себя припас «Эйфорию». Но ничего, я сам свяжусь с художницей.